Лия Брайнс – профессор магзоологии. - Дроздова Александра

– Как ты поступишь с драконом, Серхио?

Аристократ тяжело вздохнул и отвернулся от меня.

«Ну уж нет, ответь мне» – подумала я…

– Сэр Кроуэлл, что вы решили по поводу дракона? – голос предательски выдавал мое беспокойство и переживания. Серхио снова тяжело вздохнул и, повернувшись ко мне, глядя в глаза произнес:

– Ничего.

Больше он в мою сторону не смотрел, крикнул своим ребятам, чтобы забирали скорлупу и отправлялись обратно в лагерь.

– Нам предстоят большие сборы домой, – заключил он и ушел, оставив меня одну с огромной благодарностью в сердце.

Некоторые вещи должны оставаться втайне, и рождение дракона именно из таких событий.

Отвлек меня от созерцания спины Серхио в экспедиционном костюме вопрос Сеймура:

– А что будем делать мы?

Тут-то мой профессорский мозг дал сбой, что делать дальше, я не совсем понимала. Ждать ли возвращения детеныша или нет? Стоит ли вообще это делать?

Я считала, что чем меньше контактов с людьми, тем было бы лучше. И как быть с Лазуром, который проникся к крохе отцовскими чувствами? Оставить его, бескрылого, в дикой природе? Это же смерти подобно.

Как ответить на эти вопросы, я совсем не знала…

Глава 2.

Я ждала возвращения новорожденного дракончика до самой темноты, но он так и не появился. Я давно не принимала нормального душа и не спала в более-менее в удобных условиях, была изрядно вымотана, но все равно сопротивлялась – выражала свое желание остаться. И Сеймур, и Серхио это желание проигнорировали. Они усадили меня почти силком в лесоход. С Лаузром такой фокус не прошел, он остался ждать свое названное дитя рядом с гнездом.

Драгоценную скорлупу к этому времени уже забрали и вывезли.

Перед нашим отъездом мужчины пообещали мне, что я смогу возвращаться к гнезду в течение всего времени, пока будут проходить сборы и укомплектование палаточного городка. Больше здесь экспедицию ничего не держало, а для того, чтобы перевезти все снаряжение и людей обратно, «Стремительному» придется сделать две ходки.

По началу я не оценила свое возвращение в основной лагерь под давление руководства, но когда помылась под теплым летним душем после наивкуснейшего ужина из-под рук настоящего мастера, то согласилась, что безумно устала и эмоционально истощилась. Мужчины были правы.

После таких последних напряженных и нервных дней и ночей мне было чрезвычайно необходимо спокойствие и отдых. Нужно было время для того, чтобы хорошенько подумать, как быть с Лазуром. Согласится ли он теперь покинуть родные края вместе со мной или мне самой решить за него? Эти мысли терзали меня и мучили.

В нашем временном доме я вела себя крайне молчаливо и закрыто. Сеймуру надоело мое настроение, и он решил выяснить, что же со мной происходит. Мне было так стыдно за то, что мои переживания не такие уж и важные, но под натиском пыток лаской я сдалась и рассказал о том, что меня беспокоило, и попросила прощения за их беспочвенность.

– Лия, важно, что это тебя терзает, а раз это волнует тебя, то я приложу все свои силы, чтобы помочь тебе и поддержать. Рассказывай, рыжий профессор, что мучает тебя… – сказал он и сладко поцеловал, совершенно не позволяя сосредоточиться на теме моих тревог.

Я поведала о причинах переживаний уже после того, как туман из любвеобильных бабочек начал выветриваться.

– Я думаю, – осторожно начал высказывать свое мнение Сеймур, легонько поглаживая своим шершавым пальцем мое плечо, – что не стоит так быстро принимать какое-либо решение, ведь еще есть время до конца сборов. Лазур сам подскажет, как быть…

Я слабо кивнула. Сеймур был прав во всем, но так сложно перестать думать об этом обо всем. Я сняла и убрала свои черепаховые очки и, пригревшись на любимом плече, попыталась уснуть, но это оказалось не так-то и легко.

Мысли никак не хотели покидать профессорскую голову, но от этого даже вышел толк. В конце концов, у меня появилась потрясающая идея как дать вторую жизнь Лазуру – крылатую и свободную…

Свою пришедшую перед сном идею я поведала Сеймуру сразу, как смогла открыть глаза от душераздирающего звука горна. Рассказала даже до того, как одела на нос очки. «Пятно» довольным голосом согласилось с моей идеей, а состоятельность моего предложения Гровейнец подтвердил уже привычным способом – пряным и терпким поцелуем. На высказанное Сеймуром условие, что я должна поведать о своих планах Серхио Кроуэллу, я была согласна, так как участие одного из его подчиненных – это основа в моем плане. Но согласие на предложение Сеймура я решила закрепить и со своей стороны, не дав прекратиться раньше желаемого сладкой и, к общему сожалению, невинной ласке.

Заключенным и скрепленным договором все две стороны остались довольны. Я преступила к исполнению своего плана, а Сеймур – ко всеобщим сборам. Мой же рюкзачок был готов всегда.

В это утро нам с Сеймуром пришлось приводить себя в порядок порознь. Серхио мне удалось найти в главном шатре уже после аппетитного завтрака, где полноватый повар мне поведал о том, что сэр Кроуэлл изволил завтракать один.

Прежде чем войти в шатер основателя экспедиции, я спросила разрешение, как порядочный и воспитанный профессор магЗоологии, а получив положительный ответ, раздвинула полы огромной палатки и зашла. Я совсем не ожидала, что даже после разрешения меня встретит полуголое тело Серхио.