Step back (СИ) - "AlyaLi"

– Пап, мам! – звонкий голос Миа заставил непроизвольно улыбнуться и мужчину, и женщину.

Они до безумия обожали свою дочь, которую в последнее время видели крайне редко. Даже сейчас, став взрослой и самостоятельной, она оставалась для них принцессой, которую неизменно нужно любить и баловать.

– Привет, моя маленькая, – Джон обнял девушку и поцеловал в лоб, как всегда это делал, а Джозеф тем временем поцеловал руку будущей тещи. – Джозеф, – мистер Уолтер ослабил объятия и протянул руку Моргану, – добрый вечер.

– Добрый вечер, мистер Уолтер, – брюнет кивнул, отвечая на рукопожатие.

Миа обменялась с родителями парой фраз, и влюбленные двинулись в шатер. Здесь все было не менее роскошно. Многочисленные столы накрыты светло-песочными скатертями, а на них стояли стеклянные вазы с белыми азалиями, параллельно входу сцена, на которой стояла стойка для микрофона. Само импровизированное помещение освещалось бледным светом развешенных гирлянд. Некоторые места были уже заняты, но подавляющее большинство пустовало, ожидая позирующих папарацци гостей. Миа и Джозеф прошли к столику в первом ряду, именно за ним всегда сидели Уолтеры.

Морган отодвинул стул для невесты и, после того, как села она, сел рядом. На столах уже лежали карточки, предназначенные для аукциона, а по шатру ходили официанты, предлагая присутствующим закуски и вино. Джо взял с подноса два бокала вина, а молодой парень двинулся дальше.

– Да успокойся ты, – шатенка взяла у жениха один бокал и пригубила вино. – Правда, Джо, ты слишком напряжен.

– Я? Нет, – мужчина нервно постучал костяшками пальцев по столешнице и сделал жадный глоток вина.

– Милый, – Миа сжала его пальцы и ободряюще улыбнулась, – что с тобой? Что-то не так?

– Просто я волнуюсь, – Морган осмотрелся. – Не знаю… Может, позвонить Питеру? Или Камерон?

– Не нужно. Ты сам сказал, что Каррика нет в Штатах. Все хорошо.

– Его нет, кто-то так есть.

– Джо, хватит, не нужно раздувать проблему, давай просто отдохнем. Хотя бы сегодня, – девушка бросила на любимого просящий взгляд.

– Ладно-ладно, – Джо снова глотнул вина, – как скажешь, – он обхватил девушку за талию, привлекая к себе, и поцеловал в кончик носа, затем в губы.

– Мой хороший, – Миа погладила его по гладко выбритой щеке и положила голову на плечо. – Я так люблю тебя, – прошептала девушка, – ты не представляешь.

Морган глупо улыбнулся и уткнулся лицом в волосы невесты, вдыхая притягательный запах, представляющий собой смесь цветочного шампуня и сладковатого аромата духов. Несмотря на людей, которых с каждой минутой становилось все больше, им было комфортно рядом. Казалось, так можно сидеть целую вечность, но у Джозефа завибрировал в кармане брюк телефон.

– Прости, малышка, – он извлек сотовый, незамедлительно отвечая, а Уолтер нахмурилась. – Да, привет. Да. Сейчас, – Джозеф протянул трубку невесте. – Это Элиот, – пояснил он, заметив ее недоумение.

В течение трех минут поговорив с братом, Миа вернула мобильный Моргану.

– Что-то случилось? – он поднял подбородок девушки пальцами, внимательно глядя в голубые глаза.

– Да. То есть, нет. Элиот будет лишь через шесть часов, – шатенка вздохнула, поправляя волосы. – Пришлось лететь из Лондона в Нью-Йорк, а оттуда сейчас будет рейс в Сиэтл. К концу бала появится.

– Он же собирался сразу в Сиэтл.

– Рейс отменили, – Уолтер пожала плечами, водя пальцем по краю бокала. – Просто снова я его мельком увижу.

– Если хочешь, в следующее выходные полетим в Лондон, – предложил брюнет, улыбнувшись, а его невеста лишь кивнула, допив вино.

Дальнейший разговор был прерван родителями девушки, которые последними вошли в шатер. Уолтеры заняли свои места, и официант принес им вино и дорогие закуски.

– Ми, может, хватит пить, – прошептал Джо на ушко шатенке, подсчитывая в уме количество выпитого ею алкоголя.

