Вот мы и встретились - Кристофер Голден

В первом приближении Бен Клоски обладал телосложением и походкой медведя гризли. Однако при необходимости он мог передвигаться крадучись. Не то чтобы Бен этим занятием наслаждался. При своих габаритах он не привык от кого-либо таиться. И тем не менее, когда это требовалось, Бен обнаруживал в себе куда больше грации, чем большинство людей могло себе вообразить.

Тени плотно окутывали Бена, пока он неслышно пробирался вдоль кустов рядом с домом семьи Броуди на Парментер-роуд. Это было так глупо — тайком красться возле дома, в дверной звонок которого парнишка сотни раз звонил, — но это также было самую чуточку восхитительно. Стараться, чтобы тебя не увидели, было задачей воров и шпионов, и, хотя Бен никогда бы ни для одного из этих занятий не подошел, он немало фантазировал насчет обоих.

Ветер вовсю разгулялся, задувая с такой силой, что он фактически свистел мимо ушей. Бен застегнул свою плотную синюю куртку флотского образца и поднял капюшон. Было уже довольно поздно — не то чтобы совсем ночь, но такой поздний вечер, что Бен нипочем бы не рискнул выскользнуть из дома, если бы Кайл ему не позвонил и настойчиво не попросил прийти. Еще Кайл добавил, что Бену непременно следует взглянуть на те странности, которые происходят у него под верандой.

Имея шесть футов пять дюймов росту и двести семьдесят пять фунтов весу, Бен Клоски терпеть не мог помещения под задней верандой дома Броуди. Нет, он никогда не считал себя клаустрофобом. Просто после каждого пребывания в кладовке Бену страшно хотелось дать кому-нибудь по рогам. Особенно Кайлу. Какая удача для этого парнишки, что он был его лучшим другом.

Бен совершенно беззвучно добрался до угла дома. Затем высунул оттуда голову, желая внимательно осмотреть патио и веранду. Окна были темными, хотя в глубине дома Бен видел какое-то свечение. Затем его пристальный взгляд отправился к узкой, низкой дверце под верандой, входом для гоблинов, как ему всегда казалось. Сегодня вечером Бен ненавидел образы, внушившие ему подобное представление.

Ветер налетал резкими порывами, с громким шуршанием раздувая по задней лужайке бурую и красную листву. Из-за этого шуршания Бену казалось, будто у него по спине ползают крошечные смертоносные твари. Хмурые морщинки покрыли его лоб. Бен был не из тех, кого легко пугался всякой чертовщины, и все же теперь он вздрогнул и нервно огляделся, уже не тревожась о том, что его заприметят родители Кайла, но тем не менее по-прежнему не на шутку тревожась. Внезапно парнишка почувствовал себя неуютно и расхотел торчать здесь, в темноте.

Взгляд Бена снова переметнулся на дверцу для гоблинов, и он с неловкостью понял, что даже это убежище было теперь для него очень даже желанным.

По-прежнему отчаянно нервничая, Бен бросил еще один взгляд на веранду, убеждаясь, что за ним никто не наблюдает, после чего торопливо зашагал по бетонному патио. Он провел в темноте вполне достаточно времени, чтобы его глаза полностью к ней приспособились. Добравшись до дверцы, Бен поколебался, перевел дух, а затем негромко постучал.

Его уши были предельно навострены на любые звуки из дома. Вскоре из кладовки послышалось шевеление, какое-то поскребывание, но больше ничего. В тот самый момент, когда Бен поднял руку, собираясь постучать еще раз, раздался щелчок, а затем дверца приоткрылась на несколько дюймов. Бен аж передернулся.

— Давай, заходи, — прошептал Кайл.

Дверца широко распахнулась, и Кайл схватил его за рукав. Бену только-только хватило времени, чтобы пригнуться и не треснуться лбом о притолоку дверцы для гоблинов. Затем он прошаркал в кладовку, которую сейчас освещала не лампочка под потолком, а лежащий на полу фонарик. Как только Бен оказался внутри, Кайл зашипел на него, призывая закрыть за собой дверцу. Бен сделал, как было сказано, после чего Кайл выключил фонарик и потянул за металлическую цепочку, что висела рядом с лампочкой.

У Бена уже болела спина, а шею частично свело судорогой, однако стоило только лампочке загореться, как он мигом забыл про все свои болячки и неудобства. Кайл очистил для него старый и ржавый стул из кованого железа, но Бен не обратил на него ни малейшего внимания. Вместо этого принялся сверлить взглядом круг на полу.

Затем парнишка почувствовал что-то очень похожее на страх, и он вдруг еще сильнее ощутил неуютную близость стен и потолка.

— Что это такое?

Кайл негромко рассмеялся, но если этому смеху полагалось снять с Бена напряжение, то вышло скорее наоборот.

— Помнишь, я тебе рассказывал про одного мужика? По имени Уилл Джеймс? Он здесь был, — прошептал Кайл. Затем опять улыбнулся и покачал головой. — Чувак, я тебе Богом клянусь, что ты никогда в жизни в это не поверишь. Но это правда. Все-все. От начала и до конца.

Бен заколебался, чувствуя, как его неловкость все нарастает. Кайл выглядел еще бледнее обычного, а его ярко-рыжие волосы приобрели темно-красный оттенок, которого Бен никогда раньше не замечал. В руках у его друга была толстая книга в кожаном переплете. Края ее страниц были сплошь неровными — как бывает у по-настоящему старых книг.

— Так это… это та самая книга, про которую ты мне рассказывал? Та, которую ты нашел под лестницей?

Кайл с ухмылкой протянул ему книгу. Бен машинально ее взял и немедленно об этом пожалел. Несмотря на холод, что просачивался сквозь стены и пол тесного помещения, книга показалась ему теплой. Обложка на ощупь казалась сделана скорее из настоящей кожи, чем из искусственной. В тот самый миг, когда Бен это понял, его слегка затошнило. От книги также словно бы исходил какой-то странный запах. Примерно так пахнет спичка сразу же после того, как ее задули.

Пока Бен держал в руках книгу, Кайл стал ему рассказывать. Про Уилла Джеймса, про ту невероятную историю, которую тот в свою очередь рассказал Кайлу. Про эту книгу и про то, что с ее помощью можно делать. И самое ужасное — про все то, что, по утверждению Кайла, Уилл Джеймс сделал прямо здесь, в этой жуткой комнатенке для гоблинов.

Бен выдавил из себя улыбку. Волосы у него были длинные, а поскольку потолок был изрядно изорван, клочки розовой изоляции болтались там как бородатый мох. Из-за этого Бену казалось, будто в его косматой гриве ползают какие-то твари. Разумом он понимал, что они сейчас находятся в кладовке у Кайла под задней верандой, что родители его друга, скорее всего, сидят в доме, попивают вино и смотрят какой-нибудь фильм по телевизору, что там горит свет, а на дверях есть запоры. В этом месте они тусовались и раньше, хотя Бен всегда с большой неохотой. Сколько банок пива было ими здесь выпито?

Слишком много, и все же Бену хотелось, чтобы несколько штук он приберег для этой минуты.