Засланец - Константин Хвостополосатов

– Слушай, а с багажом будут проблемы, – сказал я Луаре. – Бардачок тут совсем мизерный. Едва приличная спортивная сумка влезет. Сухой паек нужно сменить на твой рацион. А вот и оружие. Этот универсальный инструмент – страшная штука в руках маньяка. Еще тут гаусс-пистоль есть, или как его Содружество кличет «ЭМИ-оружие». С такими «голыми руками» нам есть, что показать супостату. Четыре пластины пленочных скафандров, брони, понятное дело, нет ни в одном глазу. И на том, собственно, спасибо. Хозяйка, держи тело, пошли шмотки паковать, мне еще выспаться стоит.

Остаток дня прошел в сборах и посещении близких друзей. По большому счастью никаких передачек нам не совали, так как на родину предков мы не собирались. Вещей девушка с собой взяла предельно мало, вызвав мое искреннее уважение. Вот этот воистину прелестный список: запасной комбинезон, небольшая сумочка с туалетно-чесальными принадлежностями, кое-что из нижнего белья и небольшой планшет-приставка к идентификационному браслету.

После финальной упаковки «Енота» НЗ пайком нужного образца и сливом из местной сети карты района базы «Албар», я полностью отошел от дел, оставив Луару скучать наедине со своим телом. Перед путешествием я хотел хорошенько выспаться, мало ли как оно могло обернуться. Так что особенности национального прощания перед отпуском остались для меня тайной за девятью с половиной печатями.

Вся автоматика ангара оказалась дезактивирована, так что ворота шлюзовой платформы пришлось открывать вручную, покинув наш уютный кораблик. Вернувшись обратно, я аккуратно переместил его на стол шлюзовой платформы.

– Ты знаешь диспетчерские каналы? – спросил я Луару. – Надо запросить их открытие внешней створки. Не вручную же ее опять отваливать.

– Нет, конечно, – удивилась Луара. – Они же забиты в коммуникаторной системе.

Вернувшись в мир чувств машины, я на миг расфокусировал внимание, тут же выхватив несколько каналов, по которым шел трафик с диспетчером. Находиться в слиянии с МИ оказалось чертовски удобно, мы с Луарой становились отдельными и совершенно обособленными личностями. Видимо, именно так нас воспринимал МИ кораблика. Для удобства я закрепил образ Луары небольшим кипящим огнем шаром, напоминающим цветом мое родное Солнце. Не знаю, как визуализировала меня девушка и сделала ли вообще это.

– Ну давай, договаривайся, – разместил я мозаику каналов-окошек для Луары.

– Как это сделать? – спросила она.

– Мысленно делай, что хочешь вместе с водкой «Буратнио», – пошутил я. – Утренние дрова тебе обеспечены. Все через мысль, дорогая.

– Диспетчерская, – позвала девушка. – Контакт по идентификационному коду.

– Приветствую, Луара зель Виа, – тут же пришел ответ.

– Нужно открытие внешних ворот шлюзовой платформы в ангаре восемь-одиннадцать-четыре.

– У меня весь отсек на консервации, ничего не вижу. Надеюсь, Вы в скафандре?

– Я в малом челноке «Саусюк», – весело ответила девушка. – Вот решила в отпуск отправиться.

– Вы не шутите? – в голосе дежурного появились нотки сомнения. – Вы зарегистрированы как техник, у Вас, правда, значится… личный транспорт, но в этом ангаре нет работающей техники.

– Я его слепила из того, что было, – ответила девушка, подсказанной мной фразой. – Не беспокойтесь, склеилось великолепно. Разве есть какие-то запреты на полеты малых кораблей? Я же не пилотирую грузовик или лайнер. Это же просто личный транспорт.

– Нет, конечно, – дежурный подавил удивление. – Активирую шлюзовые протоколы.

Черный шестигранный наконечник стрелы после долгого отпуска, наконец, вышел в родную для него стихию. Управление, естественно, висело на мне, Луара же классифицировалась МИ, как «ученик» с очень ограниченным правом доступа. Если бы у меня были руки, я мог бы сказать, что они чесались. Я просто ужасно соскучился по полетам.

– Что это такое? – спросила Луара, указывая лучиком на три визуализированных МИ канала связи.

– Нас хотят, – ответил я, – хотят целых три раза.

– А кто это? – спросила девушка, – как определить?

– МИ, дай фоновую развертку запросов с максимально возможной идентификацией, – попросил я.

