Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

— Правильно сделали, мистер Президент. Такие промахи дорого обходятся нам на международной арене. Уверена, уже сегодня, максимум завтра придется давать объяснения.

— Скорее всего, придется, — согласился Президент и просительно сказал: — Мы здесь одни, давай будем на «ты», мне от этого даже чуть-чуть легче на душе.

— Хорошо, хорошо, Джон, — Кейс улыбнулась несвойственной ей улыбкой — широкой, открытой и доброжелательной.

— Христина, не скрою, мне сейчас нелегко. Смешивая обвинения в любовных грехах с действиями против Ирака, мои противники из мухи делают слона. И все это ради одного — добиться моей отставки. Республиканское большинство в конгрессе, которое уже ощущало на языке кровь затравленной лисы — Президента, сейчас буквально взвыло от бешенства. Они считают, что я их перехитрил, и кричат, что подлинный лис не в Ираке, а в Белом доме.

— Да, слышала я об этом, Джон, — небрежно махнула рукой Кейс. — По Вашингтону даже пошла гулять шутка, что на сей раз Саддам Хусейн взял верх над Моникой Левин. Мы же с тобой, так же как и наши единомышленники, прекрасно понимаем, что мысли об импичменте объединили все фракции вокруг республиканцев, а операция «Лис в пустыне» вновь разъединяет их. Поверь моему опыту, верх возьмет точка зрения более осмотрительных и они не встрянут в дебаты в ближайшее время.

— Но, знаешь ли ты, Христина, что Гордон выдвинул против меня очередное обвинение, выставив новую фигуру — некую Мерлин Биделл?

— Конечно, для нас в этом мало радости, но не отступать же. Надо преодолеть и это. Дело в том, что большинство американцев и без того против импичмента. В этих условиях атаковать популярного Президента, к тому же выступающего в роли верховного главнокомандующего, было бы для «партии слона» верхом неблагоразумия. Тем более, как показывают опросы общественного мнения, наше население большинством в 70 процентов поддерживает удар по Багдаду. И если лидеры республиканцев полезут дальше, то мы поможем народу Америки обвинить их в том, что они больше желают избавиться от Джона Макоули, чем от Саддама Хусейна.

Макоули поднялся с кресла, подошел к столу, взял одну из газет и возвратился на место:

— Послушай, что пишут: «…Муэдзины на минаретах багдадских мечетей созывали на утренний намаз, когда Президент Макоули отправился в личные покои Белого дома спать. О чем думал глава самого могущественного государства на сон грядущий? О том, как он ловко обманул «партию слона»? О том, как ценой жизней жителей Багдада спасся от импичмента? О Коране, который недавно подарил лидер палестинцев Арафат? О том, что начавшийся Рамадан плавно перейдет в Рождество, и если продлить еще немного бомбардировку Багдада, то конгресс даст ему новую отсрочку, ибо не захочет, как говорится, «рождественского импичмента». А сегодня ночью сбили наши три самолета и вертолет, а одна из ракет вместо штаба иракского корпуса взорвалась почти в центре Басры… Не трудно догадаться, что напишут уже сегодня вечерние газеты и что добавят завтрашние. А тут еще и Югославия.

— Я и прибыла к тебе, чтобы обсудить эту проблему.

— Да, да, я помню. Ты прости меня, Христина, я немного расслабился.

— Все в порядке, Джон. Если не возражаешь, я проинформирую о ситуации в Югославии. Поверь, мне очень нужны твои советы и указания.

— Конечно, Христина. Я слушаю.

— Обстановка в Югославии начинает беспокоить меня больше, чем в Ираке. В понедельник главный прокурор Международного трибунала по бывшей Югославии Лизен Арбур безуспешно пыталась проехать в село Рачак для расследования факта массового убийства албанцев. Югославский МИД проигнорировал просьбу европейских послов выдать ей визу. Госпожу Арбур и ее команду остановили ца македонской границе.

— А чем югославы объясняют причину такого шага?

— Правительство утверждает, что юрисдикция ооновского трибунала не распространяется на Косово, поскольку там идет не война, а борьба с терроризмом. Лизен Арбур, однако, заявила, что мандат Совбеза ООН позволяет ей передвигаться без визы по всей территории бывшей Югославии, и требует не мешать ей проводить расследование. А тут еще наш ветеран американской дипломатии Вилли Уокер, похоже, упорол глупость.

— В чем дело?

— Неделю назад он встречался с журналистами, которые достали его, и он, не сдержавшись, ляпнул: «Да, я шпион. Я шпионю в пользу ОБСЕ. Моя задача — выяснить правду о происходящем в Косово».

