Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. - В. Наумов

Выяснение этого дела показало, что данные подбирались якобы для того, чтобы рассмотреть некоторые специальные вопросы, связанные с реактивным вооружением. Но, спрашивается, почему эти данные требуются без ведома Центрального Комитета партии, в обход министра обороны? Все эти данные, конечно, Берия даны не были, было доложено мне, а я доложил Центральному Комитету. Возможно, может оказаться, что эти данные нужны были для того, чтобы кое-кому дать советы и указания.

Теперь, товарищи, посмотрите на внутренние вопросы, о которых здесь докладывал Георгий Максимилианович Маленков и о которых говорили также Никита Сергеевич Хрущев и Вячеслав Михайлович Молотов. Что ни вопрос, то подоплека, исключительно опасная для государства. Возьмите вопрос об амнистии: освобождение воров и рецидивистов — это удар по общественному порядку в стране. Правильно?

Голоса из зала. Правильно.

Булганин. Возьмем вопросы Латвии, Литвы, Западной Украины. Теперь для нас ясно, что это была, безусловно, попытка нанести удар ленинско-сталинской национальной политике и морально-политическому единству советского народа.

Голоса из зала. Правильно.

Булганин. Говоря о национальном вопросе, нельзя пройти мимо грузинского вопроса. Вы читали материал. Этот прохвост взял на себя в отношении Грузии монопольное право единоличного решения всех грузинских вопросов. Я выскажу общее мнение Президиума ЦК: он запутал это дело так, что предстоит серьезно разобраться, что же сейчас делается в Грузии.

Голоса из зала. Правильно.

Булганин. Мы надеемся, что партийная организация Грузии будет единодушна со всей партией в деле разоблачения и изгнания из партийных рядов этого мерзкого прохвоста и авантюриста.

Товарищи, если к этому добавить то, что говорил Никита Сергеевич Хрущев о нашем сельском хозяйстве, то и здесь, безусловно, видна рука Берия. Сельское хозяйство доведено до такого положения, которое было в интересах Берия и ему подобных.

Все эти факты говорят о том, что Берия действовал по принципу: чем хуже, тем лучше.

Товарищи, приходилось слышать о якобы положительной роли Берия в его делах по освобождению врачей, по ликвидации грузинского дела, по ликвидации дела Шахурина и Новикова, дела маршала Яковлева. Надо развенчать его и здесь. Никакой положительной роли в этих делах у него нет. Наоборот, все это делалось для того, чтобы создать себе видимость популярности.

Голоса из зала. Правильно.

Булганин. Как в действительности обстояло дело? Скажу вам, что еще при жизни товарища Сталина мы, члены Президиума ЦК, между собой говорили, что дело врачей — это липа. Верно, товарищи?

Голоса из Президиума. Правильно.

Булганин. Мы говорили о том, что грузинское дело — это липа, дутое дело. Дело Шахурина и Новикова — позорное дело для нас. Говорили? Говорили. Дело маршала Яковлева — позорное дело для нас. Говорили? Говорили.

Берия знал об этих разговорах. Я спрашиваю, что ему оставалось делать после смерти товарища Сталина, когда он занял пост министра внутренних дел? Конечно, он должен был эти дела кончать. И кончены эти дела не потому, что он лично сыграл какую-то положительную роль, а потому, что его обстановка заставила. Он знал мнение ЦК, мнение членов Президиума ЦК по этим вопросам.

Сейчас выясняется такой штрих: Берия со всех освобожденных взял подписку (об этом мне сказал врач Рыжиков), как они себя должны вести в дальнейшем. Ясно, что подписки взяты для того, чтобы держать этих людей и дальше в своих руках.

Товарищи, разоблачение Берия, в особенности завершение этого разоблачения и сам арест Берия были трудным и рискованным делом. И здесь надо отдать должное товарищам Маленкову, Хрущеву и Молотову (бурные аплодисменты), которые хорошо организовали это дело и довели его до конца.

Хрущев. Одна поправка есть: и себя ты не исключай. (Аплодисменты.)

Булганин. Я очень тебе благодарен, Никита, за эту реплику и заявляю тебе и всем другим товарищам, что я поступил только так, как должен поступить каждый честный член партии. (Аплодисменты.)

Товарищи, после смерти товарища Сталина Президиуму ЦК пришлось вести очень сложную работу, решать сложные вопросы внутренней и внешней политики.

