Персия — Иран. Империя на Востоке - Александр Широкорад

Его место занял профессионал в этом деле — генерал Нематолла Нассири, который был одноклассником и другом детства шаха. Мохаммед Реза Шах Пехлеви дал генералу Нассири свободу действия и соответствующие инструкции — восстановить и укрепить охранку САВАК и должным образом служить монарху.

Генерал Нематолла Нассири идеально справился с поставленной перед ним задачей: была создана довольно сложная и эффективная система тотального сыска и доносительства, которая контролировала все аспекты политической и общественной жизни страны. Например, был установлен Офис цензуры, чтобы контролировать журналистов, литературных деятелей и академиков по всей стране. Кто отступал от официальной линии, к тем САВАК применяло соответствующие меры. Один из лидеров, идеологически обосновывавших «белую революцию шаха и народа», Але Ахмад — автор «Западничества», в 1961 г. опубликовал первый вариант своей книги (более точный перевод «Заражение Западом»), которая насторожила придворную элиту. В результате Але Ахмад был взят под надзор «саваковцев». В отчетах САВАК книга «Западничество» отнесена к категории «особо опасных для существующего режима», а ее автор охарактеризован следующим образом: «...этот человек на протяжении всей своей жизни действовал против государственного порядка. Его прозвище в политических кругах — "старый партизан"».

В это же время полномочия САВАК были расширены в области сбора ценных сведений и нейтрализации противников монархического режима как внутри страны, так и за рубежом. Университеты, профсоюзы и крестьянские организации находились под интенсивным наблюдением агентов САВАК и платных осведомителей. В общественной жизни дела обстояли так же: от приема на работу или государственную службу и вплоть до выдачи паспортов, пенсий и пособий — все контролировал вездесущий САВАК. Вовсе не является вымыслом тот факт, что в Иран невозможно было попасть, не оказавшись в поле зрения сотрудников тайной полиций САВАК.

Сотрудники и агентура САВАК вели систематическую слежку не только за оппозиционными организациями и деятелями, за инакомыслящими, но фактически и за всеми высокопоставленными государственными служащими, лояльными к шаху политическими деятелями, журналистами, предпринимателями, писателями и т.д. Не полагаясь вначале полностью на САВАК, шах в 1958 г. учредил специальную «шахскую инспекцию», назначив ее руководителем своего друга генерала Хоссейна Фардуста, товарища по учебе в Швейцарии. Эта секретная организация предоставляла монарху данные относительно «темных сторон» в деятельности иранской элиты.

Мансур Рафизадех, директор САВАК в Соединенных Штатах Америки в 1970-х гг., утверждал, что телефон генерала Нассири прослушивали агенты САВАК и записывали на диск, а затем непосредственно сообщали шаху об уровне преданности Нассири монархии.

После свержения шахского режима были опубликованы мемуары генерала Хоссейна Фардуста, в которых он раскрывает особенность правления Мохаммеда Реза Пехлеви, где немалый интерес вызывают данные, которые позволяют вскрыть методы использования получаемых у разведслужб сведений в личных интересах, прежде всего для упрочения своей верховной власти. Генерал Фардуст, например, пишет о том, что, получая от него данные относительно фактов казнокрадства, коррупции и других неблаговидных действий среди представителей высшего эшелона власти, шах на них порою не реагировал. На первых порах у генерала это вызывало удивление, поскольку как глава шахской инспекции он вел расследование деятельности определенных лиц или организаций по поручению самого шаха. Но все стало на свое место, когда глава шахской инспекции понял, что подобная информация использовалась шахом для того, чтобы держать свое близкое окружение и всю политическую верхушку в повиновении и постоянном страхе.

В конце 1970-х гг. в Иране сложилась парадоксальная ситуация — налицо имелся быстрый экономический рост, армия и флот страны занимали первое место на Ближнем Востоке, САВАК обеспечивал видимость стабильности и всенародной любви к шаху, а тем не менее режим шел к гибели.

Глава 28

ИСЛАМСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

18 февраля 1978 г. в городе Тебриз, в центре Иранского Азербайджана, началось антишахское восстание, в котором приняли участие не менее 100 тысяч человек. Полицейские Тебриза отказались стрелять по восставшим. Тогда в город были направлены армейские части, танковые подразделения и боевые вертолеты. В результате сотни людей были убиты и ранены. Однако к лету 1978 г. антиправительственным восстанием были охвачены уже многие города страны. Особенно сильные волнения вспыхнули в Мешхеде, Исфахане и других городах провинции Исфахан.

