Поход клюнутого - Сергей Чичин

Торгрим озадачился — а чего это он, в самом деле, руки распускать повадился? Никогда не страдал этой ерундой, был доходчив и велеречив, а если уж бил — то только врага и сразу наповал. Еще порою помогал тяжелый, как три телеги железных чушек, взгляд исподлобья, а также другие народные средства: деликатное покашливание, презрительное сморкание под ноги, жесты различные, на худой конец издевательский смех. А на этого вот глянешь — и пальцы сами собой в кулаки сжимаются, и никаких альтернатив в голову не идет…[11]

— А сам ты чего меня беспрестанно провоцируешь?

— Прово-как? — изумился Бинго. — Я ж ничаво, я как всегда![12]

— Убери, говорю, это свинство с глаз моих, не то отберу и в щепки разломаю, а новый тебе сам закажу, с девизом «Глупостью и трусостью» и букетом фиалок!

— А чего, тоже неплохо, — Бинго со вздохом отвернул от дварфа щит, не удержался — полюбовался на него, как деревенская модница смотрит в зеркальце, и подвесил к седлу. — А вон трактир стоит! Это они по-умному, не то что у нас — которые на огородах трудятся, тем не надо в город возвращаться, дабы пива треснуть! Давай почтим вниманием.

— Да ты полжбана выглотал у стражников!

— Мало ли, где я чего почему. Я еще у девок прикончил кое-сколько, и у мага глотнул какой-то микстуры, чуть не выкрутило, хуже того, что у кузнеца было… и когда к этим, в платках клетчатых, свалился с крыши, тоже из ближайшего крантика хлебнул, прежде чем они за ножи схватились… Они потому и схватились, что я хорошо так присосался…

Бинго утих, но персты загибать и бормотать себе под нос что-то неслышимое не перестал. Торгрим раздраженно помотал головой — вот ведь послали боги спутничка… Но хоть замолчал, и то хлеб. Трактир так и проплыл мимо невостребованный — у гоблина согласно его патентованному устройству в момент обработки памяти отключилось всякое восприятие, а сам дварф и так под завязку был налит стражницким пивком. Хоть и дешевое, неказистое, зато от души! В Форте Стражи Торгрим осел где-то к середине ночи, и первый же впечатленный его приключениями стражник поднес ему кружечку, да так до рассвета и продолжалось, а отказываться вежливый дварф себе не позволил, выпил с каждым, потом со всеми, а потом… а потом пришел Бинго и все испортил.

Вплоть до самой развилки Бинго не подавал признаков присутствия — единственно, пару раз попытался задрать ногу на седло и стащить сапог, когда пальцы на руках у него кончались, но оба раза сбивался и с раздраженным шипением начинал сначала. Торгрим поглядел прямо и направо, пытаясь решить, какую дорогу все-таки избрать, и не удумал ничего лучше, чем вытащить монетку.

— Орел или решка? — вопросил он Бингхама для честности, хоть и жаль было вырывать гоблина из безмолвного стазиса.

— А, чо?

— Имеешь твердое мнение, куда нам надо ехать? Или, к примеру, куда нам точно ехать не надо?

— Точно не надо нам в Китонию, хотя, говорят, узкоглазые китонки весьма и весьма…

— Забудь. Скажи просто, орел или решка?

— Разве это просто? Вот так скажешь порой, а потом как начнется!.. В давние времена, слышал я, солнце останавливали словом, словом разрушали города. Как города разрушали, сам видел — показал хан саблей на город, сказал — «разрушить, однако!» — и понеслась.

— Ну, проснулся, — с неудовольствием признал Торгрим. — Куда хоть уходил-то?

— Это я так, вспоминал всякое, — Бинго как мог изобразил смущение. — Ну, вы ж меня подгоняли, чтоб быстрее про свои приключения рассказывал, а так я ж еще много успел. Вот у мага, например, в кладовых было много всякого завлекательного, но непонятного, так я кое-что прихватил, дабы рассмотреть без спешки. Ты не ругайся только и возвращать меня не гони, я боюсь того мага! Магия — это что, но у него нос — что твой клюв, такой вмиг задолбает.

— Да когда ж ты успел? Ты же вроде от него через окно удирал в спешке.

— Точно так и было. Потом в груди защемило, про тебя вспомнил — ты храбрый, а я тебя позорю трусливым бегством, что бы Морадин сказал? Из клумбы вылез, штаны подтянул и вернулся в башню.

— Только не говори, что мага прибил.

— Да нет, это он меня чуть не того, когда застал на полпути в верхние покои. Насилу через бойницу вывалился, прежде чем он огонь запалил, чуть шею внизу не сломал, всего и успел что дернуть по пути из случайной вазы волшебный ванд, — Бинго закопался в свой мешок и вытащил короткий, в ладонь длиной, толстый витой пруток. — Надеюсь, по крайней мере, что это волшебный ванд, потому что за иные мысли о природе этого предмета ты меня опять бить станешь. Как им орудовать — не ведаю, и ты, кажись, не по этой части, так эту же штуку можно в обменный фонд пустить!

— Ну, тогда поехали все же к реке, — решил Торгрим и повернул направо. — Мажеские штучки дороги, даже если не знаешь, что с ними делать.

— Если не знаешь — то даже особенно, — поддакнул Бинго. — Вдруг оно как раз именно то, что тебе нужно?

— Ну да, ну да. И это все, что ты у мага позаимствовал?

— Типа того, — Бинго помялся. — Ну, то бишь это как есть все, что я прихватил… во второй заход. Но грюкнувшись, я вроде как обиделся, изрек непотребное, в духе «ужо тебе недолго радоваться, зловредный колдунище», только без единого приличного слова, и вновь зашел, презрев опасности.

Противу воли Торгрим хихикнул, представив себе такую картину, как прущий напролом трусливый гоблин.

— Тебе смешно, — обиделся Бинго. — А третий заход случился самым неудачным и вовсе самым коротким: только я в дыру шагнул, как прямо передо мною жахнуло, и очухался я только через минуту, лежучи через улицу. Взять почти ничего не успел, только вот шляпу прихватил с вешалки.

Из мешка появилась сильно измятая шляпа, расшитая золотой нитью. Бинго попробовал было ее надеть вместо колпака, но шляпа оказалась безнадежно велика и просела ему до самого носа.

— Похоже, маг научил тебя хорошим манерам.

— За манеры не скажу, а вот не ломиться туды, где тебя не хотят видеть, научил накрепко, — Бинго покомкал еще шляпу, пожал плечами и, ухватив за поля, мощным броском отправил ее в полет над огородами, как тарелочку в известной эльфийской игре. — Так что я утерся и пошел оттуда.

— В дом с фонарями?

— Куда глаза глядят. Но как-то так вышло, что глаза опять за башню зацепились.

— И ты еще разок попробовал?

— Ну, не так уж я и глуп, как выгляжу. Понявши, что в парадном нам не рады, залез по громоотводу и внедрился через верхнее окошко.

— Это ли не глупость? Снизу хоть падать невысоко!

— Вот тебе хорошо, ты сразу в корень зришь, а мне до этого пришлось доходить путями окольными. Зато наверху маг меня нашел не сразу, я успел понадкусать все яблоки у него в вазе, поваляться на его постели и попользоваться его перегонным кубом и ночным горшком, только, кажется, перепутал их назначения.