– Дамы и господа, леди и джентльмены! – на сцене появился мужчина, который, судя по всему, должен вести вечер. – Мы рады приветствовать вас на двенадцатом благотворительном осеннем балу, организованным Джоном и Мишель Уолтер!

Муж и жена привстали, и послышались аплодисменты.

– Итак, – продолжил мужчина, одернув черный фрак, – в этом году на аукцион представлено…

Дальше ни Миа, ни Джозеф не слушали. Его рука скользнула по ноге невесты, забираясь под платье, дразня и издеваясь. Миа закрыла лицо ладонями, а Джо отчаянно пытался сдерживать ухмылку. Его палец медленно скользил по внутренней стороне ее бедра. Вверх-вниз, вверх-вниз. Казалось, это продолжалось целую вечность.

– Хватит, Джо, – шепнула девушка, не силах терпеть его дразнящие прикосновения, и уткнулась лбом в плечо мужчины.

Морган послушно прекратил, сжав напоследок коленку невесты. Увлекшись своей игрой, они не заметили, что часть лотов уже распродана.

– Следующий лот, – провозгласил мужчина в микрофон, – картина Адама Люсьена, предоставленная миссис Беркс. Начальная цена – тысяча долларов.

– Красивая, – Миа сощурилась, разглядывая картину, которую вынесли сейчас на сцену.

На белом полотне была изображена фиалка, купающаяся в лучах восходящего солнца, на лепестках которой поблескивают бусинки росы. Все было настолько красиво, изящно и гармонично, что хотелось смотреть на это произведение искусства бесконечно.

– Пять тысяч! – Морган поднял свою табличку.

– Пять тысяч долларов! Кто даст больше?!

– Джо, зачем? – шикнула Миа, а брюнет лишь отмахнулся, захваченный азартом.

– Семь тысяч! – раздалось сзади, и все обернулись.

– Десять! – Джозеф был не из тех, кто проигрывает.

– Одиннадцать! – снова тот же мужской голос.

– Пятнадцать!

– Двадцать!

– Твою мать, – прошипел Джо.

– Двадцать две! – раздался еще один голос, и присутствующие обернулись к даме в черном вечернем платье.

– Кто больше?!

– Сорок! – Джозеф сузил глаза.

– Милый, не нужно…

– Сорок одна! – снова проговорила женщина.

– Сорок две! – подхватил мужчина.

– Сорок пять!

– Пятьдесят!

– Пятьдесят тысяч долларов, дамы и господа! – ведущий вечера, казалось, готов был сплясать, бегая по сцене. – Картина Адама Люсьена!

– Семьдесят! – Джо вновь поднял карточку, и взгляды обратились к нему.

– Семьдесят тысяч долларов!

Все молчали.

– Семьдесят тысяч долларов – раз, семьдесят тысяч долларов – два, семьдесят тысяч долларов – три! Продано! – мужчина вернулся к трибуне, которую вынесли сразу после того, как он появился на сцене, и хлопнул молотком.

– Она твоя, – Морган широко улыбнулся, полностью довольный собой, а его невеста лишь покачала головой. – Ты недовольна?

– Нет, милый. Спасибо, – шатенка легонько обняла жениха.

А аукцион меж тем продолжался, и с молотка уходили картины, бриллианты, книги и прочие эксклюзивные вещи, совершенно бесплатно предоставленные гостями вечера. Все было привычным, но Джозефу было неспокойно. Он пытался беззаботно улыбаться, делал вид, что все хорошо, только ради невесты, которая была абсолютно счастлива. Что ни говори, а он, Джо, лишил ее всего этого, такого привычного для нее.

Все было просто, как дважды два – Морган не хотел ее ни с кем делить. Ни с назойливыми папарацци, щелкающими своими камерами, ни с ее знакомыми, которые отнимали слишком много, по мнению мужчины, времени. Он понимал, что поступает неправильно, но не мог ничего с собой поделать, ревнуя невесту ко всему мужскому полу. Временами ему самому казалось, что это какая-то паранойя, что пора лечиться или хотя бы дать Миа больше свободы, но стоило заметить на ней чей-то взгляд, он понимал, что не сможет этого сделать.

В последний год они практически нигде не появлялись, проводя свободное время вместе в пентхаусе или в каком-нибудь ресторанчике, но этого времени практически не было, и только в последние дни Джозеф выкраивал часы, чтобы посвятить их любимой невесте. Возможно, именно по причине его занятости они отдалились, перестав сходить с ума друг от друга, как раньше. Это беспокоило обоих, но молодые люди внушали сами себе, что все хорошо.