Мятежница - Хизер Грэм

— Застрели его! — крикнула Элайна.

Но Йен, опасаясь попасть в жену, медленно опустил свой «кольт».

— Нет! — вновь закричала Элайна, локтями отбиваясь от Питера и пытаясь вырваться. — Стреляй! Сейчас же стреляй!

Йен видел, что Питер выронил револьвер и теперь безоружен. Он сделал шаг вперед, но в ту же минуту О'Нил выхватил из-за пояса кинжал и приставил его к горлу Элайны.

— Еще шаг — и я пущу ей кровь! — И повернулся к залитому кровью сообщнику. — Татум! Приведи лошадей. А ты, Маккензи, стой на месте. Иначе… Он знаком показал, что сделает с Элайной… Татум привел лошадей. На одну из них Питер посадил свою заложницу, держа кинжал у ее горла. Потом подозвал Татума, который перехватил нож, пока Питер взбирался на лошадь. Снова взяв кинжал, он велел Йену не двигаться с места, пока они не уедут. Дикая ярость и сознание своего бессилия охватили Йена, наблюдавшего эту сцену.

— Ни слова! — предупредил Питер Элайну. — Иначе тебе конец! Ничего. Скоро мы приедем в хижину, где меня ждет Прайват Джарвис. Вместе с Татумом нас будет уже трое. Тогда нам не страшен никто. А с твоим муженьком я все равно разделаюсь.

Элайна, взглянув на его искаженное злобой лицо, испугалась.

— Питер! Не будь зверем! Когда мы вернемся к конфедератам, обещаю признаться, что я и есть Мокасиновый Змей. Тебя и твоих людей щедро наградят за мое спасение!

— Нет уж, дорогая! Сначала мы приедем в хижину, и ночью я получу от тебя то, чего хотел давно. А потом… Потом — посмотрим!

Быстро одевшись, Йен вскочил на Пайю. Он убеждал себя, что нагонит Питера, только нужно соблюдать осторожность. Мерзавец должен думать, что оставил врага далеко позади.

Как, впрочем, пока и было…

Питер втащил Элайну в покинутую индейскую хижину, которую использовал «как базу во время охоты на Йена Маккензи. Когда он бросил молодую женщину на циновку, та закричала, но Джарвис, сидевший у очага рядом с Татумом, вскочил и зажал ей рот ладонью. Однако крик разнесся далеко.

Он долетел и до ушей Йена, который почти нагнал беглецов и теперь скрывался за могучим дубом, росшим напротив хижины. Оттуда через дверной проем Иен видел все, что происходило внутри.

Услышав отчаянный крик жены, он выскочил из своего укрытия и бросился в хижину…

— Маккензи! — воскликнул Питер, увидев на пороге Йена.

Майор, не медля ни секунды, выстрелил в Джарвиса, зажимавшего рот Элайне. Тот со стоном упал. Татум выстрелил в Йена, но промахнулся. Прогремевший тут же выстрел из ружья О'Нила тоже не достиг цели.

В этот момент раздался еще один выстрел, снаружи, и в хижину вбежал мужчина в серой форме конфедератов, Свет от огня камина упал на его лицо.

— Джером! — крикнула Элайна.

— Джером? — остолбенел Питер. — Откуда ты взялся? Неужели тебя еще не повесили?

— Надеюсь, к этому приговорят тебя за попытку изнасилования, — холодно отозвался Джером.

— Стреляй в него! Стреляй! — закричал Питер Татуму.

Но тот даже не пошевелил рукой.

Йен отодвинул застывшего, словно статуя, Татума, и подошел к Питеру. Бросив на пол «кольт», он вытащил саблю.

— Между нами давно шла война. Давай разом покончим с ней. Защищайся!

Но Питер, быстро нагнувшись, поднял «кольт» Йена. Элайна пронзительно закричала и бросилась на Питера. Тот, не ожидая ее нападения, выронил оружие, и Элайна отбросила его ногой к стене.

— Вынимай саблю! — грозно приказал Маккензи. Питер выхватил саблю и с бешеной злобой бросился на противника. Йен вдруг почувствовал себя безумно усталым. Но на карту была поставлена жизнь и честь его жены, и это придало ему уверенности и сил. Не зря же его прозвали Пантерой!

Краем глаза Йен посмотрел на жену. Она лежала без чувств. Джером подошел к ней и осторожно взял на руки. Между тем Питер наступал. Кончиком сабли он рассек Йену лоб, и кровь залила его лицо. На долю секунды он потерял ориентацию. В этот момент Питер сделал энергичный выпад. Но Йен уже успел подготовиться. Выставив вперед саблю, он сделал полшага вперед, и Питер наткнулся на острие. Зашатавшись, он упал на пол…

Йен посмотрел на поверженного врага. Тот был мертв. Джером подошел к Йену, держа на руках еще не пришедшую в себя Элайну. Тот хотел взять ее у кузена, но вдруг за спиной раздался крик Татума:

— Так дело не пойдет! Вы оба мои пленники! Я сейчас застрелю вас!

Татум нажал на курок, но револьвер не выстрелил: кончились патроны. Татум выхватил саблю. Усталым движением Йен отразил его удар и нанес свой, оказавшийся смертельным…

— Боже мой, не слишком ли много сегодня трупов. — Йен тяжело вздохнул и отбросил саблю.

— Я подержу Элайну, пока ты будешь садиться в седло, — сказал Джером.

— Спасибо.

Они вышли из хижины: Йен — в голубом мундире федеральной армии и Джером — в серой форме конфедератов.

Сев на лошадь, Йен взял из рук Джерома жену.

— Как ты нас отыскал? — спросил он.

— Мне подсказал твой недавно приехавший друг, вернее, подруга.

— Это кто же?

— Райза Мейджи.

— Неужели?

— Да. У нас была очень интересная встреча.

— Расскажи!

— Нет.

Внимательно посмотрев на Джерома, Йен воздержался от дальнейших вопросов. К тому же ему сейчас было не до Райзы Мейджи. Он думал только о состоянии жены.

— Спасибо тебе, Джером. — Йен положил руку на плечо кузена.

— Не благодари. Ведь между нами еще идет война.

— Какая?

— Севера и Юга.

— Они посмотрели друг на друга и весело рассмеялись…

У Элайны кружилась голова. Когда она в первый раз открыла глаза, комната завертелась, как карусель.

И все же она была дома… У себя дома… В своей комнате.

Она попыталась приподняться, и комната вновь закружилась, но через несколько минут это прошло. Кто-то сидел на стуле у изголовья. Элайна присмотрелась.

— Джен! — Она с трудом приподнялась и обняла Дженифер. — Как ты себя чувствуешь?

— Отлично!

— Но ведь тебя… повесили!

— А тебя — расстреляли!

— Меня?! — удивилась Элайна.

И тут вспомнила все. До последней детали. Включая свистевшие над головой пули в индейской хижине…

— А Йен? — с тревогой спросила она.

— С ним все в порядке. Он не спал всю ночь, прислушиваясь к твоему дыханию. Моя матушка почему-то решила, что ты не дышишь. Йен щупал твой пульс и слушал, бьется ли сердце. А сейчас пошел рассказать своим людям о том, что произошло. Обещал скоро вернуться.

— Вот оно что! — слабым голосом проговорила Элайна, поднимаясь с постели. И вдруг испуганно посмотрела на Дженифер. — А твой отец его не застрелит?

— Бог с тобой! Ведь Йен привез меня сюда. Отец теперь волосу не даст упасть с его головы.