Слепой дракон - Таня Белозерцева

Сириус перевел взгляд с потолка на эти строчки и тоскливо пробормотал:

— О, мама Мерлина… ну не внук он тебе, не внук.

— Ну да, а тебе он не крестник, — донесся снаружи голос Регула. А потом в проеме двери появился и он сам, в такой же белой рубашке, с лопатой в мозолистых руках, вместе с ним в бунгало ворвался запах перебродившего навоза, которым он унаваживал огородик. Этот запах раздражал породистый нос Сириуса-баргеста, он скорчил брезгливую гримасу и недовольно буркнул:

— И как же мы туда вернемся? Нелегально-то…

— Феникс вернется к Лавгудам, а новому директору никто не запретит взять с собой в школу дворнягу, — безмятежно всё расставил по местам Регулус.

— А Пит? — с сомнением спросил Сириус.

— Его тайну знает Гарри, так что и с этим проблем нет… — невинно хлопнул ресницами нахал.

Рождество в этом году было таким же, как и все до этого. С той лишь разницей, что в доме на Тисовой теперь жил четырехмесячный младенец. Джон Сайрус встретил Гарри беззубой улыбкой и вопросительным агуканьем. Наиглупейшая радостная улыбочка сама собой наползла на лицо Гарри, и он, расчувствовавшись, протянул руки и взял братишку. И понеслось…

Подъем с постелей себя и Кеннета, утренние процедуры в ванной, завтрак, выгул бульдога Санта Лапуса. Развивающие игры с младенцем — если он не спал, то его надо было развлекать погремушкой, дать попить, вернуть в ротик выпавшую соску, сменить подгузник, последнее, правда, вменялось в обязанности родителей, Дженни и Северуса, Гарри только смотрел. Обед, потом, если выпадало по расписанию, поход к врачам — профилактика, уколы, массаж по необходимости, комплекс витаминов и подозрительные вопросы докторов, где, дескать, справки из его школы? Приходилось врать, что забыл там, но летом обязательно привезет.

А так зимние каникулы состояли из прогулок с друзьями. На Рождество приехали тётя Мардж и Чарли Поттер. Приезд деда всех удивил и озадачил — похоже, лорд Поттер до сих пор не в курсе, что Гарри не родной его внук. Но обижать старичка было жалко, и поэтому все сделали вид, что безмерно рады ему. В свою очередь, Чарли сообщил, что после Рождества он заступает на пост директора школы Хогвартс, а потом протянул Гарри маленькую клеточку-переноску для грызунов и попросил позаботиться о крысе, прибавив загадочную фразу:

— Он, конечно, отзывается на Пита, но будет не против, если ты дашь ему другое имя.

Гарри с трепетом взял переноску и поспешно отправился к себе, поставил клетушку на кровать и вытянул вверх выдвижную решёточку-дверцу. На покрывало из неё вылез толстый откормленный крыс великолепного золотистого окраса — песочно-желтая шерстка, белые горлышко и пузичко, и никакого сходства с Коростой Рона. Гарри, понятное дело, засомневался:

— Пит?

В ответ крыс поднял левую лапку, Гарри нагнулся и присмотрелся — точно, не хватает одного пальца! — это Питер. И как он перекрасился? Гарри хихикнул, вспомнив те несколько минут, в которые Рон пытался наколдовать крысе красивый цвет «как желтое масло, как солнечный свет», считая, что крыса так будет интереснее смотреться. Пальцами погладил шелковистую шкурку и серьезно сообщил:

— А я знаю, что произошло в ту ночь. Поттеров убил Локонс, таким образом получается, что Залзан всё равно что отомстил за них, превратив его в каменную статую. Ты ведь узнал его тогда?

Питер-крыс кивнул головой и виновато развел лапками. Гарри пожал плечами и возразил:

— Твоя помощь всё равно не понадобилась, но я знаю, что ты бы вмешался, если бы пришлось.

На это Пит снова кивнул. А Гарри смущенно поинтересовался:

— А это не больно, превращаться в такое маленькое животное? А то у нас с Драко Малфоем был печальный опыт насильственного обращения — меня превратили в поросенка, а его в хорька. И нам обоим было очень больно.

К концу его фразы крыс спрыгнул на пол и неуловимо быстро для человеческого глаза превратился. Перед Гарри посреди комнаты встал полный мужчина с выпученными голубыми глазами и жидкими, клочкастыми волосами цвета спелой пшеницы, с приличными такими залысинами надо лбом. Что ж, не всем же быть красавцами, Питер Петтигрю был именно вот таким, некрасивым толстяком тридцати пяти лет, ещё далеко не старый, но сильно сдавший в последнее время. Таковы издержки профессии мракоборца, а если ты по совместительству ещё и тайный агент, то, естественно, ты состаришься раньше положенного, ежели не погибнешь во время опасного задания. Голос у Пита оказался высокий, с присвистом:

— То есть-с, как-с это принудительно-с?! Нельззя же так-с! Кости ломаются, внутренности-с перекручиваются.

— Скажи это Хагриду и Грюму… — уныло ответил Гарри, решив не переходить на официальное «вы».

Взволнованный Пит сел рядом на кровать и засвистел:

— Превращаться в зверя не больно-с. Гораздо-с сложнее упихаться в маленькую тушку, приходится схлопывать остальное пространство-с вокруг своей звериной ипостаси. И наоборот-с, раздвигать, если у тебя-с крупная форма.

— Это как? — заинтересовался Гарри.

— Ну, например… решил человек превратиться, скажем-с, в бизона, вот и представь, маг весит сто четыре фунта, а бизон — две тонны. И во время превращения маг забирает из окружающего воздуха все имеющиеся в нем калории, молекулы и атомы в том количестве, чтобы создать полноценное животное. С мышечной массой, кальцием для костей и равномерным волосяным покровом. А если ты мышь или землеройка, то здесь наоборот, надо отдать лишнюю массу в воздух, в пространственный карман, который постоянно находится при тебе. Я понятно объясняю?

— Да, понятно. А я могу?

— Можешь, но нежелательно-с.

— Почему?

— Убьешься. Из тебя птица неуклюжая получится.

— Вот это да!.. А кто?

— Не знаю, но я вижу крылья. Мелкие, не то ласточка, не то стриж, легкая добыча для ястребов. Лучше не рискуй. Забудь.

— Ладно, — покладисто согласился Гарри. На самом деле у него не было особенно сильного желания превращаться в кого-либо, просто было любопытно — в кого он мог бы перекидываться. Что ж, теперь он знает, так что и не обязательно. Незачем стараться учиться анимагии, зная, что твоя вторая ипостась — мелкая ласточка. Но, будучи честным, он всё-таки спросил для очистки совести:

— А мои друзья? Гермиона, Невилл, Драко, Полумна…

— У Гермионы нет предрасположенности к анимагии-с, Невилл… думаю, из него выйдет-с неплохой медведь. А остальные… не присматривался, потом гляну и скажу тебе, ладно? — Пит вдруг хихикнул. — Хи-хик-с, Перси мог стать зверушкой, но не стал.

— Почему? — слюбопытничал Гарри.

— А он расчеты сделал, выяснил, что черепахой станет, и отказался от анимагии.

Гарри захохотал, представив себе очкастую черепаху-Перси, правильно отказался, ну кому нужна столь медлительная аниформа?

Пит подмигнул ему и превратился в золотистую