Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

так что вскоре после этого мы вместе жевали и смотрели, как другие заканчивают свою работу.

Закончив омерзительную часть работы, мужчины удалились к небольшому пруду в задней части рощи, чтобы помыться. Я не могла сдержать улыбку. Многие придворные дамы заплатили бы целое состояние, чтобы увидеть это своими глазами: пятеро самых смертоносных воинов Кассардима смывают кровь и грязь со своих полуголых тел, перекидываясь шутками, как беззаботные подростки. Даже Илион, казалось, каким-то образом являлся частью всего этого.

По крайней мере, когда Паш обхватил его и оба с громким всплеском приземлились в пруд, лед тронулся. Но, когда рыба приняла спутанные волосы графа за добычу и вцепилась в них так настойчиво, что Дрокору пришлось отрезать ему прядь, сдерживаться было уже невозможно. Все захохотали в голос, и это продолжалось, пока на глазах не выступили слезы. Только в тот момент до меня дошло, что я никогда прежде не видела, чтобы князь фахинов смеялся. Смех был ему очень даже к лицу, хоть Илион и не мог сравниться с Ноаром. Но, честно говоря, никто не мог бы сравниться с ним. Смех принца Теней был самым прекрасным из всех. Захватывающий дух. Божественный. Сексуальный. Это снова и снова очаровывало меня и не позволяло оторвать от Ноара взгляд. Боже мой, как же я любила этого человека.

Это зрелище кое-что мне напомнило, и я воспользовалась связью наших обручальных колец, чтобы отправить ему образ резвящихся щенков. Нельзя было отрицать сходство с ним и его друзьями. Получив мое послание, Ноар снова разразился звонким смехом, на этот раз к большому удивлению остальных. В ответ мне явился образ пожилой дамы, которая удобно устроилась с вином и закусками перед сценой, на которой несколько красивых мужчин раздевались для нее.

Я усмехнулась, и даже подумала опровергнуть это сравнение. Но вместо этого я сильнее прижалась к меху Нокса, желая, чтобы Зои сейчас была со мной. Моей лучшей подруге это бы определенно понравилось. И она идеально уравновесила бы весь этот тестостерон. Мне так ее не хватало – так же как Кизы и Мариз. Но по крайней мере я знала, что этих двоих скоро смогу увидеть снова. С Зои дела обстояли иначе. Она ушла в мир людей – переродилась в смертном теле, далеко-далеко от Кассардима. Она жила новой жизнью, и я была рада за нее от всего сердца. Зои никогда бы не смогла стать счастливой в качестве призрака. Но мне все равно ее не хватало.

Словно почувствовав перемену в моем настроении, Ноар распустил веселую группу мужчин, отдал несколько распоряжений и наконец подошел ко мне. Он не торопился, словно хотел детально запечатлеть в своей памяти вид Нокса, Шмелька и меня. А я, со своей стороны, смотрела на него с теми же намерениями. Поэтому я не пошевелилась, не села и не пошла ему навстречу. Я просто лежала и смотрела, как мой муж прокладывал дорогу ко мне.

Да и как я могла не наслаждаться этим зрелищем?

Нокс без единого слова освободил место для своего господина. Плавным движением Ноар опустился передо мной на корточки. Он, улыбаясь, убрал с моего лица локон, а затем взял меня за руку.

– Есть кое-кто, кто хочет тебе что-то сказать.

Я нахмурилась в полном изумлении, но, прежде чем я успела что-то спросить, в мое сознание через его кольцо хлынула тьма. Тени. Такие глубокие и непроницаемые, каких я еще никогда не видела. Сразу стало ясно, кто установил со мной контакт: Труди. И на этот раз это была не мимолетная встреча, не приветствие на пороге, не помахивание издали. Нет, на этот раз тени смотрели мне прямо в лицо. Инстинктивно мне захотелось стряхнуть руку Ноара, но он мягко удержал ее, чтобы я могла видеть, как тьма превращается в сцену: воительница Теней в полном обмундировании, ранена, но не сломлена. Она опустила голову и тихо, но отчетливо произнесла: «Я прошу прощения».

После этого тени отступили, лишив меня дара речи. Труди только что извинилась передо мной. А что это значило в Кассардиме, теперь я знала достаточно.

– Моя родина больше никогда не выступит против тебя, – решительно сказал Ноар, – это я тебе обещаю.

Мне все еще не хватало слов. Гордое Царство Теней никогда бы добровольно не повело себя так покорно. Никогда. Ноару пришлось заставить Труди это сделать. Неужели его сила была столь велика? Его воля так сильна? Неужели он мог повергнуть в страх и ужас целое царство? Буквально поставить его на колени?

Принц Теней вздохнул.

– Я должен был заметить это раньше, но барьеры, защищающие Кассардим, становятся все слабее с каждым днем. Это означает, что все восемь царств находятся в режиме выживания. Они в ужасе, и это делает их поведение непредсказуемым.

Я понимала, что Ноар хотел меня успокоить, но добился прямо противоположного. Теперь я была уже не только ошеломлена, но и глубоко обеспокоена. Я знала, что дела в Кассардиме обстояли плохо, но чтобы настолько?..

– Но это не оправдание. Ничего подобного никогда не должно было случиться. Я был невнимателен. Как и ты. Теперь мы оба должны быть более осторожными.

В его голосе не было упрека, только ласковое напоминание о том, что он постоянно проповедовал мне: нельзя так разбрасываться своим доверием. Мы часто обсуждали эту тему в последние недели. Чаще всего речь шла об Илионе. Но по иронии судьбы именно этот сомнительный Илион спас меня, в то время как дом Ноара, весь его мир, без колебаний пошел бы на мою смерть.

– Думаю, мы оба усвоили этот урок, – пробормотала я, переплетая свои пальцы с его.

– Усвоили, – сказал он мне. – Только, к сожалению, на этот раз урок будет иметь последствия.

Его тон не предвещал ничего хорошего. Встревожившись, я села.

– Потому что теперь я обязана своей жизнью князю фахинов?

Ноар закатил глаза.

– Нет, Илион в долгу перед Лазаром, и наш дорогой регент поручил фахину защитить тебя. Ничто из того, что Илион делает для тебя, не имеет к тебе никакого отношения. Для твоего же блага лучше не забывать об этом.

Взгляд принца Теней блуждал по плывущим горам Ничейных земель. Сегодня туман, окутывавший их, казался особенно густым.

– Я говорю о том, что когда в Царстве Теней, как по волшебству, закрылись вихри хаоса, это привлекло много внимания.

О нет! Теперь стало ясно, к чему он клонил. Со времени последней великой битвы, которая получила циничное название «Свадьба хаоса», почти все в Царстве Мертвых искали меня. Одни хотели посадить меня на трон