Случай из практики - Кира Измайлова

– Живо, – велела я. – К ручью…

Вот тут нужно было поспешить и успеть к ручью раньше Олоры с ее нянькой. Они если и воспользуются подземным ходом, то не тем, что начинается в конюшне и выводит к ручью, побоятся быть замеченными. Так что, скорее всего, они выйдут в Лес и дадут порядочный крюк. Ну а нам с лейтенантом бояться чужих глаз было нечего, поэтому мы вернулись в конюшни и долго пробирались пыльным ходом, пока не выбрались наконец на берег ручья. Пришлось еще изрядно подняться по течению, чтобы добраться до нужного места.

И вот тут-то и выяснилось, что я просчиталась. Похоже, из Замка вели еще какие-то ходы, намного более короткие, чем тот, которым воспользовались мы с Лауринем. Так или иначе, все трое уже были на месте, возле большого кроваво-красного камня…

Ночь стояла светлая, лунная, так что можно было разглядеть, что происходит. А происходило вот что: служанка без особой натуги взвалила Алейна, скрученного, как куренка, на камень. Похоже, перед этим она же и приласкала его чем-то тяжелым по голове, женщина она была и в самом деле могучая. Олора стояла чуть поодаль, держа в руках какой-то сверток, и, по всему видно было, отчаянно переживала за Алейна. На мой взгляд, не зря переживала.

Ну а в целом действо мало отличалось от не раз мною виденных служений в отдаленных уголках страны, только там в жертву местным богам и духам приносили не людей, а животных. Служанка, встав перед камнем, извлекла из Олориного свертка изрядных размеров нож с устрашающе изогнутым лезвием и заговорила нараспев, определенно обращаясь к тому склону холма, под которым, как я подозревала, скрывался храм. Слов я не понимала, но от них веяло вполне ощутимой жутью. Что бы ни собиралась вызвать эта женщина, оно было очень древним и очень опасным…

И я снова допустила ошибку! Я рассчитывала на то, что ритуал будет достаточно длительным, и я успею вмешаться, но просчиталась: служанка закончила со своей речью очень быстро – и занесла нож…

Тут уж колебаться было некогда – я метнула в ее сторону разряд энергии такой силы, что хватило бы сбить с ног быка. Женщина же едва покачнулась! Нож дернулся вниз, завизжала Олора, смекнувшая наконец, что малой кровью тут не отделаешься, и ее Алейну приходит конец. Во второй разряд я вложила все свои силы, но и того едва хватило, чтобы оттолкнуть женщину от камня. Нож все же зацепил Алейна, пробив тому плечо. Олора, которую тоже задела моя атака, с размаху осела на землю, потеряв, похоже, сознание. А вот Алейн от неожиданной боли пришел в себя и догадался скатиться с камня наземь. Большего ему не позволяли сделать умело связанные конечности.

Лауринь дернулся было вперед – помочь беспомощному парню, но я вовремя сграбастала его за плечо. Было уже слишком поздно – кровь пролилась на жертвенник, и, хотя Алейн остался жив, этой малости хватило, чтобы таинственный «рейе» пробудился.

Даже не обладающий магическим даром человек почувствовал бы это: холм тяжко содрогнулся, когда жертвенник тускло и угрожающе засветился изнутри багрово-красным. Ветра не было, но казалось, что окружающая растительность так и гнется под порывами невидимого вихря. Женщина у жертвенника воздела руки, снова и снова выкрикивая одни и те же слова, призывая, очевидно, своего Господина. Потом сорвала что-то с шеи – я разглядела, это была такая же бляшка, что я сняла с покойника в подземелье, – и швырнула прямо на жертвенник. В небо выметнуло столб грязно-красного света, ручей вспенился, а Лес встревоженно зароптал. Земля под ногами ощутимо тряслась, и мне казалось, что Замок начал потихоньку крениться.

Наверно, прежние Фейна знали, как сладить с подобной напастью, как призвать на помощь силы Леса… Увы, отец нынешнего хозяина Замка умер, не успев передать знания сыну, а уж внук его и подавно ничегошеньки не знал. Даже будь Алейн свободен и не ранен, вряд ли он смог бы что-то поделать.

Я тоже ничего не сумела сделать, хотя не могу сказать, будто не пыталась. Но моих сил было явно недостаточно – что может поделать человек там, где пытается выбраться из многовекового заточения по-настоящему могущественное древнее божество? Меня, с моими попытками обуздать рвущуюся наружу чуждую силу, просто не заметили. Нет, вру, заметили – и отмахнулись, как человек отмахивается от назойливой мошки. Меня впечатало спиной в обрыв, я сползла на землю – в глазах на мгновение потемнело, из носа ручьем хлынула кровь.

«А ведь все начиналось с банальнейшего убийства!» – некстати мелькнула мысль.

– Госпожа Нарен, госпожа Нарен!.. – Лауринь тряс меня за плечи, не давая окончательно потерять сознание. Его, похоже, тоже зацепило: физиономия у лейтенанта была ободрана, как будто его провезло по земле, но других видимых повреждений не наблюдалось. – Что это?!

– Если б я знала! – прокричала я в ответ. – Что бы это ни было, это наша погибель, лейтенант!.. Прячьтесь, может, уцелеете!

Впрочем, ясно было, что прятаться Лауринь не станет.

Я кое-как поднялась на ноги, дернула воротник – воздуха не хватало. Вот теперь поднялся ветер, вихрь закручивался вокруг жертвенника в подсвеченный грязно-красным, как несвежее мясо, большой смерч…

Под руку мне попалась горсть моих побрякушек, никчемных по большей части, годных только на то, чтобы пускать пыль в глаза. Впрочем, тут и настоящий боевой маг бы не совладал, да что там, десяток магов!.. Но до чего же обидно так умирать!!

Я зажала в кулаке столько подвесок, сколько поместилось, обрывая шнурки, и, неожиданно для себя самой, размахнувшись, швырнула их на камень. Эффект оказался совершенно неожиданным: смерч на мгновение словно схлопнулся, потом снова закружился, но уже не с той силой, а где-то высоко в небе начал нарастать тяжелый гул… Что же такое было у меня на шее?

«Подарок Гарреша!! – осенило меня. – Неужели?..»

Неужели Гарреш что-то предполагал? Я знала, что его племени известно многое, но чтобы они умели предвидеть будущее… Хотя почему бы и нет? Что мы знаем о драконах?..

Грохот стал нестерпим, даже безумная женщина около жертвенника пыталась зажать уши руками, да и я была близка к тому, когда наконец небо обрушилось на землю…

Нет, конечно, небо не рушилось, но, должна сказать, впечатление этой вселенской катастрофы было полным. Ветер поднялся такой, что гнулись даже вековые деревья в Лесу, а уж устоять на ногах было вовсе невозможно. Я и плюхнулась на землю, закрыв голову руками, а Лауринь не нашел ничего лучше, как завалиться сверху, явно пытаясь меня прикрыть. Глупость несусветная, ничего у него не получилось…

Впоследствии я не раз жалела, что не смогла понаблюдать за происходящим, но в тот момент мне, если честно, было не до того. Все помыслы мои, точно помню, были направлены на то, чтобы остаться в живых, а на судьбы мира мне было определенно начхать.