Лето возлюбленных - Дженнифер Маккуистон

– Почему ты избегал меня перед свадьбой? – шепнула Кэролайн. В ее голосе слышалась обида, и Дэвид улыбнулся в темноте. Мужу приятно знать, что жена желает его.

Резонно предположить, что жене хотелось бы знать то же самое.

Он поставил фонарь на землю и притянул ее в свои объятия.

– А ты разве не знаешь? – Он обхватил ее лицо ладонями. – Я не могу устоять перед тобой. Одно прикосновение, один поцелуй – и я погиб.

– Я так надеялась, что ты погубишь меня. – Она прижалась щекой к его ладони и облизнула губы с выражением, которое тут же отдалось молнией в самой обделенной части его тела.

– Я хотел дождаться брачной ночи. – Вновь обретенное сознание, что он является в конечном итоге человеком чести, требовало соблюдения принципов. Ожидание было не просто прихотью, а испытанием, в котором он нуждался.

Дэвид потер подушечкой большого пальца ее гладкую щеку. В тусклом свете он не мог видеть ее веснушки, но знал, где находится каждая, и его губы жаждали отследить их россыпь. Но вначале ему нужно сказать ей кое-что.

– С Элизабет я повел себя иначе, и горько пожалел об этом. Я говорил себе, что сделаю все правильно позже, что впереди у меня целая жизнь, чтобы позаботиться о последствиях своего нетерпения. – Он сглотнул, глядя на Кэролайн, которая доверчиво смотрела на него. – Теперь я знаю, что подобные вещи нельзя принимать как должное.

– Пожалуй, я могу понять это, – прошептала Кэролайн. – Если только ты пообещаешь, что не заставишь меня долго ждать, прежде чем погубить окончательно.

Она потянулась к его губам, но Дэвид удержал ее, поцеловав в лоб, и опустил руки, подавив улыбку, когда она разочарованно вздохнула.

– Пойдем. – Он поднял фонарь и увлек ее к небольшому деревцу, к стволу которого была прибита табличка с надписью: «Частная собственность».

– Что это? – К разочарованию, которое еще слышалось в ее голосе, добавились нотки беспокойства. – Нам нельзя сюда.

– Доверься мне. – Он двинулся вниз по крутой тропинке, уходившей в темноту.

– Но это чья-то земля, и мы не можем просто…

– Кэролайн, – прервал он ее строгим тоном, – если ты помолчишь и последуешь за мной без лишних разговоров, обещаю, что через пару минут смогу предложить твоему языку более приятное занятие.

Кэролайн замолкла и не проронила ни слова на протяжении добрых двухсот футов, пока они шли по тропинке. По мере того как они спускались, шум и запахи океана становились все явственнее, и когда добрались до забора с воротами, на которых висел замок, Дэвид вытащил из кармана коробочку, обтянутую черным бархатом.

– Я ждал две недели, чтобы вручить тебе этот свадебный подарок. Надеюсь, ты согласишься, что он стоил того, чтобы подождать.

Кэролайн уставилась на коробочку, перевязанную черной ленточкой. Ее губы приоткрылись в безупречном «о» и навели тем самым Дэвида на мысль о весьма неблаговоспитанном применении, которое он нашел бы ее рту. Сегодня в благовоспитанной даме он не нуждался. Нет, ему была нужна необузданная искусительница, которую Кэролайн держала связанной у себя внутри. Дэвид намеревался освободить ее сегодня от пут, и это было частью его подарка.

Кэролайн развязала ленточку, и Дэвид поднял фонарь, чтобы она могла видеть, что лежит внутри.

– Ключ? – спросила она удивленно.

– Он от этого замка. – Когда Кэролайн не шелохнулась, он взял у нее ключ, отпер замок и распахнул ворота: – Прошу.

Кэролайн сделала несколько шагов и ахнула. Эхо подхватило ее возглас, отразив от скал, высившихся вокруг.

– Это бухта! – произнесла она восторженно. – Но… нам нельзя заходить так далеко. И я не знала, что здесь есть другой вход!

Дэвид присоединился к ней, взяв за руку.

– Его и не было. Я сам пробил этот спуск в скалах. Удивительно, но отсюда бухта гораздо ближе, чем от Брайтона. Путь вдоль моря вдвое длиннее из-за изрезанной береговой линии.

– Так вот чем ты занимался эти две недели? – Она посмотрела на него, приподняв бровь.

– Да. – Он хмыкнул. – Должен же мужчина как-то справляться со своей досадой. Это принадлежит тебе: пляж, скалы, земля наверху… все это.

В свете фонаря глаза Кэролайн казались темными озерами.

– Как это может быть?

– Это свадебный подарок от моей семьи. – Дэвид усмехнулся, вспомнив, в какое волнение пришел, обнаружив, что полоска земли над бухтой продается. – Мой отец устроил это приобретение для нас. Я перекрыл старый вход со стороны берега и поставил ограду, так чтобы никто не мог попасть сюда, не имея ключа.

Он поцеловал ее в макушку, вдохнув теплый аромат ванили.

– Тебе больше не нужно беспокоиться, что туда забредут посторонние. Можешь плавать когда захочешь и в чем угодно. – Хотя, если у него есть право голоса в этом вопросе, сегодня вечером он предпочел бы видеть ее обнаженной. – Мы можем построить летний домик наверху, как только мои вложения начнут приносить доход.

Кэролайн отстранилась, устремив на него вопросительный взгляд.

– Но… я думала, что мы будет жить в Шотландии. – Она так крепко сжала его пальцы, что они начали пульсировать вместе с другими частями тела, которыми он слишком долго пренебрегал.

– Кто сказал, что мы не можем иметь два дома? Шотландия для весны, а Брайтон для лета. А теперь пойдем. – Он потянул ее за руку. – Это еще не все.

Он увлек Кэролайн дальше, и ее удивленный возглас отозвался эхом в его ушах. Подняв фонарь, он увидел, что его указания выполнены до последней буквы. Прямо на скале была приготовлена постель, поверх которой разбросали подушки в наволочках с вышитыми эмблемами отеля «Бедфорд». Рядом стояла корзинка для пикника, из которой торчала бутылка доброго шотландского пива.

Дэвид удовлетворенно улыбнулся, повернувшись к Кэролайн. Все готово. Он готов.

Оставалось только надеяться, что и она тоже.

– Добро пожаловать на брачное ложе, миссис Кэмерон.

Ей следовало бы поблагодарить его.

Каким-то образом он узнал. Узнал, кто она и что ей нужно. Дэвид не ожидает, что она будет вязать носки, и не требует, чтобы она была кем-то другим, а не самой собой. Он преподнес ей самый безупречный подарок, какой только можно вообразить, и благодарность – это наименьшее, что она могла бы дать ему в ответ. Но ком, застрявший в горле, буквально лишал Кэролайн возможности произнести слова, которых требовал этот момент.

Она кинулась ему на шею, оказавшись в объятиях, таких крепких, что подогнулись колени. Дэвид хмыкнул, прижавшись губами к ее волосам и, похоже, не возражая, что манеры жены оставляют желать лучшего. Кэролайн подставила ему губы, мечтая о соединении, к которому тянулось ее сердце две долгие недели.