Разоблачение Берия и его арест свидетельствуют о твердости, ленинско-сталинской принципиальности нашего Центрального Комитета и его Президиума, о непримиримости их к врагам. Дело Берия показывает, что наш нынешний Центральный Комитет и его Президиум, воспитанный и закаленный товарищем Сталиным, является верным оплотом, надежным руководителем партии и нашего советского народа. (Бурные аплодисменты.)

Теперь, товарищи, я хочу затронуть вопрос о некоторых практических мерах в отношении Министерства внутренних дел. Надо признать, товарищи, прямо, что мы плохо контролировали и проверяли работу Министерства внутренних дел и его органов. Когда я говорю мы, то имею в виду не только Президиум Центрального Комитета, а всех здесь сидящих.

Голоса. Правильно.

Булганин. Наши областные комитеты партии, ЦК республик, крайкомы, несмотря на то, что мы много раз записывали в решениях ЦК о необходимости решительно покончить с бесконтрольностью в деятельности органов МВД, все еще по-настоящему глубоко работу этих органов не контролировали и не контролируют до настоящего времени. Надо с этим покончить. Это бесспорно. Сегодня на этом Пленуме это стало особенно ясно. Но я думаю, товарищи, что мало, если мы только так скажем. Я думаю, что следует сказать более конкретно. Надо завести контроль над этими органами по конкретным практическим вопросам. Бюро обкома, крайкома, ЦК республики, Президиум ЦК должны знать, кого арестовывают, как допрашивают, кто сидит в тюрьме, каковы там порядки.

Хрущев. А главное — усилить партийную работу среди работников МВД.

Булганин. Да. усилить и помочь им остаться дальше хорошими партийцами. Говорят, что не допускают к контролю под видом того, что на всю деятельность органов МВД наводят невероятную секретность. Но ведь у нас партийные организации, инструктора крайкомов, обкомов и другие руководящие работники партийных органов имеют доступ в самые секретные лаборатории, научно-исследовательские институты, где делается исключительно секретная работа. Почему же они не могут пойти в тюрьму и проверить содержание арестованных?

Ворошилов. Проверить, кто арестован и почему арестован.

Булганин. Да. и как ведутся допросы. Почему инструктор обкома не может пойти и все это проверить? Почему инструктор обкома ходит в любую лабораторию самого секретного порядка, а сюда пойти не может?

И другой вопрос — о кадрах. Я считаю, что по кадрам мы тоже не довели дело до конца, много раз записывали, но не сделали то, что нужно было сделать. Мы часто говорили о том, что надо заменить многих людей в аппарате МВД, сменить, поставить новых. Но как это делалось? Для центра брали людей с периферии, тех же людей из МВД. Надо дать туда новых людей.

Голоса. Правильно.

Булганин. Из нашего партийного и государственного аппарата.

Голоса. Правильно, новых людей надо.

Булганин. Часто приходилось слышать о том, что вновь назначаемые работники— это чекисты со стажем, а эти то чекисты со стажем и портили дело.

Ведь что получилось? Что такое МВД? Это ЧК — Чрезвычайная Комиссия. Вы помните, во всяком случае большинство помнят и знают ЧК по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией. Они были созданы в самые тяжелые годы существования Советской власти, в годы гражданской войны. Таким МВД осталось и сейчас, ничего не изменилось, кроме названия. А права те же, методы работы те же, а мы прожили уже 35 лет. Разве это можно терпеть дальше? Кончать с этим надо.

Напрашиваются некоторые вопросы, которые, я думаю, надо пересмотреть. Например, нужно ли оставлять тюрьмы в ведении МВД? Не передать ли их органам юстиции, а МВД сделать органом разведки.

Другой вопрос. Надо провести в жизнь неоднократные указания товарища Сталина о том, чтобы сделать Министерство внутренних дел гражданским министерством, а не военным.

Голоса. Правильно.

Булганин. У нас есть армия, там есть генералы, офицеры и солдаты. А зачем у нас Министерство внутренних дел военизировано? Мы все знаем, что товарищ Сталин не раз ругался и ругал Берия: «Это, — говорит, — твои штучки, твоя работа». Надо МВД развоенизировать. Для работников МВД, чем они будут проще, тем лучше, и их работа станет более эффективной.