Заря империи - Сэм Барон

Эсккар поклонился с благодарностью и отправился к своим подчиненным, опять сильно опираясь на палку и сжимая зубы от боли.

— Месилим пришлет лекаря, чтобы помочь маль… Таммузу. — Нельзя называть мальчиком того, кто убил врага в битве. — Собирайте наших мертвых и готовьте к похоронам. Затем все, кто в состоянии копать, должны помочь людям Месилима с могилой. Мы похороним наших с их воинами. Таким предложением они оказывают честь нашим мертвым.

— А что они сейчас делают? — спросил Сисутрос.

Около дюжины воинов сели на лошадей и уехали, половина вела за собой животных без наездников.

— Они соберут тела с другого поля брани. После того как всех похоронят, трупы алур мерики будут оставлены гнить на могиле и кормить стервятников, поэтому все узнают, сколько человек тут погибло. Затем, я думаю, мы все выберемся из этого проклятого ущелья.

Мысль уехать отсюда с каждой минутой казалась все более привлекательной. Везде вокруг жужжали мухи, стервятники и вороны кружили над головами, поджидая добычи. Их привлекали кровь и смерть. Эсккар пытался не обращать внимания на запах крови, от которого его тошнило. Он увидел, как Митрак отмахивается от мухи.

— Митрак, ты нашел свои стрелы?

Виноватый вид парня стал ему ответом.

— Иди ищи стрелы. Они нам могут снова понадобиться, а пока ты этим занимаешься, посчитай, скольких ты убил. — Это займет парня на какое-то время. — Сисутрос, оставь одного человека присматривать за Зантаром и маль… Таммузом. Остальные, берите лопату и начинайте копать.

Эсккар понял, что сам копать не может, потому что не в состоянии лишний раз напрягать больную ногу. Но пятеро его воинов начали копать вместе с воинами ур намму. Маленькая бронзовая лопата, которую они взяли с собой, очень помогла. От ур намму работало двадцать человек. Трудились они напряженно, как могли, хотя Эсккар понимал, что стемнеет гораздо раньше, чем они закончат.

Месилим также об этом подумал. Двое его воинов вернулись с дровами. Они развели костер, потом подожгли несколько больших веток, которые служили факелами. Куски жира, срезанные с мертвых лошадей, помогут им гореть подольше.

Люди Эсккара копали так же напряженно, как степные воины, чтобы доказать: они такие же сильные и крепкие, как и новые друзья. Несмотря на их помощь, двадцати пяти мужчинам потребовалось почти четыре часа, чтобы выкопать достаточно длинную и глубокую яму, способную вместить почти пятьдесят трупов. Это число включало воинов ур намму, убитых во время предыдущей схватки.

Те тела подвезли к могиле, привязанные по два к лошади. Сегодня погибло почти две трети воинов Месилима. Они смело сражались, и если бы их количество соответствовало количеству противников или хотя бы приближалось к нему, то они сами разгромили бы алур мерики. Теперь для мести, в которой поклялся вождь, осталось около двадцати пяти воинов ур найму, и многие из них были ранены.

Спустилась ночь, люди развели костер и зажгли побольше факелов. Через час появилась луна и осветила место работы. Все устали. Наконец, люди, пошатываясь, стали отходить от ямы.

— Клянусь богами, командир, мне кажется, что я никогда в жизни не трудился так напряженно, — сказал Сисутрос.

Судя по виду, он был готов рухнуть. Его покрывало столько грязи, что белки глаз блестели в свете факела. Он осмотрел других, не менее усталых, людей Орака и улыбнулся.

— Но мы им показали, что способны выдержать их темп.

— Умойся и неси наших мертвых сюда.

Один из воинов ур намму запел погребальную песнь, чтобы освятить землю и приготовить ее для приема тел. Эсккар с воинами встали и молча наблюдали за церемонией в свете огня.

Месилим с трудом дошел до Эсккара, правда, без посторонней помощи.

— Вы можете положить своих мертвых с этой стороны ямы, показывая направление, с которого вы приехали. Мы покроем ваших мертвых нашими, чтобы защищать их в загробной жизни.

— Мы благодарим вас за оказанные нашим мертвым почести, — ответил Эсккар, затем кивнул Сисутросу, который стал опускать тела в землю.

За ними последовали тела воинов ур намму. С каждым трупом обращались очень осторожно, выпрямляли ноги, скрещивали руки на груди. Наконец все мертвые упокоились на дне ямы.

Эсккар приблизился к краю могилы, с которого лежали его воины, полностью закрытые другими телами. Он громким голосом произнес нужные слова, отдавая честь каждому погибшему. Он называл каждого по имени, рассказывал о его делах, чтобы богиня Иштар и бог Мардук знали: они принимают настоящих воинов и должны оказывать им честь.

Когда Эсккар отступил назад, к другому концу могилы подошел Месилим и сделал то же самое, хотя говорил он дольше и приводил больше деталей из жизни самых смелых. Наконец все боги, демоны и тени были умиротворены. Люди начали закидывать могилу землей. Это заняло почти столько же времени, сколько ее выкапывание, потому что нужно было плотно утоптать землю.

Забросав могилу землей, воины провели по ней лошадей взад и вперед, чтобы еще лучше утрамбовать. Они закончили работу к полуночи. В это время было опасно покидать ущелье. Люди Эсккара отыскали свободное место как можно дальше от места сражения. Все рухнули на землю, завернулись в одеяла, снятые с лошадей, и уснули. Люди были полностью измотаны, они слишком устали, чтобы есть или беспокоиться, не перережет ли им кто-то горло среди ночи.

Глава 14

Эсккара разбудило утреннее солнце. Он резко сел и сразу же сморщился от боли. Он поднял руку, прикрыл глаза и обвел взглядом лагерь. Его люди уже встали, за исключением Зантара и Таммуза. Те оставались лежать в одеялах. Лекарь Месилима, как мог, потрудился над рукой мальчика, но его крики эхом разносились по лагерю, несмотря на влитое в него вино. Мальчик два раза терял сознание во время лечения. Теперь он спал, но явно чувствовал себя плохо. Больше ничего для него сделать было нельзя. Таммуз или умрет, или поправится, если езда верхом не приблизит его смерть.

Кто-то оставил рядом с Эсккаром бурдюк с водой, и он осушил его, прежде чем подняться на ноги. Приходилось терпеть боль в одной из них. Сжав зубы, он несколько раз, хромая, прошелся взад и вперед. Наконец появилась уверенность, что нога не подведет. По крайней мере, костыль больше не требовался.

Эсккар проверил повязку на руке. Кровь не просочилась сквозь грубую ткань, хотя при любом резком движении появлялась боль. При дневном свете он увидел, что тело его покрыто кровью и грязью. От отвратительного запаха собственного тела скрутило живот.

— Доброе утро, капитан, — к нему подошел Малдар. — Варвары принесли еще дров. Скоро у нас будет свежая конина.