Уж замуж невтерпеж - Надежда Тутова

— Наверное, стоит прогуляться. К тому же надо Зорьку проведать.

— Ну… если ты так уверена в своих силах… — неохотно протянула Благочестивая, с сомнением оглядывая меня.

Кажется, мне хотели поведать предсказания местной гадалки, а я все планы спутала. Ничего, еще будет время рассказать, уж в этом я не сомневаюсь.

Дом дуэ-раббита Крайма располагался не в центре Фингольда, а ближе к окраине, поэтому первое время шли в тишине и спокойствии. Даже собаки провожали нас равнодушными взглядами. Как я узнала, Зорьку и остальных лошадей отвели в загон близ большой площади: летом и в начале осени там ярмарку устраивают, места много, да и навесы есть. Лучше бы в конюшню, но в домах у людей больших помещений, чтобы всех разом разместить, нет. Зато лошадки получили двойную, если не тройную порцию корма. Вот праздник, наверное, случился.

Чем ближе мы подходили к площади, тем больше был слышен какой-то гомон. Напомнил он мне шум моря, строптивый бег волн, шумный Давро и его обитателей да гостей. А также несбывшиеся надежды… Ладно, не буду о грустном думать, тем более сама во всем виновата.

Мы, наконец, вышли к площади и с изумлением обнаружили здесь все местное население (это я так предполагаю).

— Кто же это такой важный приехал, что вся деревня собралась?

— Не знаю, но гадалка сказала, кто-то очень важный! — доверительно прошептала Сирин на ухо.

К чему такая таинственность? С другой стороны, туманно изъясняться и устраивать тайну там, где ее нет, в духе Сирин.

Любопытство пересилило боль, да Благочестивая за руку потянула, и мы стали проталкиваться ближе к центру, где явно что-то происходило. Сказать по этому поводу крепкое словцо многие могли, но один вид Сирин отбивал всю охоту говорить. Только поэтому мы почти беспрепятственно пробрались в первые ряды.

А ничего особо удивительного или сверхъестественного и не было. У главного колодца с наглухо забитой крышкой, слегка пошатываясь, стоял местный староста, прикрывая ладонью рот — видимо, надеялся так скрыть дивные ароматы, остающиеся после трехдневной пьянки. Стоял он не один, и собеседник его был той самой причиной всеобщего оживления. Высокий, жилистый, скорее даже сухой, кожа с не сходящим загаром, волосы не то серые, не то седые. Цепкий и слегка высокомерный взгляд карих глаз из-под кустистых бровей — взгляд воина, стражника. А еще шрам, не из тех, которые добавляют загадочности и даже красоты. Нет, шрам был пугающим, уродливым, именно таким, что не дает отвести взгляд, даже отвернувшись, вновь и вновь оглядываешься на него. А мужчина с гордостью нес его по жизни. Впрочем, как и грязно-коричневый форменный наряд с королевским гербом, пронзенным белой стрелой. Вот только от дорожной пыли стрела стала серой.

— Королевский дознаватель! — не то испуганно, не то восхищенно выдохнула Сирин.

Ну, дознаватель, ну, королевский. И что? Тем более всего лишь третьей ступени. Вот если бы первой, а так… По рассказам папа орден дознавателей состоит из пяти ступеней: от дознавателя четвертой ступени до высшего дознавателя отделяют не годы, а судьбы — не каждому дано подняться на самый верх. И это вполне обыденно, вполне понятно. Дознавателей третьей ступени присылают тогда, когда жалобами и доносами уже достали, но не достаточно заинтересовали или убедили в важности проблемы. Интересно, что же привело дознавателя сюда, в Фингольд?

— Я же говорила, что важный человек в деревню приедет! — с гордостью донеслось откуда-то справа.

— Почтенная Инаида! — тут же признала говорившую Сирин.

Хм, они знакомы? Наверняка, это та самая гадалка, у которой Сирин провела вчера немало времени. Да и кто еще может предсказывать, не опасаясь наказания за свои слова?

Расспросить гадалку о причине приезда дознавателя не успела: из-за скособоченного сарая (и как это такая развалюха на главной площади деревни стоит?) показались Жармю и Эфиан, которые, не сделав и пары шагов, юркнули обратно за сарай. Нет, они не ушли, только стали так, чтобы видеть все происходящее на площади, но самим остаться незамеченными. Мы с Сирин не в счет. Или это уже привычка — находить своих спутников всегда и везде?

— А правду говорят, что есть такая примета: если на свадьбе дружок нап… уп… ну, выпьет больше жениха, то у супругов первой девочка родится? — неожиданно поинтересовалась Сирин, внимательно глядя в сторону Жармю и Эфиана.

Ой… Неужто она решила, Жармю — ее суженый? А как же тот рыцарь, с которым она помолвлена? Похоже, теперь она ищет свое счастье в ином направлении.

На самом-то деле, где счастье свое найдешь, не знаешь. И гадалка порой не скажет, что ждет тебя оно за углом. Маман рассказывала о троюродной тетушке, которая как-то зимой, пожалев совсем молоденькую помощницу кухарки, сама пошла на рынок, решив сократить путь через зады дворов, и за какой-то кучей мусора случайно обнаружила вдрызг пьяного, но подозрительно хорошо одетого мужичка. Сердобольная тетушка и тут посочувствовала и умудрилась дотащить его до дома. Так она со своим будущим мужем и познакомилась. Оказалось, он недавно прибыл в город и решил отметить свой приезд с друзьями. А те оказались на поверку лжецами, поскольку бросили его, едва тот расплатился с трактирщиком за все выпитое и съеденное. Как и куда он шел — не помнил совершенно. По словам маман, тетушка и по сей день счастлива в замужестве.

— Всякие приметы бывают, — степенно кивнула Инаида. — Тут гадать отдельно надо.

Последние свои слова гадалка сопроводила весьма характерным жестом, у всех жителей Фелитии, да и не только, означающим одно — время платить. Что-то не верю я этой гадалке. Вон, наатцхешта и та заикалась о плате, лишь ответив на вопрос. Но Сирин говорить об этом бесполезно — вон, уже полезла в кошель. Того и гляди, украдут.

И что я на глупости отвлекаюсь? Мне ведь хотелось знать о причине приезда дознавателя. Но узнать не получается: староста боится лишнее слово вымолвить, а дознаватель говорить так тихо, что и собеседник его не всегда слышит. Куда уж мне. Могу и ошибаться, но что-то подсказывает — Жармю и Эфиан в курсе происходящего. Не зря они с таким сумрачным видом глядят на дознавателя. Да и прятались они не зря.

— Чего собрались? А ну, расходитесь! Ик… Живо! — еще не окрепший голос старосты прозвучал громом с ясного неба.

Собравшиеся на площади недовольно зашумели, но дознаватель зыркнул по рядам, и все тут же вспомнили о каких-то срочных, неотложных делах. И мне уходить? Видимо, да. К тому же эльф с другом тоже покинули пост. О Сирин я молчу, поскольку та еще раньше ушла с местной гадалкой. И чего людям так хочется обманываться?