Князь лжи - Андрей Смирнов

Я молча кивнул.

– Я тебе помогу.

– Но ведь…

– Это не помешает, не волнуйся.

Я ощутил прилив благодарности. Какие бы мотивы не заставили Эдрика отправиться со мной в этот путь, он здорово помог мне, и, наверное, мне стоило считать его своим другом. Как бы сильно его мозги не были промыты философией Школы Железного Листа, он вовсе не был таким бездушным типом, каким иногда казался. Надеюсь, я останусь в живых и у меня еще будет возможность его отблагодарить.

Как только иглы замерли, я, вскрывая последние запасники силы, прыгнул на Мост. Сапог впечатался в мокрую от крови спину, я перемахнул через несколько тел, приземлился на чей-то живот, выдавив из мученика стон боли, бросился дальше. Скользкие, полуживые тела, были не самой лучшей дорожкой для пробега; в любой момент я мог споткнуться, потерять равновесие и налететь на какой-нибудь тонкий стальной шип, пробивавшийся, словно диковинная травинка, из-под груды плоти, но я старался не задумываться об этом. Энергия бурлила во мне, тело казалось легким, как пушинка, движения были точны и стремительны. Я знал, что это состояние продлится недолго – почти все запасы я растратил вчера, пытаясь преодолеть заклятья бессмертного стража – и старался за отпущенное время пробежать как можно большее расстояние. Эдрика я не видел, но смутно ощущал его присутствие рядом с собой, справа… и сверху. Вероятно, он опять перешел в состояние клинка. Пока он просто был рядом, и ничего не предпринимал.

Хотя я бежал быстрее ветра, Игольчатый Мост, казалось, становился все длиннее и длиннее. Вероятно, так и было. Что-то странное происходило здесь с расстояниями. Мои запасы силы иссякали. Движения замедлялись. Краем глаза я заметил дрожание шипов – Солнце заходило, и они готовились пробудиться к жизни. Быстрее, еще быстрее… Я почувствовал, что начинаю задыхаться – тело не выдерживало такой нагрузки.

Я успел пробежать две трети пути до того, как истекло отпущенное время. Закат – которого в этом месте я все равно не видел – превратился в ночь, и Мост ожил.

Сначала он двигался медленно – иглы раскачивались, как трава на ветру, и слепо тянулись в моем направлении, но чем дальше, тем быстрее и увереннее становились их движения. Вопли мучеников обрушились на меня дикой, оглушающей какофонией. Тела задвигались, заизвивались, я несколько раз терял равновесие и лишь чудом избегал летящих ко мне игл. Мост тем временем пробудился окончательно. Я чувствовал: он хочет поймать меня, нацепить на стальной шип, насладиться моей болью. Игольчатый Мост – не механическое приспособление. Скорее уж, какое-то странное животное, порождение извращенной фантазии одного из тех богов, которые создали это место. Прямо передо мной, разрывая тела, вырастали новые и новые шипы, я перепрыгивал через них, но видел, что впереди меня уже ожидают такие же, перекрывая путь подобием решетки. Высверк над правым плечом возвестил, что Эдрик наконец включился в игру. Я услышал звон, и увидел, как прутья осыпались – самого движения клинка я не видел. Меч замер в двадцати шагах, ожидая, когда я доберусь до этого места. Я перепрыгнул обрезки прутьев. Справа и слева, одновременно, метнулись две длинные иглы – меч срезал и их тоже. Дальше, дальше… Какой-то человек – или демон – захлебнулся криком, когда я наступил ему на лицо. Маленький ровный участок – спина лошади в окружении человеческих тел – я взбегаю по шее, отталкиваясь от черепа, лечу вперед…

Внезапно все кончилось. Тел под ногами больше не было, я стоял на камнях. Громада Слепой Горы заняла полнеба. Игольчатый Мост позади. Я прошел.

Внутрь Слепой Горы вела пещера. Я находился, быть может, на расстоянии двадцати пяти или тридцати шагов от входа. Что там внутри, разобрать невозможно – между мной и пещерой пульсировало нечто вроде светящейся серебристой пленки, набирающей с каждым мгновением силу и цвет. Эдрик говорил, что внутри находится какой-то храм, посвященный всем богам сразу, а также – портал, который перенесет меня в любую из Сфер Сальбравы по моему желанию.

Но сначала…

Я шагнул к пленке.

Пленка приобретала подобие большого зеркала, чем ближе я подходил, тем быстрее шло его формирование. В переливающемся, похожем на серебренное море, отражении, я видел зеленовато-бурые небеса, и каменистую серую равнину, смутный образ Моста, себя самого, приближающегося к концу пути…

Нет.

Там был не я.

Я не сразу понял, что вижу в отражении. Фигура, которая двигалась мне навстречу, принадлежала кому-то другому. Она повторяла мои движения, но не слишком точно. Я замедлил шаг, но она продолжала двигаться с прежней скоростью. Это был… Мне показалось, я вернулся в один из своих снов – в кошмар, где я не был собой, а был кем-то другим… вернее – вместо меня был кто-то.

Рваная хламида, клюка в левой руке. На лице – маска. Нет, не так: лица нет, пустота под капюшоном, и на эту пустоту нацеплена грубая серая маска.

Слегка прихрамывая он (оно?) добрался до границы, разделявшей реальный мир и отражение. Я стоял в двух шагах – замер от ужаса, не понимая, что происходит. Зеркало вспухло, стало жидким, потом – сошло, как пена, пропуская это в наш мир. Не соображая, что делаю, я выставил перед собой руки, как будто бы так мог защититься от этого. Существо в маске протянуло свою длань. Я почувствовал прикосновение – холодное, как будто бы из меня вытянули что-то… Не энергию, нет… словно нечто неведомое пришло в равновесие, когда он прикоснулся ко мне…

Я услышал голос – бесполый, бесстрастный, механическое движение звука в застывшем воздухе:

– Ты помог мне вернуться. Я этого не забуду.

Глава двадцатая

Преображения не произошло. Пленка, отделяющая бывшее от небывшего, существующее от возможного, в которую должен был войти Льюис Телмарид для того, чтобы измениться, разорвалась изнутри. Тварь, которая вылезла в реальный мир, сильно – с точки зрения Эдрика – смахивала на какого-то демона, и в первые мгновения он полагал, что именно таким странным образом и совершается смена природы: одна сущность уже есть, вторая – еще не успела исчезнуть. Потом – почти сразу – он понял, что это не так. Что-то пошло неправильно. Или – правильно по каким-то иным, высшим закономерностям, но не так, как они предполагали. Человек не исчез, не перешел в это. Что-то приобрело существование, реальность изменилась, впустив новую сущность, но Льюис остался тем, кем был. Вот он – отшатывается, едва удерживаясь на ногах, от этого существа. Мембраны нет, есть Слепая Гора, демон в маске, умирающий человек и бессмертный.

Позже Эдрик жалел, что не перешел в меч и не попытался убить это сразу же. Неизвестно, сумел бы он достичь успеха, но тогда у него хотя бы был шанс. Он уверял себя, что попытался бы – если бы сразу понял, что это за тварь. Но существо, хотя в нем и ощущалось что-то необычное, не казалось чрезмерно грозным. Эдрик и предположить не мог, что не раз уже слышал об этом существе – о нем рассказывалось в древних легендах, оно упоминалось в притчах и нравоучительных баснях, его титулами пугали детей, его имя изрыгали в проклятьях…