Рыжий и черный - Татьяна Лаас

Впрочем, всю его серьезность портила саркастически приподнятая бровь.

— Я думаю, что как раз влюбиться можно, я даже разрешаю это вам, но делать вид, что пытались расторгнуть помолвку ради меня — глупость. Даже с учетом того, что в Вернии другое, исторически сложившееся, отношение к бастардам высших родов. Я знаю, что у вас незазорно жениться на таких нериссах, особенно при наличии хорошего приданного. Но не принцам, увы. Это политика. В ней нет места для чувств. Не стоит настолько лгать мне.

Мужчина как-то погрустнел, и Андре утешила его:

— Анри, вы же понимаете, что после помощи ваших инженеров, мой проект не пройдет мимо вас — вы будете включены в патент големов.

Он склонил голову:

— Что ж, заслужил.

Она снова принялась спускаться по лестнице:

— Давайте просто дружить, без глупых игр в любовь.

Мужчина пошел рядом, напоминая:

— Вы мне разрешили. У вас есть планы на сегодняшний вечер?

Андре нахмурилась:

— Только не говорите, что вы просите меня сопровождать вас на вечер в мэрии в честь герцогов Аквилиты.

— Тогда молчу! — сразу же согласился Анри. Андре бросила на него косой взгляд, оценив то, что ради разговора с ней, он встал задолго до рассвета — время еще к семи только-только подбиралось.

— Вы уверены, что действительно хотите, чтобы я вас сопровождала?

— Во-первых, я не просто этого хочу, я ОЧЕНЬ этого хочу — вы мой единственный шанс не умереть со скуки в сборище скучных лер и нер. Во-вторых, вы разрешили мне быть в вас влюбленным, а это подразумевает ухаживания и танцы. Первый танец в вашей агенде — мой. Я на этом настаиваю. А в-третьих, это важно и вам — я, сегодня, к сожалению, как и вы, весь день занят в переговорах, и возможность обсудить пароэфирники и узнать ваше мнение будет только там, на вечере. И в-четвертых, если все дело только в отсутствии подходящего платья, то все мои возможности к вашим ногам.

Андре, открывая дверь, ведущую в гараж, не сдержалась:

— Я еще не настолько пала, чтобы не могла себе позволить вечернего платья.

— Тогда, прошу простить меня за эту вольность. — Он направился к её паромобилю, из трубы которого уже вырывался дым. Андре чуть отстала от мужчины — видать, её големы ему были критически важны, раз он и встал как рано, и о её паромобиле позаботился, и даже не боится осуждения, приглашая её на бал. Мужчина переложил саквояжи в одну руку и открыл заднюю дверь «жука», ставя сумки на сиденье. — Андре? Пожалуйста, осчастливьте меня…

Его голос тихим эхом отозвался из дальних углов просторного гаража: «Осчастливьте меня… ливьте меня… меня…»

Андре подошла к паромобилю, и принц стратегически перекрыл подход к водительской дверце, напоминая о своей просьбе:

— Пожалуйста, Андре…

— Что ж, учитывая, что вы соизволили пойти на жертву и караулили в холле моё появление…

Он склонил голову:

— Никакой жертвы — просто небольшая взятка горничной. Я попросил подать завтрак вместе с вами — только и всего. Я хотел вам успеть утром отдать кое-что. — Он расстегнул планшет, висевший на его боку, и достал оттуда бумаги: — Это вам. Проверьте на досуге. Мои инженеры говорят, что все верно, но ошибки могут быть — многие из моего экипажа ранены. Это может сказаться на конечном результате.

Андре развернула первую попавшуюся бумагу — это оказался чертеж верхней хватательной конечности голема.

— М-да, я была права, Анри. Вам очень нужны мои пароэфирники.

— Просто время поджимает. Я дня через три-четыре, как закончу все дела тут, покину Аквилиту. Мое присутствие требуется на Ондурском фронте.

Андре цепко посмотрела на него, пытаясь понять, что происходит:

— В газетах пишут, что там все стабильно — атаки Ондура захлебнулись, и начались позиционные бои. Или… — она нахмурилась, складывая дикую заинтересованность принца в големах и позиционные бои. — Только не говорите, что проклятье ничейной земли снова просыпается.

Анри молча наклонил голову, а потом открывая дверцу паромобиля, улыбнулся:

— Вы поразительны. Умны, проницательны и честны. Такие девушки редко встречаются.

— Просто вы их не там ищете, — сперва сказала, а потом подумала Андре. Выбор принцев всегда сильно ограничен родами с королевской кровью. Выбор вернийского принца был ограничен еще больше — на свете мало желающих поссориться с королевским двором Тальмы. Анри повезло, что его невеста почти одного возраста с ним, а то мог и с колыбели ждать. Влияние Тальмы слишком сильно во всем мире. Андре извинилась: — Простите, я отдаю себе отчет, что я несдержана на язык.

— Ничего страшного. Это свободолюбие, а не несдержанность. — Он резко поменял тему: — площадку для сборки и экспериментов я скоро найду, мне посоветовали одного рунного кузнеца — я его все же переманю на службу вам. Проблема в одном — к моему отплытию не успеют доставить потенцит. Мне удалось купить порцию потенцозема с «Удачного» — там самое большое содержание потенцита в руде, но пока его доставят в Вернию, пока его добудут, пока доставят сюда — уйдет не меньше седьмицы. Если знаете, где ближе и быстрее достать потенцит, я вам буду благодарен и выкуплю его для вас, Андре.

Она не сдержала улыбки:

— Где же вы были последние лет десять, когда я отстаивала свое право быть механиком, Анри.

— Увы, болтался в Вернии. — он грустно улыбнулся в ответ, заставляя снова подозревать его во лжи. Пароэфирники и внезапная влюбленность слишком плохо сочетались или, наоборот, слишком хорошо. — Можно еще небольшую просьбу?

— Какую, Анри? — Андре крутила в руках ключи от «жука», стараясь не думать, откуда взялся второй комплект ключей у людей принца. Тот веско сказал:

— Не сбрасывайте с хвоста моих людей, как вчера. Не затрудняйте им службу по вашей охране.

— Вас забыли предупредить — лер Блек-старший сменил гнев на милость…

Он оборвал её:

— Я в курсе. Мой кузен был очень недоволен моей просьбой, но пошел мне навстречу. Но дело не в вашем брате. Дело в…

— …в големах, — поняла Андре.

— Можно и так сказать, — подтвердил принц. — Выезжайте через задний вход и будьте аккуратны.

Она не удержалась от вопроса:

— А через главный?

— А через главный, Андре, не получится — там засели в засаде репортеры. Они, не зная о големах, пытаются поймать меня на интрижке.

— Вот же глупые.

— Именно, — почему-то вздохнул Анри, наконец-то отходя в сторону и позволяя Андре сесть за руль. — Удачи! Телефонируйте в гостиницу о своем решении по поводу вечера — я буду ждать вашего решения.

Он захлопнул дверцу, и Андре видела в зеркало заднего вида, что он до последнего провожал её