Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

– Даже так? – довольно ухмыльнулся генерал ар Варад, командующий манхенским округом. – Неплохо, очень даже неплохо.

– Вряд ли они станут помогать и нам. – Император отрицательно покачал головой. – Скорее всего, постараются ничего не делать, пока не станет ясно, кто победил. Расчитывай только на свои силы.

– Высокие лорды Манхена выставляют ополчение, не забыли еще, что не так давно вождями были.

– Как бы это ополчение тебе в спину не ударило, – недовольно проворчал маршал ар Эстад. – Не посылали ли святоши к бывшим вождям эмиссаров? Что скажете, господа тайные стражи?

– Такой информации, насколько я знаю, не поступало. – Ланиг задумчиво посмотрел на него. – Но утверждать это с уверенностью я не возьмусь, поэтому стоит соблюдать величайшую осторожность.

– Ясно… – Манхенский генерал ничем не выдал своего огорчения, только левый глаз дернулся в нервном тике. – Ладно, справимся. Население прибрежных областей уже начало эвакуацию в горные районы, незачем нам людей под удары паладинов подставлять. Знаю, что они творят в захваченных областях…

– Будешь вести политику выжженной земли, если отступать придется? – Император задумчиво покивал. – Одобряю. Манхен еще мало обустроен и дик, большую армию без помощи местного населения не прокормить. Горные крепости завершены?

– Да. – Ар Эстад криво усмехнулся. – Пусть потыкаются носом в них, перевалы перекрыты наглухо. Плюс, тактика малых диверсионных групп. Великолепная выдумка. Каждой группе будет придан маг, способный телепортировать остальных в любое нужное место. Паладинов ждет немало сюрпризов. Но это все на случай, если не удержим прибрежную полосу.

– Постарайся удержать, но не вздумай стоять до последней капли крови, ты и твои люди мне живыми нужны. – Император вздохнул. – Просто продержитесь до прихода помощи. Пусть в горных крепостях, пусть где угодно. Главное, не пропустите врага во внутренние области, куда население скроется. Города потом отстроим, невелика проблема. Основное будет решаться не на Манхене. Победим – вычистим святош с нашей территории. А победить мы обязаны. Никому, думаю, не хочется оказаться под их властью.

– Вот уж точно… – брезгливо проворчал третий маршал, герцог Ривен ар Форден. – Знаю, как люди в Карвене живут, никому такой жизни не пожелаю. Ад. Поэтому, чернь на хвост, давайте делом займемся. Меня, прежде всего, волнует, что мы не знаем места высадки карвенцев. Придется держать войска в готовности и разбитыми на несколько армий, чтобы сдержать паладинов, пока остальные не подойдут. Воевать эти сволочи умеют…

Военачальники присоединялись к обсуждению один за другим, каждый высказывал какие-то свои предположения, предлагал планы. Что-то принимали, что-то отбрасывали. Мозговой штурм шел вовсю. Пока речь шла об общей стратегии, тактику император предпочитал оставлять тем, кто разбирался в ней лучше.

Санти стоял и маялся. Поначалу он слушал с интересом, но вскоре потерял нить рассуждений и запутался. Ну, не военачальник он! И не будет никогда, похоже. Неинтересно. Бесконечные споры об обеспечении армии продовольствием, палатками, упряжью для лошадей и тому подобными вещами нагоняли скуку. Он-то, наивный, думал, что война – это подвиги, атаки, оборона, а главное-то, оказывается, совсем другое. Снабжение. Тьфу ты, никогда бы не подумал! Гадость какая. Рыжий едва сдерживал зевоту, спать хотелось неимоверно. А не дадут ведь. Скорее всего, после совета за них примется Кертал, грозился вчера вечером устроить «оболтусам» прохождение какого-то зеркального лабиринта. И что оно, интересно, такое? Вряд ли что-нибудь хорошее, приятных для учеников вещей у старика в запасе не было. Спасибо, если полуживым выберешься… Скоморох незаметно вздохнул. Устал, если честно. Тренировки с Леком теперь, когда их гоняли шестеро старших мастеров, казались детскими играми.

Зато Храт с Энетом слушали разговор генералов и маршалов с императором внимательнейшим образом, и понимали. Один являлся сыном орочьего старейшины, а значит, обязан был разбираться в военном деле и проходил специальное обучение. А второй в свое время от скуки читал все подряд, в том числе и мемуары выдающихся полководцев древности. Не раз рисовал схемы известных сражений и обдумывал, как бы сам расставил войска. Часто юный граф бывал не согласен с тем, что и как сделал автор мемуаров. Только вот со стороны, и зная все, чего не мог знать реальный полководец, судить легко. А как на его месте поступил бы? С тем минимумом информации, который был? А дорхот его знает…

Тинувиэль одновременно слушал и внимательно изучал всех присутствующих в зале людей. Чем-то они отличались от других, тех, кого он во множестве встречал в городе. Была у приближенных императора какая-то общая черта. Но какая? Эльф с недоумением прислушивался к своим ощущениям и не понимал, что с ним происходит. Казалось, он видит человека, на которого падал взор, насквозь. Понимает все побуждения, разбирается, откуда они взялись и какова их причина. Это что? Наваждение? Морок?

Принц помотал головой – не помогло. Он видел, что один генерал нервничает из-за недостатка фуража для грузовых лошадей и с досадой ругает про себя старшего интенданта-ворюгу. Второй напряженно размышляет о том, как расставить бойцов при обороне крепости. Третий ничуть не обеспокоен войной, даже рад ей, зато страшно зол на жену, закатившую ему с утра скандал из-за пустяка. Только эльдары и император остались для эльфа непрозрачными, все помыслы и желания остальных лежали перед ним как на ладони.

Тинувиэль все больше изумлялся – даже в древних книгах он не читал ни о чем подобном, наставники ни дома, ни здесь даже не заикались о возможности читать мысли и чувства людей или эльфов. Но действительно ли он считывает или обманывает сам себя? Принц продолжал растерянно смотреть на собравшихся в зале, переводя взгляд с одного на другого. И понимал, что сам во всем этом не разберется. Однако рассказывать о своей новой способности императору или кому-нибудь другому не хотелось. Последствия для новоявленного медиума могут оказаться очень печальными, лучше промолчать. Он не обратил внимания, что Ланиг с Керталом уже давно поглядывают в его сторону, не понимая, отчего миндалевидные глаза эльфа горят зеленым огнем.

Однако старые мастера не заметили другого. Того, что глаза орка то и дело приобретают алый оттенок, стреляют красными искрами. Это происходило в основном тогда, когда кто-нибудь выражал сомнения в союзе с Оркограром, предполагая, что урук-хай могут напасть на ослабленную войной с Карвеном империю. Храта такой подход возмущал до предела. Да разве случалось за все полторы тысячи лет союза, чтобы орки нарушили свои обязательства? Почему люди всегда судят о других по себе? Это же неправильно! Несправедливо! Наоборот, почему бы не обратиться к союзнику за помощью? Насколько он знал, Кагал Старейшин и сам Хранитель Очага считали союз с Элианом очень выгодным. Где бы иначе они брали продовольствие? В Вадарских горах много не вырастить. Оркограр уже много столетий жил за счет торговли с империей, потому и оружейниками орки стали непревзойденными – выхода иного не было.