Подкати ко мне срочно - Карли Робин

не перестаешь болтать, пока мы смотрим мои шоу. Нам потребовалось два часа на то, чтобы посмотреть получасовой эпизод ситкома, и все потому, что мне то и дело приходилось ставить на паузу и перематывать назад.

Тео задумчиво поджал губы:

– Но все это делает меня только более привлекательным.

– Да. Ты очень, очень привлекательный. – Я поцеловала его в щетинистый подбородок. – Может, посмотрим гонку?

Тео стартовал почти в ста пятидесяти Гран-при подряд. Сегодняшняя гонка – первое Гран-при, которое он пропускал почти за восемь лет.

– Странно от тебя такое слышать, да? – Тео усмехнулся. – Но нет. Я в порядке. Я уже наигрался с «Формулой-один» этим утром. Финализировал детали моего нового контракта.

Ага. Это объясняло, зачем он встал в такую рань, чтобы привести в порядок всю мою ванную комнату.

– Теперь все в порядке?

Он кивнул с довольным видом:

– Ага. Ты смотришь на свежеиспеченного пилота «АльфаВиты».

Звук, вырвавшийся из моего рта, наполовину смахивал на испуг актрисы в фильме ужасов, наполовину – на звук актрисы, самым милым образом удивившейся в романтической комедии. Тео терпеливо ждал, пока я бомбардировала его вопросами, не давая ему ни единой возможности ответить хотя бы на один из них.

– Детка, помедленнее. – Тео снова поцеловал меня в лоб. – Да, я доволен своим решением. Да, «МакАлистеру» светит еще один пиар-кошмар. Да, я пошел на понижение зарплаты, но я все еще смогу покупать тебе неограниченное количество мороженого, так что волноваться не о чем. И да, это целиком и полностью мое решение. Это то, чего я хочу. «АльфаВита» дает мне возможность для роста и новых вызовов. И даже с учетом того, что «МакАлистер» исключил из нового контракта все спорные пункты… ну их к черту. Я злопамятный.

«Мой злопамятный, идеальный мужчина».

Я выскочила из кровати и принялась рыться в шкафу, пока не нашла то, что искала. Искомый предмет прятался под остальной стопкой моей одежды с символикой «Формулы-1», которая в основном состояла из футболок и кепок с лого «МакАлистера». Но его было несложно найти, учитывая, что это была единственная синяя вещь в море красного.

Когда я вынырнула из шкафа в подаренной мне кепке с логотипом «АльфаВиты», Тео громко рассмеялся:

– Откуда она у тебя? Ты ее прятала?

– Дэвид подарил ее Элле, когда она брала у него интервью, – призналась я. – Она отдала кепку мне, потому что…

– Блейк бы себе грыжу нажил, если бы она ее надела, – закончил он за меня. – На тебе она смотрится сексуально.

Запрыгнув обратно в постель, я оседлала Тео и положила руки ему на грудь.

– Синий будет смотреться на тебе суперсексуально. Гораздо лучше, чем красный.

Он притворно ахнул:

– По-твоему, мне не идет красный?

– Ты всегда хорошо выглядишь – что, кстати, весьма раздражает. Но красный цвет весьма сложный в работе. Синий куда лучше подходит твоим глазам и цвету лица. – Я сняла кепку и нахлобучила ему на голову, чтобы проиллюстрировать свою точку зрения. – Ну вот! Ты выглядишь просто великолепно!

– Это ты совершенна и великолепна.

Мои щеки вспыхнули, а губы расплылись в улыбке.

– Спасибо.

– А теперь, когда мы с тобой определились, что мы – самая великолепная пара, – с ухмылкой произнес Тео. – Как ты хочешь провести этот день? Ну, за вычетом миллиона оргазмов, само собой.

– Хочешь…

– Разумеется. Я думал, с этой частью мы уже определились, ангелочек.

Я закатила глаза:

– Ты не дал мне кончить. Что…

– Я всегда даю тебе кончить. – Его губы расплылись в мальчишеской улыбке.

– И очень этим гордишься, да? – Пытаясь подавить желание рассмеяться, я зажала Тео рот рукой, чтобы он больше меня не перебил. – Хочешь пойти на бранч со мной и моими родителями, ты, похотливый австралиец?

* * *

Пока мои родители удобно устраивались напротив нас в ресторане, Тео нервно ерзал на стуле. Каждый раз, когда мой парень оказывался в обществе моего отца, он, кажется, напрочь забывал английский язык. Равно как и необходимость приветствовать знакомых людей. Пробормотав что-то бессвязное и напоминающее «привет», Тео залпом осушил полстакана сока.

Открыв меню, мама глянула на меня и небрежно спросила:

– Каким получился ваш секс после примирения?

Тео поперхнулся соком, оранжевые капли забрызгали белый стол перед нами. Да, фантастическое начало. Мой отец сделал вид, что не слышал вопроса, прекрасно зная, что в противном случае его заставят выбирать сторону.

– Боже, мама, – прошипела я. – Мы же в обществе. И это совершенно не твое дело.

Она небрежно взмахнула рукой:

– Заниматься любовью после эмоционального расставания всегда приятно, Жозефина. Это здоровый способ восстановить связь и заново сблизиться с партнером. Тут совершенно нечего смущаться.

– Кэролайн, – решил вмешаться мой отец после напряженного раунда игры в гляделки, – почему бы тебе не поговорить об этом с Жозефиной наедине? И попозже?

Он кивком указал на Тео, который побелел, словно привидение. Бедолага. Ему стоило бы лучше подготовиться к жизни, полной подобных вопросов. И это он еще не слышал, как моя мама разглагольствует о родах или сексе во время беременности.

Мама драматично вздохнула:

– Ну хорошо, хорошо. Расскажи нам о вечеринке, Жозефина. Сопутствовал ли ей сокрушительный успех?

Мои родители хотели пойти на неофициальное открытие «Близнецов», но уже пообещали посетить в тот вечер благотворительный гала-концерт. Лично я считала, что все прошло как нельзя лучше, поскольку последнее, что мне требовалось, – это стрессовать весь вечер из-за того, что моя мама рассказывала собравшимся о новой модели вибраторов или смазки.

Прежде чем я успела сказать хоть слово, Тео вспомнил, как следует разговаривать с другими людьми, и принялся на головокружительной скорости посвящать их в детали мероприятия. Его буквально переполняла гордость, когда он рассказывал им о закусках, списке гостей, декоре и напитках – обо всем, что он мог вспомнить. Черты лица моего отца слегка смягчились, пока он слушал, как искренне Тео восторгался мной.

– С твоей стороны было очень мило пропустить гонку, чтобы поддержать Жозефину, – заметила мама.

– Джози – единственный трофей, который мне нужен, – ответил Тео и тут же побледнел. – В смысле, она не трофей. Точнее, трофей. Она потрясающая и заслуживает того, чтобы ее поставили на пьедестал. Я хотел сказать, что она не собственность. Но я бы в любой день недели поставил титул ее парня выше титула чемпиона мира. Ого. Как здесь жарко.

Вместо того чтобы придушить Тео, мой отец просто кивнул:

– Надеюсь, «МакАлистер» не сильно тебя ругал за пропуск гонки. Особенно после всей этой ерунды с новым контрактом.

Тео неуверенно улыбнулся:

– Ага. Но я только что подписал контракт с другой командой, так что они в любом случае мало что могут