Засланец - Константин Хвостополосатов

– Ясно. В таком раскладе, я тоже голосую за планеты Лазурного кольца, – усмехнулся я. – Когда отпуск-то начинается? По подружке сердешной скучать не будешь? Или Лиу тоже поедет?

– Нет, не едет, – почему-то смутилась Луара. – У нее отпуск ближайший был совсем недавно.

– Правильно, нафига нам свои дрова в лес тащить? – пошутил я. – На месте гульнем по-взрослому.

– Да нет же, я в море покупаться, – совсем смутилась девушка, – я давно мечтала.

– Море? – спросил я украдкой. – Знакомое дело. Когда это одно другому-то мешало?

5. Пять

Наш отпуск начался совершенно неожиданно. Утром по внутренней рассылке от руководства пришло уведомление, что оговоренный контрактом отпуск может начаться с такого-то по такое-то число по согласованию работника с администрацией.

– Завтра последний день трудовой вахты и все, – сказала Луара, подтвердив предложенный срок. – Надоело мне тут все до жути.

– Вот это по-нашему, – согласился я. – Даешь отпуск!

– Так, через четыре дня лайнер на Плу-3, не очень удачно, да и дальше оттуда. Через шесть будет рейсовый лайнер на Кейлу-3, неплохо, но ждать долго, – рассматривала девушка информацию о подходе проходящего транспорта, делающего заход на базу «Албар». – О, послезавтра будет транспортник из пояса добычи. Идет медленнее, зато ждать не нужно. Перерабатывающий комплекс «Волчок-2324» постоянно в контакте с метрополией. Лайнеры там принадлежат компании, но за деньги они вполне возят всех желающих. Ух ты, цены вполне приемлемые!

– Ну так давай на нем и свалим, – предложил я. – Чего тут куковать?

– Тут есть проблема, – пробурчала Луара, разбирая сноску. – Во-первых, нет сообщения с поясом добычи, придется у начальства выпрашивать какую-нибудь посудину. Обберут по полной программе, могут и вообще отказать. Жаль, в пределах «Волчка-2324» общественного транспорта нет, а служебный для чужаков – сущая обдираловка. Так что тут мы по деньгам в сильнейшем пролете. Придется выбирать из Плу-3 или Кейлы-3.

– А давай наш истребитель возьмем, – продумал я неожиданно пришедшую мысль. – Союзники его фактически бросили, начальство забыло. Дадут нам его, интересно?

– Сейчас узнаю, чем он числится, – полезла Луара в сеть через служебный доступ. – А нет его тут по складу. Так, здесь тоже нет. Ага, вот он. Значится «утилизационная единица с длинным номером», его вообще только по приписке к прошлому судну различить можно. Думаю, что договоримся. У нас хлама в очереди на утилизацию лежит, как у саусюка в норе. Его же на переплавку в комплекс тащить нужно.

– А если комендант узнает, что он починен, – спросил я.

– И что? – спросила в ответ Луара. – Кто на нем летать-то сможет? Кстати, ты уверен, что сможешь его уговорить? Да и вообще, откуда уверенность, что он починился?

– Давай, охмуряй начальство, – предложил я. – Я верю в технику Содружества.

Через два часа Луара получила разрешение на распоряжение бывшей боевой единицей Содружества. Комендант склада подтвердил ее запрос, даже не спрашивая причины. Луара, пользуясь случаем, удачно прополоскала коменданту мозги наступающим отпуском, и значащийся в документах номер транспортного средства еще через полчаса оказался приписан к рембазе, как луарина собственность. А еще через двадцать минут мы пробрались на нужный склад с инспекцией. Вопрос с раздеванием в этот раз не стоял, я живо снял с себя все лишнее и запихал в небольшой отсек с аварийными причиндалами, как только машина открыла внешний фонарь. Кресло мягко, почти нежно приняло тело Луары.

– Так. Боец наш давно в порядке, – подвел я итог, взглянув одновременно во все дырки, как можно было сделать только в виртуалке с поддержкой неплохого МИ. – Перед вылетом желательно кое-чем запастись. Энергия на двух из пяти, топливо – почти полный резервуар, биомасса – всего десятинка. В принципе, лететь можно и так. Биомасса нужна только для ремонта и поддержки работы кое-каких систем. Если поломок не будет – ее хватит. Энергию можно накачать или от излучения звезды, что долго, или перегнать в нее часть топлива. Но лучше все это забить под завязку здесь, если такая возможность существует.

– А что нужно? – уточнила Луара.

– С энергией все просто, – ответил я, – практически любая. Жесткое излучение, плазма, электричество, гравитационно-резонансное поле. Топливо можно синтезировать из большинства легких элементов или кое-какой органики. А вот саму органику в космосе найти будет непросто. Ее нужно запасти.

– Какая нужна и сколько? – спросила девушка.

– Практически любая углеродная, – сверился я с типом органики на борту боевой машины, – килограмм двести хватит.

