Неандертальский томагавк в астроархеологии - Александр Розов

Айра, без малейших эмоций продемонстрировала гостю текущий результат: уже три четверти болота было покрыто не лиловыми бродячими хвощами, а черной мертвой бесформенной массой, в которую означенные хвощи превратились. И только в самой дальней четверти болота, хвощи пока были живы, но насыщенный лиловый цвет уже сменился на бледно-красноватый. Лиловое болото умирало, и вместе с ним умирала растительность на расстоянии нескольких десятков метров от воды. Казалось, все тут сожжено до обугливания каким-то загадочным невидимым пламенем…

— Анд Юрис, — произнесла Айра, — если тебе интересна техника исполнения работы, то наверное, лучше предоставить слово нашим стажерам.

— А мы, — добавил Фрой, — пройдемся по окрестностям. У нас есть план, как расчистить Паучью пустошь по аналогичной технологии. Это ведь тоже важная задача, верно?

— Да, безусловно, — Анд Юрис кивнул.

— Вот и замечательно, — резюмировал Фрой, — мы с Осой поищем кое-какие минералы.

— Я, — добавила Айра уже на ходу, — предложила нашему юниорскому составу и далее работать с нашей солярной тройкой. Разумеется, если у совета или комитета не будет принципиальных возражений против этого.

Авторитетный ментор проводил взглядом двоих беспечно удаляющихся соляриан, в задумчивости покачал головой, и обратился к «стажерам».

— Как трудно преодолеть барьер недоверия между двумя родственными мирами. Даже совместного труда и быта недостаточно, чтобы это произошло быстро. Поэтому, мы должны набраться терпения и дружелюбия, и ждать. Это хороший урок самообладания… А теперь, кто расскажет мне о принципах работы, которую вы здесь проводите.

— Я попробую, — вызвался Атал, — мы не делаем ничего необычного, мы просто четко применяем школьные знания по геологии, химии и биологии.

— Соляриане, — пояснила Фели, — напомнили нам про свинцовую руду и биологическую активность свинца. Мы все это проходили, но не додумались применить на практике.

— Зато, — добавил Гарм, — мы придумали, как сделать первобытную открытую горку для обжига руды более эффективной. И Оса Айра считает, что это была креативная идея.

— Значит, — подвел итог Анд Юрис, — вы отыскали свинцовую руду, и, использовав эту улучшенную вами первобытную технологию, отравили болото и смежные водоемы?

— Да, — лаконично подтвердила Ионе.

Возникла пауза, потом авторитетный ментор снова кивнул.

— Это хорошо задуманная и сделанная работа. Вы, юноши и девушки, почувствовали на практике, что такое сила разума. Но важно еще и соблюдать меру.

— Мы знаем, — сообщила Эви, — То же самое нам объяснял Змей Нген. Только в крайних случаях можно вот так поступать с природой. Например, тут, или на Паучьей пустоши.

— У нас, — добавил Энг, — уже готов план расчистки Паучьей пустоши. Флэш Фрой нам сказал, что там будет сложнее, но еще он сказал, что мы обязательно справимся.

— Мы справимся, — уверенно подтвердил Гарм, — и еще, мы там вместе с солярианами поставим на модуль «ковчега» новый реактор, который они нам подарили, вместо того совсем старого, который уже неустойчиво работает и представляет опасность.

Анд Юрис в третий раз кивнул.

— Хорошо. Пусть будет так. Соляриане сумели взглянуть на наши проблемы свежим взглядом и найти наилучшие простые решения, незамеченные нами. Это тоже очень полезный урок и для вас, молодые люди, и для всех нас. А чему еще полезному или интересному вы успели научиться у соляриан? Я уже услышал об уроках психологии, которые Змей Нген проводит с Тайко. Участвуете ли вы в этих уроках?

— Мы участвуем, хотя не всегда, — ответила Фели.

— Это интересно, — добавила Ионе, — но очень необычно и непривычно.

— Нген говорит, — уточнил Атал, — что так должно быть.

— Необычно и непривычно? — переспросил Анд Юрис, — а что именно?

— Игры, — ответил Гарм, — очень интересные обучающие игры. Это можно делать даже одновременно с работой. Тебе достается какая-то роль в игре, и дальше, ты работаешь, стараясь не выходить из этой роли. Это так непривычно: почувствовать себя другим, и вообразить, что окружающие люди тоже другие, и все общество… А после игры, ты чувствуешь, что стал лучше понимать, что такое «мы» и «я», что такое обязанность и желание, что такое общество, и почему разные общества, которые в игре, меняют твое отношение к реальности, к объективным событиям и действиям. Я так долго говорю, потому что сам не совсем понимаю и еще не могу сформулировать лаконично.

Авторитетный ментор окинул внимательным взглядом всех шестерых юниоров.

— Это может оказаться интересным и полезным опытом, юноши и девушки. Но, будьте осторожны. Вместе с опытом и знаниями в такой игре вы рискуете случайно впитать и нечеткость жизненной позиции. Вы знаете, что соляриане отличаются от нас в своих представлениях о целях и идеалах общества и целях человека, живущего в обществе.

— У меня вопрос, — сказала Эви, — мы знаем, что общество, если оно развивается, всегда приходит или к коммунистической фазе Великого кольца, или погибает. Но сейчас мы видим общество соляриан, и не можем понять: оно еще недостаточно развилось для перехода к действительному коммунизму, или с ним что-то не так?

— Твой вопрос, — ответил Анд Юрис, — следовало бы сформулировать иначе. Как долго способно развиваться общество, построенное не по принципам высшей фазы?

— Да, — Эви кивнула, — я хотела понять именно это.

— Важный и интересный вопрос, — медленно сказал авторитетный ментор, — чтобы дать правильный ответ, надо вспомнить, что Вселенная очень разнообразна, а социальные законы проявляются через статистику. Чем выше мы зададим планку уровня развития науки и технологии, тем меньше вероятность того, что некоммунистическое общество достигнет этой планки, избежав самоуничтожения.

— Значит, — уточнил Энг, — возможно общество, которое, не будучи коммунистическим, достигнет сколь угодно высокого уровня развития?

— Теоретически это возможно, — подтвердил Анд Юрис, — но практически вероятность настолько мала, что ей можно пренебречь.

— Но, — возразила девушка, — как тут пренебречь, если соляриане реальны?

— Мы, — сказал он, — еще недостаточно понимаем структуру общества соляриан. По их документальным фильмам мы можем увидеть, что в их обществе имеются серьезные проблемы. Мы можем увидеть, что тренд их развития скорее социалистический, чем капиталистический, но некоторые капиталистические отношения у них сохраняются. Трудно сказать, почему. Мы непосредственно знакомы только с патрулем соляриан. Возможно, другие люди в солярном сообществе сильно отличаются от них. Поэтому, прежде, чем делать выводы, нам надо больше узнать о солярианах и их обществе.