Тени Персея-2 - Сергей Радин

Ничего не понял, да и мальчишке сейчас не до внятных объяснений. Но ведь крыланы услышали меня, когда я вспоминал. Попробовать вызвать самому? Но я же не умею их нацеливать на что-то. Ладно, Батис рядом.

Луч-пистолеты поспешно сунуты в кобуры. Надо торопиться: огонь неумолимо слабеет, да и Стефан стоит уже не так каменно, как в начале обороны. Машинально отступая со всеми, он уже пару раз покачнулся.

- Барри!

- Здесь!

Толстячок, не отрывая взгляда от опускающейся огненной завесы драко, протиснулся ко мне между лейтенантом Тайгером и Маккью.

- Прикрой, если что! Попробую вызвать оллфагов!

- Угу…

Скорчив зверскую рожу, Барри расставил ноги и приготовился к моей защите.

Я закрыл лицо ладонями. Сон! Приди…

Темнота. Всполохи сквозь ладони. Как те всполохи, игравшие на телах голкондских драконов, что танцевали танец любви в небесах страшной планеты. И я среди них - купаюсь в воздушных волнах, то паря, то взлетая. Тело послушно невидимым потокам и невольно повторяет движения драконов… Всё. Я медленно опустил руки.

Первой не выдержала Бланш:

- Оллфаги!

Обернулся Батис.

Стая крыланов суматошно летала над нашими головами, словно искала кого-то, сверкая огненными, оранжево-красными, отблесками.

Пошатнулся тёмный драко. Батис подбежал ко мне. Он вцепился в мою ладонь и закрыл полыхающие зеленью глаза.

"Пусть Стефан остановит огонь!"

- Стефан, остановись! - приказал майор, быстро дошёл до тёмного драко и, взяв его за плечи, тряхнул слегка - заставил очнуться от боевого транса.

Ладонь, в которую вцепился Батис, неприятно пощипывало: мальчишка-драко непроизвольно качал из меня энергию. Но я сразу забыл об этом, едва взглянул наверх. За несколько месяцев в Андромеде я никогда не видел, чтобы в одном месте собралось такое количество теней!..

Настоящая туча. Чуть только опустился и погас огонь тёмного драко, они мгновенно оживились. Сначала неуверенно, потом всё быстрей чумовики серыми паутинками, но нереально быстро для паутины стали снижаться.

- Сколько их… - проговорил кто-то с содроганием.

- Батис, ты уверен?..

Я заглянул в лицо мальчишки. Распахнулись ресницы, открыв привычно сонные глаза - и оллфаги, беспорядочно кружившие над нами, объединились в стремительную реку, обрушившуюся на ничего не подозревающих тварей.

Стефан, которого под мышки держал Гилл-Римлянин (ноги тёмного драко подламывались от усталости и перерасхода энергии), забывшись, с восторгом смотрел на самое прекрасное действо, разворачивающееся уже в полумраке - сейчас в вестибюль здания свет дождливого дня неохотно лился лишь из окон. Крыланы, отпущенные на волю Батисом (скорее, даже спущенные - почти с поводка), азартно охотились на чумовиков. Так азартно, что сейчас, освобождённые от необходимости думать о защите, мы восхищённо следили за их стремительными нырками и режущими воздух блистающими росчерками. Несколько оллфагов кинулись в высокий коридор - явно за удирающими тенями, но вернулись почти сразу.

Забывшись и всё ещё держа меня за руку, Батис контролировал пространство перед нами. Если не наблюдать за его глазами, то и незаметно, что крыланы бросаются в первую очередь туда, где взгляд их повелителя обнаружил врага.

Наверное, и двух минут не прошло, как оллфаги угомонились и принялись уже лениво облетать вестибюль, словно проверяя, всех ли теней изловили.

Взгляд мальчишки-драко прояснел, а тёмная полумаска вокруг глаз посветлела. Точно поразмышляв секунды, несколько оллфагов опустились на привычные места - на плечи ребят, а остальные улетели в открытые двери здания. Понаблюдав за ними с минуту, Брент устало спросил:

- Ну и, Батис? Ты можешь объяснить, что произошло?

И все развернулись к нам.

Повелитель оллфагов разжал пальцы и отлепил их от моей ладони. Изумлённо, словно только сейчас почувствовав пот на руке, Батис некоторое время рассматривал свою ладонь, а потом вопросительно уставился на майора.

- Почему оллфаги тебя сначала не послушались? - терпеливо повторил Брент.

Мне снова пришлось выступить в роли переводчика с неслышимого.

- Помните Ларса? Мальчика, который не хотел выходить из оллфагового сознания? Получив своего крылана, он настолько сроднился с птицей, что трудно было его заставить даже на время выйти из сознания любимца. Проблема была в том, что мальчику нравилось быть птицей. Будучи оллфагом, он чувствовал себя в безопасности. Пока Батис не понял этого, ему трудно было найти возможность поставить Ларсу блок на осознание границы между птицей и человеком. Спасибо, смогли вообще уговорить его выйти из оллфагового сознания. Здесь то же самое. Дети, получившие оллфагов, не вошли в их сознание, но настолько прониклись мыслью, что крыланы - их спасители, что сбили общую связь между Батисом и оллфагами. Крыланы-то очень чувствительны на ментальном уровне. Получилось, что они не успели привыкнуть к новым хозяевам и потеряли старых. Вот и растерялись.

- А ты, Имбри, каким здесь боком? - проворчал Брент, начиная подниматься по лестнице на выход к машинам.

- Помните, вчера пару раз оллфаги слетались ко мне и к Барри? Батис ещё сказал, что они летят на воспоминания. Так вот. Они летели не совсем на воспоминания. Они летели на мой старый сон.

- Подтверждаю, - поднял руку Барри. - Ник мне недавно сказал об этом.

- А что за сон? - жадно спросила Бланш. Кажется, наша приключенческая эпопея на Голконде её живо интересовала. - И вообще - сон ли?

- Сон. Когда мы в первый раз подлетели к Голконде, бортовые экраны засняли короткую сценку: два дракона танцевали в небе. А ночью мне приснился сон про них. С маленьким добавлением: вместе с ними летал в небе и я. И каждый раз, когда я вспоминал этот сон, оллфаги слетались ко мне.

- Но почему? - удивился Винсон. - Почему именно на сон?

Я покосился на него, на других.

- Почему именно на сон - не знаю. Но у меня появилась странная гипотеза. Голкондская "саранча" и оллфаги - одного поля ягода.

Брент чуть не споткнулся.

- Ты хочешь сказать, что на родословном древе "саранча" и оллфаги - корни и ветви? Невероятно. Почему ты так решил?

- Рассказывать долго, - улыбнулся я не менее изумлённому повелителю оллфагов. - Но с момента, как мы выехали в Ириду, крыланы буквально заставляли меня вспоминать наше с Барри путешествие на Голконду. А я это понял только сейчас.

- Ладно, - смилостивился майор. - Пусть с этим разберутся Ата и Матвей, когда приедем. Имбри, ты можешь дать слово, что в дороге больше не будет никаких происшествий, связанных именно с тобой?

Мы все встали у дверей, следя за сильно бьющим о крыльцо здания струями. Плеск небесной воды о воду, заполонившую сумеречные улицы Ириды, почти исчезал в грохоте дождя о твёрдые предметы… Я развёл руками.