Начать жизнь заново - Лана Кинлем

котором я так долго мечтал побывать. И пусть радость моя была слегка печальной из-за воспоминаний о бывшей хозяйке квартиры, но даже они не омрачали ее.

— Ал, мне надо с тобой поговорить, — вздохнул Ричи.

Я перевел на него слегка рассеянный взгляд. Мы гуляли с ним по почти безлюдным в это время улицам Чикаго, наслаждаясь первыми днями лета. Друг, до этого о чем-то самозабвенно рассказывающий, вдруг остановился, глядя на меня. Я улыбнулся. С тех пор, как назначили день последнего заседания, Ричи всё чаще терялся где-то в своих мыслях. Но стоило мне спросить, как он отмахивался, говоря, что мне кажется. Я только пожимал плечами и оставлял его в покое. В конце концов, думал я, он всё равно мне всё расскажет.

И вот этот момент настал.

— Давно пора, — кивнул я.

В глазах Ричи мелькнула подозрительность, но быстро пропала, стоило мне лениво потянуться. Не знаю, что беспокоило его, но после всего, что мы пережили, я не думал, что может быть еще что-то серьезнее.

Конечно меня иногда беспокоило, что друг всё-таки исчезнет. Ведь мое сознание было подорвано Морганом, и я серьезно опасался во время всей своей мести, что, когда финальная точка в этом деле будет поставлена, Ричи пропадет.

Но он всё время был рядом, появляясь из ниоткуда, когда был мне нужен. И я убедил себя, что сумасшествие не лечится местью. Нужен был мне мой глюк или нет, но он бы никуда от меня не делся без вмешательства каких-нибудь препаратов. И меня, впрочем, это полностью устраивало.

— Так рассказывай. А то ты сам не свой в последнее время. Уж не завалялась ли в моем подсознании проблема, о которой я забыл? — слегка насмешливо протянул я.

Но Ричи моей шутки не оценил. Нахмурившись, он качнул головой и, сунув руки в карманы, медленно пошел выше по улице.

— Не здесь. Давай вернемся в номер, — бросил он.

Я пару секунд просто смотрел ему вслед, а потом, рассмеявшись, догнал, обняв друга за шею.

— Ладно, ладно. Давай вернемся. Только не хмурься, тебе совсем не идет, — весело сказал я. — Только сначала зайдем за кофе.

Полюбившийся мне кафетерий был как раз по дороге. Ричи уже хотел что-то сказать, возможно даже возразить, но я со смехом рванул вперед, ловя грудью потоки ветра. Мне было легко и весело, ветер шаловливо трепал волосы, солнце неуклюже просовывало лучи сквозь кроны деревьев и щели домов. Разве могло быть что-то важнее этой свободы?

— Алекс, подожди! — крикнул Ричи и кинулся следом.

Я обернулся, всё еще смеясь.

— Догоняй! — бросил я, скрываясь за углом дома.

***

Я сидел за излюбленным столиком, прикрыв глаза и подставив лицо солнцу. Кафетерий встретил нас привычными ароматами кофе и выпечки и отсутствием народа. Только пара мужчин в деловых костюмах за дальним столиком, заскочивших на перекус, да молодая девушка, расположившаяся в тени с ноутбуком. Наверное, студентка, по крайней мере, мне так показалось. Наступала пора дипломов у выпускников, и то здесь, то там можно было увидеть сгорбленные над ноутбуками или заваленные бумагами фигурки, кропотливо работающие над текстами доклада и составлении презентаций.

Я думал о том, что мой диплом к этому времени был уже написан, ведь когда-то давно только он спасал меня от деспотичных родителей и запланированных ими важных встреч. И мне действительно нравилось заниматься этой дипломной работой. Хотя возможно мне только так казалось. Тряхнув головой, я отбросил эти мысли. То была совсем другая жизнь.

Наконец вернулся Ричи, поставив передо мной огромный капучино. На моем лице расплылась блаженная улыбка, и я, взяв горячий стаканчик в обе руки, с удовольствием сделал глоток.

— Надо отучать тебя от кофе, — ворчливо произнес друг. — А то подсел он, понимаешь, нельзя так много кофеина хлестать.

Я засмеялся. Как будто бы этот разговор был впервые.

— Да брось, лучше же, чтобы я сидел на кофе, чем на наркотиках, правда?

Взгляд Ричи, брошенный на меня, был настолько красноречивым, что я только больше рассмеялся. Я не видел в моем новом пристрастии ничего страшного. Да и как можно было отказаться от этого прекрасного ароматного напитка.

— Лучше бы ты сидел на жопе ровно, — вздохнул Ричи, улыбнувшись.

Он ненадолго замолчал, пока я наслаждался кофе и рассматривал редких прохожих.

— И что теперь? — неожиданно спросил он. — Что будем делать дальше?

Его голос был тихим, слегка задумчивым. Я отставил стакан, глядя на покачивающиеся кроны деревьев. Я чувствовал, что это не просто посредственный вопрос о планах на день, мы и так оба знали, что сейчас вернемся в отель, чтобы собрать вещи и поговорить.

Ричи спрашивал о том, о чем мы никогда не говорили за эти месяцы, не зная, что с нами будет. Он спрашивал о будущем, и я задумался.

— Ну… Вернемся в Торонто. Я найду работу или постараюсь вернуться на прежнюю. Надо только придумать, как объяснить им мое долгое отсутствие. А потом…

Я замолчал. Мой взгляд скользнул на стол, но я успел заметить, как внимательно смотрит на меня друг. Я растерялся. В конце концов, в моей жизни всегда была определенная цель. Сначала это было образование, после стремление выжить, а потом и вовсе сбежать от жизни. В конечном счете всё свелось к Моргану, на нем и закончилось.

Действительно. Что теперь?

Я слегка нахмурился, а Ричи наоборот улыбнулся.

— Эй, — тихо протянул он, сжав мое плечо. — Давай начнем с того, что ты уже сказал. А дальше что-нибудь придумаем.

Его слова звучали ободряюще, и я снова улыбнулся. К тому же, раз он так говорил, то и пропадать не собирался. Отбросив все сомнения, я кивнул.

— Да. Да, ты прав. Пора бы уже просто пожить.

Ричи кивнул в ответ, и я с улыбкой сделал глоток. На другой стороне улицы бежали дети, весело хохоча и размахивая палками. Они так же, как и я, наслаждались началом лета и долгожданными каникулами. Крича друг другу что-то, имитируя разговоры по рации, они скрылись за кустами, вытащив оттуда рыжего кота.

— Миссия выполнена, преступление рыбного вора раскрыто, приём, — донеслось до меня.

Я засмеялся, и дети, оглянувшись на меня, убежали, всё еще заливаясь хохотом. Кот меланхолично размахивал хвостом, болтаясь на плече мальчишки. Ричи качнул головой и отвернулся, пряча улыбку.

Мы просидели в кафе не меньше получаса, когда я всё-таки допил безнадежно остывший кофе, что не делало, впрочем, его вкус хуже.

Не спеша двинув в сторону отеля, мы все болтали о какой-то ерунде. Я ловил на лице друга странное нетерпеливое выражение и тихонько посмеивался,