Тайна острова Драконов - Ольга Миклашевская

– Прекращай свои дурацкие штучки, – не на шутку разозлился мужчина, но в голосе его чувствовалась неуверенность. Моя догадка все больше оправдывалась, все прояснялось и становилось на свои места.

– Это не шуточки, Шел. Может, мы никогда больше не увидимся, и ты должен знать о том, что я к тебе чувствую.

– Ты не способна на чувства, бездна тебя побери! – совсем распалился он. От его грозного крика порхавшие над водной гладью бабочки испуганно ринулись в разные стороны. – Ты – порождение магии, Шрам. Ты даже не человек.

Я только хмыкнула, словно хмельная. Внутри медленно разрасталась эйфория торжества.

– Ты меня тоже любишь, – заявила я безапелляционно, и осознание того, что я это наконец сказала, грело душу.

– С чего ты взяла, Шрам? Тебе по голове чем-то тяжелым проехались или ты ударилась, когда нас подбили?

– Не пытайся меня провести. Если бы тебе было плевать на меня… ты бы не пытался сейчас меня убить!

Энергия заряженного артефакта на мгновение подскочила почти до предела, отзываясь в голове резкой болью-вспышкой, а затем снова принялась монотонно пульсировать.

– Это не из-за тебя, – как ни в чем не бывало произнес некромант. – Так будет лучше для всех.

– Ах, для всех?! С каких это пор тебя заботит судьба большинства, Шел?

Шеллак прикрыл глаза, отгораживаясь от меня завесой из темноты и пустоты. Наши лица были так близко, что носы едва не соприкасались. Хотелось сократить расстояние, убрать преграды, слиться с этим человеком и стать с ним единым целым, но было нельзя. Этот самый человек вдруг собрался меня убивать. Грустно, как ни крути.

– С тех самых пор, как судьба островов стала висеть на волоске. Пойми, не будет амулета – не будет и ритуала, а значит, все вернется на круги своя. Никаких тиранов и усобиц, никаких погонь за письмами, никаких проблем. Цель оправдывает средства, Шрам. Ты знаешь, насколько иногда важно чем-то пожертвовать, чтобы получить что-то большее взамен. Глупо сейчас пытаться тебя спасти. Ты бегаешь от меня, как вспугнутый заяц, шляешься черт знает где и все время сводишь меня с ума. Все время, постоянно. Я устал, Шрам. Знаешь, я просто устал.

Я не стала ничего отвечать – чмокнула мужчину в нос, затем прошлась губами по щекам, поцеловала его глаза… Хочу запомнить все о тебе, Шел. Быть может, там, за чертой, мне будет чем жить, потому что то, что у меня есть сейчас, – это не жизнь.

Когда я поцеловала его в губы, он сначала не отвечал, но затем поддался, и его руки мягко проскользнули и обняли меня за талию. Где-то глубоко внутри гремели фанфары, звонили в колокола, били в набат, стучали ложками… Где-то глубоко моя темная и расчетливая сторона хладнокровно злорадствовала и уже готовилась праздновать победу.

Увлекшись, Шеллак выронил артефакт, а я только этого и ждала.

– Я не могу умереть, Шел.

Разорвав поцелуй, я подхватила упавший на землю предмет – это оказался самый обычный, на первый взгляд, резной карманный ножичек – и запустила его в самое сердце озера. Артефакт отчаянно взвизгнул и затих где-то на пути к бесконечному дну.

Некромант побагровел от злости. Беды было не миновать. Мало того что я его так подло обманула, так еще и дорогущую редкостную вещицу запульнула на дно горного озера.

– Ты! – Он схватил меня за руку, однако я не торопилась сопротивляться.

– Лучше для всех. Так ты говорил, да, Шел? – И я сплюнула на землю, показывая тем самым, что снились мне в аду его жаркие поцелуи. – Катись в бездну со своими идеально выверенными планами и полезными советами! Оставь меня уже наконец в покое! Дай мне пожить! Дай не только вдохнуть, но и выдохнуть. Читай по губам. Ты лжец и ублюдок, и я видеть тебя больше не хочу, даже на той стороне.

Еще никогда бурлящий в венах гнев не был настолько неконтролируем. Я вот-вот была готова дать волю эмоциям, что прежде происходило только под строгим контролем разума, и только многолетняя выдержка позволяла держать себя в руках. Удивительное диво и неслыханное дело – вывести Шрам из себя по-настоящему.

Но Шеллак заслужил эту пощечину. И еще одну.

Ш-шлеп!

– Если ты думаешь, что можешь помыкать мной, как домашней зверушкой, ошибаешься, Шеллак… – На его имени я запнулась, ибо только тогда поняла, какой была до этого дурой.

Он ничего не говорил, не оправдывался, не кричал на меня – словом, ничего. И это смущало меня больше всего. Как должны себя вести убийцы, которым потенциальная жертва, по-свински визжа, надавала пощечин? Уж точно не молчать.

Я попыталась прошмыгнуть мимо некроманта, но затея не увенчалась успехом – позади, на пятьдесят локтей ниже, сладко чмокала в предвкушении утопленницы вода, а впереди стоял застывший камнем мой муж.

Воспользовавшись тем, что Шеллак не оказывал никакого сопротивления, я извернулась и оказалась за его спиной. Некромант повернулся и сделал по направлению ко мне несколько уверенных шагов.

Ситуация была бы безнадежна, если бы Шрам в очередной раз не выручила ее небывалая везучесть. Шелу водную гладь видно не было, а вот передо мной открывалась совершенно немыслимая картина: то место, куда я зашвырнула артефакт, пошло сначала крупной дрожью, а затем постепенно стало превращаться в самый что ни на есть настоящий водоворот, куда не засасывало, вопреки расхожему мнению, а наоборот, откуда что-то яростно выбиралось.

Сначала мне в голову пришла мысль, что это Нери – морской дракон, абсолютно безмозглый и вечно голодный. Однако меня ждал сюрприз куда более приятный.

Вы когда-нибудь видели, как из яиц вылупляются дракончики? Хорошо, я тоже нет, но в наше время никого не удивишь диафильмом или книгой с красочными иллюстрациями, когда кажется, будто животное сейчас соскочит со страниц и решит тобой полакомиться. Так вот, то, что происходило в образовавшейся в водоеме воронке точь-в-точь напоминало процесс вылупления дракончика из яйца.

Сначала на поверхности показалась чья-то синяя морда, затем шея, после – покрытые какой-то неприятной слизью крылья. И только после того, как на поверхности оказался извилистый лазурный хвост, я не смогла сдержать крика радости – невероятно, но передо мной, как нельзя кстати, появилась Верли!

Шеллак повернулся, чтобы выяснить причину моей бурной реакции, но было уже поздно. Изо всех сил разбежавшись, я сиганула прямо в воду, но до поверхности не долетела, ибо меня поймала реактивная, как дирижабль с полным баком топлива, дракониха.

Без седла на ней было сидеть, мягко говоря, неудобно: я то и дело норовила соскользнуть и хваталась за безупречно гладкие голубые чешуйки. Ну и плевать! Главное – я наконец-то свободна!