Компаньоны - Роберт Сальваторе

— Вы записали за собой славу первооткрывателя места упокоения Темной Души, — перебил Реджис.

Периколо кивнул и хлопнул своего юного протеже по плечу:

— Тебе была обещана лучшая часть этих сокровищ, и ты, безусловно ее заслужил.

Реджис повернулся и оглядел стол.

— Кинжал могуществен, — вступил Ловкие Пальцы. — Намного сильнее всего, что тебе случилось до сих пор найти. Я подозреваю, что на него наложено множество заклятий и, более того, у него нет собственного характера и самолюбия, часто становящихся причиной гибели могущественного оружия.

Реджис кивнул, признавая правоту слов мага и вспоминая Хазид-Хи, Потрошитель, и то, что он сделал с Кэтти-бри больше века назад. Она не была готова к внутреннему поединку с мечом, и злобное оружие одержало над ней верх.

— Что он еще может делать? — спросил Реджис, но Ловкие Пальцы лишь пожал плечами и покачал головой.

— Кроме того, предлагаю эту вещицу. — Периколо протянул ему занятное кольцо, железную полоску с драгоценным камнем в виде призмы. — Я думаю, оно во многих случаях будет для тебя полезным.

Реджис взял его и поднес к глазам, и сразу же обнаружилось одно из полезных свойств кольца. Если посмотреть сквозь трехгранную призму, поле зрения сильно увеличивалось.

— И снова вещь, исполненная магии, — отметил Ловкие Пальцы. — И весьма полезная.

— Что оно еще умеет?

— Узнаешь, когда возникнет необходимость, — заверил его маг. — С волшебными кольцами всегда так.

Реджис надел кольцо на палец и вздрогнул, когда его окатила ледяная волна энергии. Он взглянул на кольцо с некоторым беспокойством.

— Есть заклинания, которые видят тепло, и существа, воспринимающие мир таким же образом, — пояснил Гибкие Пальцы то, что Реджису, разумеется, было хорошо известно, а вот Пауку — едва ли. — Я надеюсь, что с этим кольцом ты будешь невидимым для подобных двеомеров.

— Однако это не слишком-то уютно, — заметила Доннола, обхватив себя руками и отстраняясь от Реджиса, и все рассмеялись.

Реджис закрыл глаза и обратился к кольцу, и холод исчез, и он уловил намеки на другие возможности вещицы. Ему пришло в голову, что, заказывая холод, он оказывается защищенным от тепла, возможно — даже от огня. И еще много чего есть внутри этой драгоценной призмы, понял он и не мог сдержать улыбки.

***

Облачко тумана поднялось из глубин и сгустилось над волнами Моря Падающих Звезд, над «Бриллиантом Тепурла». во тьме ночи. Там оно зависло на некоторое время, края его колыхал морской бриз, но рассеять туман ему было не под силу.

Потом облачко пришло в движение, но не по воле ветра. Оно плыло навстречу бризу, медленно продвигаясь на северо-восток, к побережью Агларонда и городу Дельфантл.

***

Реджис проснулся от ужасного вопля, от которого кровь застыла в жилах. Крик был настолько жутким, что хафлинг скатился с постели на пол, путаясь в одеялах и простынях.

Наконец он выбрался из них, схватил свой кинжал и скорчился в углу, пытаясь решить, что делать дальше. Зажечь свечу он не осмелился.

Реджис глянул в окно, размышляя, не выбраться ли наружу и не обойти ли дом в поисках наилучшей позиции. Он пытался определить, что это был за вопль. Кто издал его? Откуда он исходил?

Он затаил дыхание, поскольку дверь его спальни разом распахнулась, впуская свет факела. Реджис узнал силуэт Доннолы, влетевшей внутрь, и кинулся к ней.

— Беги! — приказала она, пихая ему какие-то вещи.

— Скорее, госпожа, — сказал охранник Доннолы, входя в комнату с факелом.

В его свете Реджис разглядел, что за дары принесла ему девушка: портупею и кошель. Его глаза округлились, когда он заметил висящую на ремне знаменитую рапиру

Периколо, а напротив нее, справа, кобуру поменьше для

— Беги и не оглядывайся, — сказала Доннола, вкладывая все в руки Реджиса.

— Дедушка? — задохнулся Реджис, и понял вдруг, кто это кричал.

— И это, — добавила Доннола, доставая синий берет — прославленный головной убор Дедушки Периколо Тополино.

И тогда, в этот ужасный миг, до Реджиса со всей очевидностью дошло, что великий хафлинг на самом деле мертв.

— Я не могу уйти, — прошептал он.

— У тебя нет выбора, мальчик, — сказал Ловкие Пальцы, входя в дверь. — Ради себя самого и ради всех нас!

— Что все это значит? — спросил Реджис.

Доннола схватила его за плечи, развернула лицом к себе и нежно поцеловала.

— Темная Душа, — шепнула она, отстраняясь. — Он здесь... за тобой. Беги, я тебя умоляю! В это окно, прочь из Дельфантла, скорее.

— Времени нет, мальчик, — добавил Ловкие Пальцы. — Мы не можем ни задержать его, ни победить.

Потрясенный хафлинг взял берет у девушки и выглянул в окно.

Доннола бросилась к нему, целуя снова и снова, жадно и страстно, нежно и печально.

Как мог он покинуть ее?

Но ему вспомнилась картина, увиденная на затонувшем корабле: ухмыляющийся истлевший труп лича-мага, — и ноги его сделались ватными.

Он надел портупею, прицепил кинжал напротив великолепной рапиры, рядом с арбалетом, и стремительно выскользнул из окна, двигаясь по стене дома так же ловко, как любой паук. Он не стал спрыгивать на землю, как следовало бы, но, увидев внутри дома свет, подобрался по стене к комнате хозяина на втором этаже.

Едва заглянув внутрь, он сразу же заметил Периколо. Старый хафлинг сидел перед камином. Действительно старый! Серебряные волосы Дедушки сильно поредели и стали абсолютно белыми, а его лицо! Оно сделалось настолько сморщенным, словно Периколо внезапно постарел на десятки лет.

Прошло довольно много времени, прежде чем Реджис понял, что позабыл дышать.

Потом он заметил туман, вытекающий из-под закрытой двери комнаты Периколо, и лютый холод разлился по его жилам, и вовсе не из кольца.

— Темная Душа, прошептал он и кинулся прочь, спрыгнул прямо в живую изгородь, перебежал под ее, прикрытием небольшую лужайку и помчался вниз по узким улочкам. Он долго бежал не оглядываясь. Но мыслями он был там.

Он бросил Доннолу. Оставил ее в одном доме с личем Темной Душой!

Слезы стыда струились по его щекам. Неужели он снова все тот же Реджис, хафлинг, увязавшийся вслед за героями, который чаще бывает своим друзьям обузой, нежели полезным спутником?

Он резко затормозил и развернулся, чтобы взглянуть на дом.

— Нет! — решительно произнес он, и руки его сами потянулись к рапире и кинжалу. Он не станет спасаться бегством в страхе, не бросит друзей, предоставив им одним встретиться лицом к лицу с этим опаснейшим противником!