Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

Максим, готовый поджечь и метнуть ещё один огнемётный пучок, приостановился.

Редошкин перестал изображать из себя барона Пампу из романа Стругацких «Трудно быть богом».

– Понравилось, ребята?! Приходите ещё, встретим хлебом-солью!

– И соляркой, – со смехом добавил возбуждённый Костя.

Изрядно поредевший рой начал спиралью подниматься в небо и исчез.

Редошкин посмотрел на Максима.

– Это называется разведка боем. Долго мы ещё будем терпеть эти вражеские закидоны?

– Готовим свой рейд, – сказал Максим.

Глава 12

Чёрное к чёрному

Несмотря на свой достаточно богатый опыт жизни в джунглях, Мигомберо далеко не сразу приспособился к жизни в гигантском лесу, свободном от любой формы хищнической агрессивной биологии.

Здесь росли огромные деревья, напоминающие африканские, а также целые рощи деревьев из других районов земного шара (Мигомберо видел их по телевизору), но не было ни птиц, ни кусачих насекомых – пауков, термитов, москитов, ос и шершней, – ни ядовитых змей, ни хищных зверей.

Климат здешнего леса тоже ничем не напоминал родной ад баирских джунглей, что сбивало с толку не меньше чем отсутствие опасного зверья. И питаться здесь тоже можно было вполне комфортно, учитывая, что мирные животные, встреченные африканцем в лесу, дикобразные «хорьки», «белки» и «антилопы», ничуть не боялись человека и легко становились его добычей.

Костры разводить ему было нечем, поэтому Мигомберо просто пил кровь убитых антилоп и ел их сырое мясо, закусывая трапезу ягодами. Грибы ему встречались часто, однако он боялся их есть, помня, что баирские грибы в большинстве случаев ядовиты.

Какое-то время после неудачного сражения с русскими спецназовцами и получения разъяснений от их командира о положении вещей Мигомберо пытался найти истинную подоплёку случившегося, всё ещё сомневаясь в искренности русского. Но по мере изучения обстановки и набора опыта новой жизни он всё больше убеждался в правоте оппонента, а после мысленного общения с посланцами другого леса и вовсе проникся ощущением неизбежности бытия в новой реальности и начал искать способы управления чужим миром, предварительно очистив его от скверны русского духа.

Команду следовать к Господину (кто это такой, Мигомберо не понял, но по этому поводу не горевал) он воспринял как собственное решение и бодро направился в указанном направлении, на время оставив планы мести.

Сутки он двигался в привычном темпе и прошёл, по его расчётам, не меньше сорока миль.

Убил пару длинноиглых шестилапых зверьков, мясо которых оказалось хоть и жилистым, но вкусным, наподобие буйволиного. Заночевал на опушке рощи странных деревьев, листья которых походили на метёлки. Утром направился дальше, но встретил отряд шмелей, вывернувшихся навстречу, и решил «поговорить с их предводителем», попросить транспортное средство. Всё-таки лес, позвавший его, находился далеко, и идти к нему, сбивая ноги, несколько суток не хотелось.

Шмели, или скорее шершни, первыми обратили на человека внимание. Возможно, они искали именно Мигомберо, а не кого-то другого.

Он остановился, разглядывая жужжащий рой чёрно-желтых созданий. Страха не было. В душе даже родилось ощущение, что он встретил своих старых знакомых, готовых служить и подчиняться.

– Чего зависли? – проговорил он снисходительно. – Подлетайте ближе, побеседуем.

Рой шершней расплылся зонтиком, накрывая африканца. Через несколько мгновений он услышал скрипучий костяной Голос:

– Человеческая особь… идти быстрее…

– Ага, поскачу как конь, – скривил губы Мигомберо. – Это вам хорошо, имеющим крылья, а у меня их нет.

– Человеческая особь… идти быстрее… выполнять…

– Иду как могу, – разозлился комбезе.

Один из шершней внезапно кинулся на него и больно укусил в руку. Не ужалил, а именно укусил острыми, как иглы, зубками!

– Дьявол! – шарахнулся в сторону африканец. – Охренел совсем?!

– Человеческая особь… идти быстрее… без возражений…

– Да пошли вы…

Слой шершней загудел сильнее, нацеливаясь на чернокожего человека.

– Э-э, прекратите! – отступил ещё дальше Мигомберо, поднимая на всякий случай руки. – Без мордобоя, чёрт бы вас побрал! Я вас тут всех похороню! Лучше помогли бы добраться до вашего Господина.

Фронт шмелей расширился, продолжая сохранять форму зонтика. Тон Голоса не изменился, равнодушный и механический, будто говорила опора электропередач, но в нём перестала ощущаться угроза:

– Помочь… чего хотеть… конкретно…

– Мне нужен транспорт. Иначе я буду добираться до вашего начальства месяц. Я не железный.

Головы шмелей-шершней завертелись во все стороны, словно они обменивались взглядами, а то и мыслями.

– Транспорт… что есть… конкретно…

– Транспорт – это транспорт: вертолёт, геликоптер, самолёт, ракета – что непонятного? Любое средство для быстрого передвижения по воздуху. – Мигомберо подумал и выговорил по-английски: – Spaceship.

Шмели закружились в странном танце, сломав строй, но снова собрались куполом.

– Средство… быстро передвижение… ждать… – Голос истончился и пропал.

Насекомые собрались в длинный хвост, который рванул в небо, превратился в точку и затерялся в синей бездне.

Мигомберо расслабился, размышляя, правильно ли он понял Голос, последнее слово которого прозвучало как «ждать».

Заныла рука.

Он поднёс её к глазам, рассматривая вздувшийся в месте укуса волдырь.

– Вот дерьмо! Союзничек! Я ж к вам добровольно… скунс поганый! Найду – раздавлю в мокрое пятно!

Захотелось обмыть рану чистой водой.

Мигомберо повертел головой, определяя возможное присутствие водоёма – реки или болотца, выбрал направление и рысцой отправился в путь. Через минуту впереди блеснула излучина реки, и он выбежал к обрыву, чистому от кустарника и травы.

* * *

Ждать возвращения посланцев чёрного леса на одном месте он не стал.

Искупался, поел, забив двух «дикобразов», убедился в отсутствии отравления от укуса летающего паразита (опухоль стала спадать), отдохнул на берегу реки и снова двинулся в путь, уверенный в том, что шмели его найдут.

Вечером оборудовал на краю «арахисовой» рощицы лежак из травы и лёг спать.

Спал без каких-либо тревог и волнений. Память об убитых соратниках из Союза освобождения Африки его тоже не беспокоила. Африканец давно привык жить только в соответствии со своими желаниями, и судьбы окружающих генерала людей волновали его меньше всего. Этим он не отличался ни от чернокожих головорезов Сомали (и Африки в целом); ни от смуглолицых бородачей-исламистов, потомков персов, «освободителей» Ливии, Афганистана, Ирака и Сирии; ни от белых бандитов, собранных в частные военные компании.

Ночью он не раз слышал странный гул, проникающий в глубины мозга назойливым зудом мелких насекомых, но глаза открывал лишь на миг, чтобы убедиться в отсутствии опасности. Гул проходил сквозь голову и растворялся в пространстве снов.

Утром следующего дня его и нашли шмели, разбудившие Мигомберо звонким стаккато крыльев.

Он встал, протирая кулаками глаза, потянулся. Подумал, что на родине, в Баире, он бы так спокойно не спал в лесу и не просыпался бы без автомата под рукой.

– Прилетели, господа вампиры? Чего