– Ну нифига себе, – удивилась Луара. – Я, конечно, могу взять на автоматической раздаче того дерьма, что тут едой кличут. Но таскать его – дело хлопотное.

– Дерьмо, – выделил я нужное слово. – Это правильное решение. Дерьма и у вас должно быть вдоволь. А нам нет разницы, какую органику перерабатывать в стандартную биомассу. Доступ организуешь?

– Легко, – усмехнулась девушка. – Жаль с оружием у нас тут строго, как-то неприятно без элементарного шокера. Я хоть и не военная, но в пути разные ситуации случаются.

– Оружие, – согласился я, обозревая хозяйство корабля. – Сдвоенный лазер средней мощности и сдвоенная электромагнитная пушка в модификации истребитель; пушка-плазма, гравитационная пушка и туннельный пробойник добавлялись лишь в модификации штурмовика. Что за пробойник? Почему не знаю?

– Что-то не работает? – поинтересовалась Луара.

– Работает, просто я с такой штуковиной не встречался, – пробурчал я, открывая раздел эксплуатационных характеристик устройства. – Сейчас погляжу, что за зверь. Так, ясно, штуковина вызывает сдвиг характеристик вещества и поля в направленном туннеле. Можно дырки в шифере делать или окна в чужом защитном поле. Ракет мало, если точнее – всего одна. Есть шесть самонаводящихся бомб с ограниченным радиусом хода. Заряды? Жаль, одна плазма. У вас, кстати, тут каких-нибудь ракет стащить негде?

– Нет, только ремонт, никакого снабжения, – закрыла вопрос девушка.

– В общем, все не так уж и плохо даже без них, – согласился я. – Фигвам тоже можно крышей над головой назвать в отсутствие теплой бетонной хижины с противоатомным бункером.

– Ну что, вылазь, будем искать снабжение, – отвлекла меня Луара от раздумий. – Время идет мимо.

– Сейчас, – отозвался я. – Дам кораблю приличное название. Вот, к примеру «Енот».

– Это еще что такое? – спросила моя компаньонка.

– Зверь такой, по повадкам сильно на ваших саусюков должен походить, – пояснил я. – Хорошее правильное имя, даже не спорь. Для ваших родичей его можно «Саусюк» назвать.

– Нет, ну надо же так испохабить все, – удивилась девушка.

– Моя игрушка – мои правила, – довольно рассмеялся я. – Корабль, слушай мою вводную. С данного момента в локальных переговорах с пилотами тебе надлежит обозначать себя «Енот». Сообщи, если в твоих предписаниях есть какие-то противоречия этой вводной.

– Противоречий нет, страдиан-три. Приступить к выполнению новой инструкции?

– Приступай, – подтвердил я.

– МИ выведенной из боевых и эксплуатационных списков боевой единицы ИШМК-стандарт-2005361162 принял к исполнению инструкцию действующего пилота страдиан-три с личным шифром 12/135/45/45856/45– КСС как обязательную к исполнению.

– Молодец, – похвалил я Енота, запуская процесс разъединения.

Девушка вызвала диспетчерскую через стационарный пульт ангара. На дежурстве оказался ее старый хороший приятель.

– О, привет, Лу, – обрадовался он. – Говорят, ты в отпуск линяешь?

– Да, Клейр, есть такое дело, – ответила Луара. – А ты чего не в своей смене что ли?

– Проиграл я ее, – усмехнулся приятель. – Уже зарекался, но все никак.

– Смотри, будешь круглосуточно пахать за хитрых и ушлых саусюков, – улыбнулась Лу. – Дай питание на восемнадцатый щит этого ангара.

– Зачем оно тебе там? – удивился диспетчер. – В ангаре же один утиль.

– Вот его и буду утилизировать, – показала какой-то знак в камеру Луара. – Тебе жалко что ли.

– Нет, держи, – показал дружок ей что-то в ответ. – Дай знать, когда закончишь.

«Енота» мы загрузили энергией приблизительно за полтора часа. Источник предлагал практически старый добрый электрический ток, правда, электроны неслись не по проводнику, а внутри поля, создавая направленное бета-излучение. С дерьмом для биомассы оказалось немного сложнее, пришлось аккуратно передвинуть «Енота» в другую часть ангара, сломав по пути штабель каких-то ящиков. Оставив «Енота» преобразовывать набранное, я отключился от кресла. Стоило хорошенько осмотреть кораблик перед вылетом.

– Слушай, а с багажом будут проблемы, – сказал я Луаре. – Бардачок тут совсем мизерный. Едва приличная спортивная сумка влезет. Сухой паек нужно сменить на твой рацион. А вот и оружие. Этот универсальный инструмент – страшная штука в руках маньяка. Еще тут гаусс-пистоль есть, или как его Содружество кличет «ЭМИ-оружие». С такими «голыми руками» нам есть, что показать супостату. Четыре пластины пленочных скафандров, брони, понятное дело, нет ни в одном глазу. И на том, собственно, спасибо. Хозяйка, держи тело, пошли шмотки паковать, мне еще выспаться стоит.