И вот вчера грянул гром. Дело в том, что югославские власти с самого начала обвинили Уокера во всех смертных грехах. Это сделано в отместку за то, что он возложил ответственность на Белград за массовое убийство албанцев в селе Рачак. Югославские власти каким-то образом выяснили, что Уокер ранее служил в разведке, и, несмотря на то, что он является руководителем миссии ОБСЕ, выставили его за дверь.

— Как же югославы выяснили, что Уокер разведчик?

— Как мне сказал Джеймс Уолш, этой информацией снабдила югославские власти спецслужба Беларуси.

— А как узнали об этом белорусы?

— Неизвестно. Но следует отметить, что в последнее время сближение Беларуси и Югославии идет быстро.

— Надо предпринять меры, чтобы помешать этому, — озабоченно произнес Макоули. — У Беларуси много современного оружия, в том числе лучшие ракеты ПВО — С-300, у них несколько тысяч современных танков, сотни самолетов и артиллерийских систем… А ведь нам, скорее всего, придется вмешиваться в конфликт…

— Но, Джон… ООН нас не поддержит, а Совет Безопасности не даст такой санкции.

— Ну и черт с ними! НАТО, в случае необходимости, обойдется без их согласия. Ты же знаешь, что на севере Косово, в районе Подуево, вновь идут ожесточенные бои с использованием тяжелой артиллерии.

— Да, знаю. Как обычно, стороны обвиняют друг друга в провокации.

— Именно это и понуждает нас действовать быстро и решительно.

— Мне удалось убедить наших союзников по НАТО выступить с последним предупреждением Белграду и косоварам. Мы рассчитываем в самое ближайшее время организовать мирную конференцию в Риме, Вене или другом месте, чтобы заставить сербов и единую албанскую делегацию поставить свои подписи под соглашением.

— Но принцип у нас тот же, — напомнил Макоули, — широкая автономия для Косово. В течение трехлетнего переходного периода в крае должны быть созданы собственные органы власти и правопорядка.

— Но этот план не имеет смысла без международных гарантий и военного присутствия…

— Да, я обсуждаю со своими коллегами из стран — членов НАТО введение в Косово сил НАТО. Как известно, чуть раньше проалбанские силы в Косово так и не выработали общей платформы.

— Значит, самым верным является навязывание западного мирного плана под угрозой применения военной силы? — спросила Кейс.

— Весьма вероятно, что никакие кнуты и пряники не помогут запустить процесс политического урегулирования. Тем более что угроза авиаударов выглядит малореальной до тех пор, пока в крае находятся безоружные наблюдатели ОБСЕ. Я уверен, что в мире растет понимание того, что рано или поздно в Косово все равно придется вводить войска и устанавливать какую-то форму международного протектората. Наши европейские партнеры, за исключением Греции, готовы послать наземные силы, но только при участии американцев.

Христина Кейс неожиданно улыбнулась:

— Интересная позиция стран бывшего советского блока. И Болгария, и Венгрия, и Польша, как и Чехия, страны Балтии наперегонки делают заявления о готовности участвовать или способствовать введению войск в Косово.

— Быстро перестроились, — по-горбачевски выразился Макоули. — Хорошо, Христина. Кстати, когда ты вошла в кабинет, то говорила, что хочешь услышать от меня советы, а сама ведь предлагаешь конкретные меры…

— Нет, Джон, я просто сверила часы. Итак, я усиливаю нажим на все заинтересованные стороны с целью заставить усадить сегодняшних оппонентов за стол переговоров, а ты готовишься к военным мерам. Я правильно поняла?

— Да, Христина. Будем действовать именно так. Послезавтра я вылечу в район боевых действий, но связь будем поддерживать постоянно. Благодарю тебя и прошу: езжай домой и отдохни.

— Спасибо, — миссис Кейс подала руку Макоули и направилась к дверям.

Глава 38

— Не слишком ли много их собралось?! — воскликнула миссис Макоули, когда увидела на площадке отдыха у трассы толпу людей у выстроенных в ряд с десяток автомашин. Кортеж супруги Президента еле вместился на площадке.

Сара приветливо поздоровалась со всеми, дружески обнимаясь со старыми друзьями. Джо Сольдо был последним, кого Сара обняла, но эти объятия были гораздо короче, чем с другими. Обстановка заставляла ее следить за собой.

Высокий худощавый джентльмен, владелец крупной компании по переработке нефти Марк Томпсон коротко сообщил миссис план мероприятий на оставшуюся часть дня: