Отражения судьбы - Светлана Залата

подкинула фальшивку о якобы предателе, желающим исполнить «Иллюминатов», потянула за нужные нити, развела прения в Магистрате, все эти дебаты и опросы… Чтобы пока Орден гоняется за тенями, обратить Вуаль и поставить всех перед выбором – или править людьми, реализовывая так удачно поднятый из забвения план, или умереть от их руки. Разумеется, Орден бы выбрал первое. И думаю, для устранения Мартины у Стеф был какой-то план, наверняка. Ну может сама Верховная Волшебница, – Карина произнесла титул с явной иронией, – и расскажет, как узнает. Она уже в Крыму как сутки. Но не думаю, что явится сюда, и в любом случае пусть у Миши голова болит по поводу ее возможного визита.

Несколько минут все четверо ели в тишине. Потом Карина продолжила, расправившись со стейком.

– У Стеф всегда было терпение. И амбиции. Не хватало только силенок и таланта, но она брала упорством, и поди же ты – всех просто перетерпела. Насобирала артефактов, тут что-то скрыла, тут к рукам прибрала, тут за ниточки подергала. Тем более что после получения своего проклятия она неплохо поднаторела в менталистике, которой и раньше увлекалась, и начала использовать марионеток направо и налево. Опыта ей было не занимать, она и раньше Наложением баловалась, еще когда Кодекса даже не было, и никто такие вещи не ограничивал. Но воображения у Стефании никогда не хватало. Она не могла даже предположить, что кто-то может добровольно расстаться с силой и властью. Каждый раз, когда кто-то из Первых Кругов удалялся от дел, для нее это было признанием поражения, а не осознанным выбором со своими преимуществами. Так что она не предусмотрела тот факт, что ты, Александра, просто отпустишь дарованную силу. Она-то планировала позволить тебе сдернуть Вуаль, давила что есть силы, хотя, – Карина усмехается, – нашла тут коса на камень. Давила, но так и не сумела подчинить. И у тебя характер боевой, и мой браслет пригодился. Стеф-то надеялась что ты сломаешься, сделаешь, все что попросит, и она после спаде ритуала нырнет в твое тело, как в новую кожу. Получит разом и новый мир, и силы над этим миром властвовать, и заодно так и истину о ритуале припрятать можно. Да и, думаю я, сестренка лукавила, когда говорила в свое время, что узнай что-то, Серафим бы все расстроил. Думаю, она определенно рассчитывала, что мы все узнаем, хотела показать, насколько она умнее и сильнее всех вокруг. Такой элегантный план достижения сразу нескольких целей, который ей в итоге пришлось проворачивать в одиночку, перебив или потеряв всех сторонников. Думаю, она и девочку эту, дочь оборотня, убила бы на подходах, не стала бы давать ассистировать. А в одиночку ритуалы творить не стоит даже древним старым волшебницам, и ее обугленное тело теперь подтверждение тому, что технику безопасности стоит соблюдать всем вне зависимости от возраста и былых заслуг.

Миклош с интересом тянется к селедке под шубой, а потом, словно что-то сообразив, задумчиво поднимает взгляд на Карину.

– Выходит, что я просто случайно узнал то, чего знать не стоило?

Волшебница качает головой.

– И да, и нет. Дело не только в том, что ты своими изыскания поставил план Стефании, который у нее уже наверняка тогда был, под угрозу срыва. Хотя и это важно. Удалось бы тебе закончить свой эксперимент – способ бы стали обсуждать. Возможно даже и использовать. И тогда проверни все это Стеф, все бы, кто нужно, поняли откуда ветер дует. А она не хотела делиться знаниями и точно не желала, чтобы кто-то помешал ей идти по намеченному пути. Но, думаю, есть и еще одна причина.

Карина бросает взгляд на Сашу. Та чуть кивает, понимая, о чем речь. Соглашаясь поделиться своими мыслями.

– Она предлагала мне править вместе. Говорила, что я создана ее желанием, что у меня есть силы и что она лишь отпустила меня в мир, а теперь я вернулась, пройдя все испытания и достояна стоять рядом. Рисовала перспективы порядка, где маги развивают свое искусство на благо людей. Мир где,– Саша чуть запинается,– где было бы возможно многое из того, о чем я сама мечтала.

– Стеф всегда умела трепаться.

– Это было… Это могло стать реальностью. Но я знала, что будет в таком мире с теми, кто просто попадется ей под руку. Я видела, как это бывает.

Карина вздыхает.

– Увы. Никому не нравилась Вуаль, никто не был в восторге от самой идеи отделения, но оно было необходимостью. Мы вели мир к катастрофе, и уже не в первый раз, неизбежно вовлекая в неизбежную же грызню за власть все больше и больше ресурсов самого разного толка. Это надо было прекратить, пусть и ценой того, что ныне мы сами урезаны в привилегиях. Увы, не всем удается смириться с тем, что сила и власть означают ответственность, и иногда ответственность – это сдерживать собственную силу и ограничивать собственную власть. Ладно, хватит о делах, еще успеем наговориться. Тем более что я вас всех приглашаю к себе через три дня на пару недель. И, – Карина поднимает руку, останавливая Серафима, – никаких возражений. Билеты куплены. Хотела бы взять раньше, но все-таки бросать твоего побратима тут прямо сейчас будет не очень красиво, так что пока подсоблю ему.

– Кара.

– Что – Кара? Ты хочешь воевать с Мартиной? Между прочим, она намерена серьезно расследовать смерть своей сестры по Кругу, хоть та и была редкой мегерой. Как думаешь, сколько ей понадобиться времени что бы сложить два и два и выяснить, кого выбрала Стефания с кровью скифов в жилах чтобы уязвить меня? Подсказка – очень мало. И что остальные за столом сидящие она тоже замешаны сообразит, не сомневайтесь. И тебе, Миклош-переселенец, придется еще много от чего отбиваться, доказывая свою невиновность. А ты, мотылек, в ближайшие полгода все равно из всей магии сможешь разве что перо поднять над столом на десяток сантиметров. Хотя я и за это не порчусь. И вас вдвоем затаскают по судам и допросам, пока Мартина не остынет. А остывает сестренка долго. Очень долго. Сделает все так чтобы все, кому надо, знали, что будет, если убить одну из Древних. Так что спорить со мной бессмысленно. Пусть Марти перебеситься, отойдет, займется другими делами, и тогда уже возвращайтесь в свой слякотный город и живите в свое удовольствие. Не говоря уже о том, что вам всем троим не помешало бы загореть как следует. Ты, мотылек, хоть плавать-то умеешь?

– Умею. И не мотылек, – Саша от обращения была не в восторге.

– Не дуйся. К тому же – юное создание, летящее на свет силы, не раздумывающее