Тонкий мир - Софья Ролдугина

Да вот только шакаи-ар не станет охотиться на целителя. И та рука с абсолютно гладкой ладонью из воспоминаний Дэйра…

— Не забивай себе голову, — посоветовал Ксиль, плюхнув на стол передо мной тарелку с омлетом. — Оставь это дело профессионалам, вроде тех близнецов из эльфийской службы безопасности… или чокнутым любителям, вроде меня.

Я честно пыталась последовать его совету. Но у меня никак не получалось. Чтобы как-то отвлечься, я занялась уборкой в лаборатории. Расставила по местам все пробирки, проверила стабильность условий в установках для длительных экспериментов… Злосчастное платье с обрывками расползшегося подола на всякий случай отправилось на консервацию — вдруг поможет потом во время исследований.

Процесс уборки, требующий большого внимания и терпения, съел большую часть дня. Лишь ближе к закату я почувствовала себя достаточно сильной и спокойной для того, чтобы связаться с мамой и рассказать ей обо всем — от покушения на Дэйра в дубраве до вчерашнего бала. К моему удивлению, Элен не стала метать громы и молнии, сетуя на нашу глупость и неосторожность.

— Как Дэйри? — тихо спросила она, когда я выговорилась.

— Спит, — ответила я, покривив душой. Дэйр не спал, но бодрствующим его тоже назвать было сложно. Он словно находился в пограничном состоянии между кошмарами и действительностью.

— Мне… приехать?

Пауза затянулась.

— Нет, — выдавила я из себя. — Лучше не надо. Но если ты найдешь какую-либо информацию по иномировым веществам… Вроде живого серебра или пиргита… Я думаю, это поможет. Дэйри такие сведения наверняка понадобятся.

— Он будет сам искать лекарство?

— Мы вместе, — на этот раз ответ был уверенным.

Мама грустно улыбнулась.

— Могу только пожелать удачи.

После заката Лиссэ начала собираться домой. Она выглядела не просто уставшей — измотанной, будто человек, который вернулся с войны.

— Он просто лежит. Не разговаривает, не смотрит, — посетовала тетушка. — Если бы не дышал — от трупа не отличить. И не хочет ничего слушать. Я понимаю, что ему тяжело, но такое отчаяние выглядит просто…

— Жалко? — закончил за нее Максимилиан, подавая Лиссэ пальто. — Слабость всегда выглядит жалко. Но лично мне сложно судить того, кто в одну секунду потерял единственное оправдание своего существования.

— Единственное? — у меня голос разом сел. — А как же…мы?

Произнося это, я представила на мгновение, что отрекаюсь от своего дара… и осеклась. Взгляд Максимилиана был сочувствующим. Князь, конечно, все понимал. Как обычно.

— Это неправильно, — произнесла Лиссэ со странной болью, стоя уже за порогом и сжимая в руке амулет. — Неправильно.

Я поняла, что она имела в виду, только войдя в темную комнату Дэйра, где свет поступал лишь через открытое окно. Здесь ощущалась такая тоска и безнадежность, что, казалось, зажги свечу — и она погаснет, не сможет гореть в этом спертом воздухе. Спустя всего полчаса я не выдержала, вскочила, открыла окно, впуская мороз и свежесть. Зажгла лампу под оранжевым абажуром и забралась с ногами на Дэйрову кровать, обнимая неподвижного целителя… уже не целителя.

Дариэль никак не отреагировал. Даже не дернулся, когда я осторожно прикоснулась губами к соленому виску. Взгляд все так же был устремлен куда-то в сторону из-под приопущенных ресниц. Тело казалось абсолютно расслабленным… но в этом чувствовался не покой, а апатия. Такая страшная штука, когда тебе просто все равно.

— Дэйр… — негромко сказала я, утыкаясь носом ему в шею. — Знаешь, а ведь эльфы бессмертны. Неужели нам не хватит бесконечности, чтобы найти лекарство?

Он молчал.

— Не знаю, что тебя мучает. Я не телепат. С этим — к Максимилиану. Но если бы я потеряла дар, то, наверное, боялась бы, что без дара это буду уже не я… И, скорее всего, мне было бы очень больно. Так что я понимаю…

Тишина. Боги, я совершенно не умею подбирать правильные слова… Вечно получается какая-то каша.

— Дэйри… Знаешь, я тебе, наверное, не говорила никогда… Но я очень-очень тебя люблю. И насчет вечности… Эстаминиэль тоже не особенно-то ограничены в сроках жизни. И одна конкретная ведьма совсем не против провести свою вечность рядом с тобой.

Веки дрогнули. Наконец-то реакция.

— Мы справимся, Дэйри. Иначе и быть не может.

Еще через сорок минут пришел Максимилиан и погнал меня спать. Если честно, то я бы с удовольствием осталась рядом с Дэйри, но Ксиль так настойчиво меня выпроваживал, что мне осталось только смириться. Телепаты всегда лучше знают, что делать, так?

Сон не шел. Я ворочалась с боку на бок часа два, а потом плюнула на принципы и пошла в лабораторию за мятными каплями. Авось за два дня привыкание не наступит.

Разбудил меня жуткий грохот и звон, будто чугунная сковородка упала на стопку тарелок. С совершенно пустой головой я выскочила на лестницу и понеслась вниз. В голове крутилась куча версий, в основном варианты на тему «К нам залезли воры… убийцы… демоны… Спасайся, кто может!»

Но это оказался всего лишь Дэйр.

Ругаясь вполголоса, он сидел на корточках, собирая осколки. Рядом валялась сковородка с приставшим оладушком. Еще штук пять маленьких пухлых блинчиков украсили пол в радиусе полуметра от места катастрофы.

— Дэйр? — осторожно окликнула его я.

— А, Нэй, доброе утро, — он оставил попытки разделаться с осколками непослушными пальцами аккуратно — и просто сгреб их ладонью в кучу, не обращая внимания на мелкие порезы. — Удивлена?

— Да, — честно призналась я. — Не думала, что ты…

Его спина напряглась. Движения рук, собирающих осколки, стали осторожнее.

— Хорошего же ты обо мне мнения, Нэй, — шутливо укорил он меня, оборачиваясь. В глазах плясали смешинки. — Может, у меня и не самый сильный характер, но все-таки я не такой слабак, чтобы от первого же удара слететь.

— А где Ксиль? — я все никак не могла связать неподвижную фигуру на кровати и моего, такого привычного, сильного и насмешливого Дэйри.

— В купальне. Лечит нервы… Уход за больными — дело затратное, уж я-то знаю, — подмигнул он. — А что ты такая заторможенная? Разбудил?

Я не поверила своим глазам. Дариэль улыбался… Дэйр шутил! Будто и не было этих нереальных, как страшный сон, двух дней. Под глазами у него все еще словно темным намазали, да и общее впечатление Дэйр производил болезненное, но от апатии и глухой тоски не осталось и следа.

Как будто солнце из-за тучи вышло.

Силле, Силле…

— Что-то вроде того, — улыбнулась я.

Кошмар закончился.

ОТСТУПЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ: ПОКА НАЙТА СПАЛА, ИЛИ ТЕМНОЙ-ПРЕТЕМНОЙ НОЧЬЮ