Окошки немного расширились и приобрели глубину. Я запросто мог погрузиться во все три канала одновременно, решив вопросы параллельно, но у Луары не имелось опыта общения с виртуальной реальностью МИ, которая делала при подключении пилота фактически самим кораблем. По этой причине девушка сначала выбрала вызов диспетчера. Там ничего интересного, кроме маршрута движения и пожелания чистого космоса не нашлось. Второй канал активировал какой-то знакомый Луары, его девушка просто проигнорировала, а я закрыл. По третьему нас искала Лиу.

– Привет, подруга, – ответила Луара.

– Ты где, не могу тебя достучаться? – спросила Лиу.

– Я уже не на базе, – усмехнулась Луара, – отпуск начался. Я на пути в пояс добычи, решила поскорее слинять, там как раз скоро транспортник отходит.

– Ты на чем едешь? – удивилась Лиу.

– Да обзавелась корабликом по случаю, маленький такой красивенький, умненький.

– Да ладно шутить-то, откуда тут можно корабликом разжиться? Личный транспорт – своего рода роскошь, я свой «Лепесток» дома оставила, транспортировка на эту базу кораблем компании чуть ли не восемьсот клунков стоила. По курсу Трайденса – шесть сотен с мелочью энергокластов.

– Ого! – искренне удивилась Луара. – Я никогда не интересовалась, у меня и атмосферника своего не было дома, все время общественными пользовалась. Это у всех так?

– Нет, просто компания таким образом ограничивает вольности работников, – рассмеялась Лиу. – Обычно раз в пять дешевле берут. Хотя, они правы, подумай сама, какой бы тут бардак был, прихвати все свой транспорт. Уже решила, куда хвостом махнешь?

– Нет, как вчера говорила, доберусь до обитаемых миров, там уже буду решать. Хочу на планету с теплым морем, – волна мечтательного предвкушения залиласознание Лу. – Я, наверное, по тебе скучать буду.

– Ничего, ты же не насовсем улетаешь, – хитро ухмыльнулась Лиу, показав двойные темно-синие со стальным отливом клыки, – вернешься, я тобой займусь. И вообще, будь осмотрительнее на отдыхе, обзаведешься еще скоропостижной семьей. И вообще, нечего мне зубы заговаривать, откуда взяла челнок, и кто тебя везет?

– Эта вкусняшка недавно значилась списанным разбитым истребителем Союзников, он у нас давно валяется. Я его починила, только не спрашивай как, сама до сих пор удивляюсь. А везет меня, можно сказать, автопилот. Он тут умный, все сам умеет.

– Не развалится? – почему-то сразу поверила подруга. – Как только умудрилась? Нет, я всегда тебе удивлялась. Если кто и мог этот хлам куда-то пристроить, так это ты.

– Нет, он крепкий, – усмехнулась Луара. – Что-то сигнал гуляет. Хочешь, переходи на стационарную антенну, поболтаем?

– Да ладно, пойду я, удачного тебе пути и чистого космоса. – Пожелала Лиу. – Ты теперь у нас заделалась пилотом, ну надо же.

– Хозяйка, Вас приветствует автопилот, все системы в норме, через двадцать три секунды смена полетного вектора, прошу приготовиться скучать, расчетное время подхода к рудному комплексу равно шесть часов тринадцать минут, – ответил я гнусавым голосом, – автопилот запрашивает разрешение на продолжение выполнения задания.

– Ой-ой, – капризно сказала Луара, – ну и что мне нужно было сказать? Что у меня в голове поселился наглый, как саусюк, инопородный дух? Так она могла бы и медикам сообщить, что у меня голову от работы отшибло.

– Кстати, о птичках, – подумал я, добавив, – МИ, как изменился уровень доступа к управлению кораблем после списания?

– Доступ открыт, для любого военнослужащего КСС – лаконично ответил МИ. – Статусные протоколы аннулированы, оперативная и архивная информация закрыта по уровню допуска четыре.

– Отлично, – обрадовался я. – Принимай установочную информацию. Старый регистрационный номер и прочие опознавательные данные перенеси в архив. Вот файл приписки с новыми регистрационными данными. Ты – больше не боевая единица Содружества, а частное судно. Устанавливаю новую табель о рангах и, соответственно, доступах. Луара зель Виа бин Милиним – хозяйка корабля, командир корабля, доступ – абсолютный. Страдиан-три КСС Ржевский Серей – первый пилот, доступ – абсолютный. В случае конфликта вводных относительно права собственности и распоряжением кораблем приоритет остается за командиром корабля, в случае конфликта вводных относительно пилотирования – первого пилота. Остальным разумным и неразумным доступ на корабль закрыт, исключением могут быть разумные, предоставившие кодовую фразу: «Есть еще порох в пороховницах и ягоды в ягодицах». МИ данного частного судна получает имя «Енот». Ввод инструкций пока закончен. Корявенько, конечно, но потом исправим.