4 сентября, в день праздника «фитра», в Тегеране прошли организованные оппозицией мирные демонстрации, заранее согласованные с властями. В этот день впервые исламский религиозный праздник получил политическую окраску. По всей стране в демонстрациях приняли участие более 4 миллионов человек. Самыми популярными лозунгами демонстрантов были: «Аллаху Акбар, Хомейни рахбар» («Аллах велик — Хомейни вождь»), «Смерть шаху и империалистам», «Мы требуем исламскую республику». Нетрудно догадаться, что демонстрации управлялись из-за рубежа аятоллой Хомейни.

Будущий духовный вождь революции Рухолла Мусави Хомейни родился в 1900 г. в Хомейне — небольшом городке к югу от Тегерана, в семье потомственного богослова. Еще в младенчестве он потерял отца, а в 15 лет — и мать. Но родители успели сделать все, чтобы религия стала смыслом жизни юного Хомейни. Даже имя его — Рухолла — по-персидски означает «дух Аллаха». Хомейни учился в религиозных школах Хомейна, затем в «шиитском Ватикане» — священном городе Кума, где и остался жить, преподавая философию, мистику и этику в самом авторитетном учебном заведении Ирана, центре исламских исследований — Файзие.

В неполные 27 лет Хомейни получил звание муджтахида, то есть ученого богослова, имеющего право практиковать юридические нормы ислама. В 1937 г. он совершил паломничество в Мекку.

В конце 1950-х гг. Хомейни был провозглашен аятоллой («божественным знаменьем»), а в 1961 г. — великим аятоллой.

В январе 1963 г. в ответ на проведение в Тегеране по повелению шаха марша эмансипированных женщин Хомейни призвал к свержению монархии вооруженным путем. В ноябре 1964 г. великий аятолла был выслан из Ирана в Анкару. А к 1978 г. Хомейни проживал в Париже.

6 сентября аятолла Хомейни направил иранцам послание, в котором благодарил армию за то, что она не выступала против демонстрантов ни в Тегеране, ни в других городах, но одновременно Хомейни призывал к усилению давления на династию Пехлеви.

Шах был вынужден пойти на уступки, и в июне 1978 г. правительство объявило о введении некоторых демократических прав и свобод. Разрешено было и образование партий, но действующих исключительно в «рамках закона».

Но ситуация в стране продолжала накаляться. Так, 7 сентября полумиллионная толпа тегеранцев направилась к зданию меджлиса. Многие демонстранты облачились в белые саваны, показывая тем самым, что готовы погибнуть в борьбе с шахской диктатурой. Лозунги демонстрантов были те же, что и в день праздника «фитра».

Реза понял, что от «пряника» надо переходить к «кнуту», и назначил генерала Голам-Али Овейси военным губернатором Тегерана. А 8 сентября с 6 часов утра в столице и еще в одиннадцати городах было введено военное положение. В этот день правительственные войска совершили самое жестокое избиение мирных демонстрантов. Случилось это в пятницу, в день общественной молитвы. Ранним утром на площади Жале на востоке Тегерана собралась демонстрация, состоявшая в основном из мелких торговцев и рабочих базара. К 8 часам их окружили армейские части и танки, которые без предупреждения открыли по демонстрантам огонь из автоматического оружия. К месту побоища прибыли и военные вертолеты.

В бедных районах южного Тегерана начали строиться баррикады, а полицию и солдат встречали выстрелами и бутылками с зажигательной смесью. Но силы были явно не равны. В этот день, 8 сентября, правительственные войска убили более 4,5 тысячи демонстрантов. В последующие дни только на одном кладбище Тегерана — Бехешт-е Захра — было погребено 4290 человек.

Примечательно, что на этот раз борьбу с шахом возглавило шиитское духовенство. В октябре—ноябре 1978 г. забастовочное движение охватило как государственные, так и частные предприятия. Забастовки были хорошо организованы: они начинались одновременно на всех или почти всех предприятиях одной отрасли или промышленной группы. Так, рабочие Бехшахрской промышленной группы (сорок производственных объектов) начали бастовать одновременно. Забастовку нефтяников провинции Хузестан поддержали рабочие всех нефтяных и газовых предприятий страны. А поскольку экономика и финансы Ирана к этому времени держались в основном на «нефтяной трубе», то забастовка вела страну к хаосу.