Звезды на дисплеях - Владимир Подольский

Москва встретила бодрящей утренней прохладой, особенно приятной после жаркого Крыма. Чтобы не быть узнанным, Василий Петрович, переодевшийся в вагоне в форму ВКС России, нацепил чёрные очки, а корзинку с котом передал супруге. Мало ли по столице передвигается всяких полковников с чемоданами? А вот, с котом...

Это ли помогла ему остаться неузнанным, или бдительность фанатов ослабла, но на платформе конечной станции никто на него даже не оглянулся. До назначенного времени было ещё около часа, и супруги решили ехать на метро, а потом посидеть в скверике около штаба ВКС. Однако на выходе с платформы их уже ждали. Некий лейтенант, отдав честь, кивнул им, как старым знакомым, взял чемоданы и отправился на подземную стоянку авто. Там они сели в чёрный 'Орион', лейтенант занял место рядом с водителем. Мягко чмокнули двери салона, приглушённо взвыли электромоторы, встроенные в колёса и мобиль тронулся.

- Куда едем? - солидно, но немного запоздало осведомился полковник.

- Сейчас подхватим ещё одного человека и в штаб! - ответил, развернувшись вместе с сиденьем, лейтенант.

Ехали недолго, притормозили на углу какой-то улицы. Там в машину сел Сергей вместе с супругой. Дамы тепло поприветствовали друг друга, коллеги пожали руки, и 'Орион' снова помчался по утренней Москве, взлетая на эстакады и спускаясь в подземные тоннели. Водитель хорошо знал своё дело, и к десяти часам прибыли к зданию штаба. Вестибюль был почти безлюден. Лейтенант снова подхватил чемоданы, выскочивший откуда-то второй взял корзинку с Маркизом.

- Кормить и выполнять все желания! - напутствовал его Сергей.

Похоже, он был тут своим человеком. Несколько опешивший лейтёха удалился. Без задержек миновали вертушку, поскольку о пропусках уже кто-то позаботился. Далее разделились: Супруга Сергея подхватила Дорис под руку и куда-то увела. Сам Сергей повёл Василия длинным коридором. Сделав несколько поворотов, они остановились перед невзрачной дверью без надписей.

- Что там? - спросил капитан, указывая на дверь.

- Сейчас... - ответил невпопад Сергей, глянул на часы и толкнул дверь. А сам отошёл в сторону, пропуская друга вперёд.

Из-за двери доносился шум, который бывает в большом помещении, полном людей: невнятные разговоры, приглушённый смех, деликатный кашель. Капитан прошёл несколько шагов в указанном направлении и вдруг увидел, что находится на сцене актового зала. Прямо перед ним располагался президиум, где сидело несколько смутно знакомых седовласых военных и гражданских. Обернулись к нему и более знакомые лица. Капитан поприветствовал их всех скопом кивком, люди разулыбались и закивали в ответ.

Шум в зале изменил тональность, его увидели и, похоже, узнали. Раздались приветственные хлопки. Василий Петрович притормозил, не зная, куда ему идти, Сергей обошёл его и, кивнув, отодвинул один из свободных стульев, давая понять, что сесть нужно тут. А когда Василий занял место, уселся рядом. С другой стороны Василия оказался незнакомый генерал-лейтенант. Он благожелательно улыбнулся, последовало рукопожатие.

Председательствующий, который оказался главкомом ВКС возился со своим монитором. Что-то не ладилось, к нему подошёл майор, и что-то вполголоса объяснял. Пользуясь паузой, соседствующий генерал наклонился к Кондратенко и спросил негромко:

- За что у вас 'Super Nova', полковник? Напомните!

Кондратенко замялся, не зная, что ответить. Начал, смущённо:

- Секретность...

- А, вспомнил! - перебил его собеседник, - история у Титана?

- Да...

Похоже, все допуски у этого генерала имелись. В этот момент, командующий победил, наконец, компьютер, встал и поприветствовал собравшихся, которых сам Кондратенко видел смутно потому, что в глаза светили фонари рампы. С этого же начал и командующий:

- Убавьте этот свет! А лучше выключите.

Рампа погасла и, пока глаза привыкали к новому уровню освещённости, Василий Петрович разглядел, что зал полон народа, в основном военных. В первых рядах также оказались знакомые лица. Похоже, присутствовал весь экипаж 'Меча-39'. Становилось понятно, зачем его сюда пригласили. Василий тихо вздохнул: он не любил подобные мероприятия.

Командующий тем временем сообщил присутствующим повестку собрания, впрочем, довольно обтекаемо:

'Подведение итогов экспериментального похода в тоннели Макарова'.

Сказав несколько дежурных фраз о проявленном экипажем мужестве и героизме, командующий перешёл к 'раздаче бубликов'. Члены экипажа поднимались по одному на сцену, где им вручали ордена и медали, распределённые по неведомому принципу. Согласно приказу, каждый член экипажа получил досрочно и очередное воинское звание. Как его символ, вручались и новые погоны.

Каждый награждённый становился по стойке смирно и на поздравление отвечал по уставу: 'Служу России!' В ответ зал аплодировал.

'Амплитуда аплодисментов пропорциональна величине награды' - ёрнически подумал полковник. Под конец, дошла очередь и до него:

- Полковник Кондратенко! - провозгласил командующий.

Василий Петрович встал, подошёл, пожал крепкую руку большого начальника, выслушал свою порцию комплиментов. Ему дали 'Героя', что давно предсказывали все его знакомые и что, таким образом, сюрпризом не явилось. Хотя, приятно, конечно. Однако сюрприз всё-таки случился.

- По ходатайству министра обороны, указом Президента России полковнику Кондратенко Василию Петровичу досрочно присваивается звание генерал-майора! Вот ваши погоны, господин генерал!

Зал взорвался аплодисментами. Василий Петрович машинально принял пакет с золотыми погонами, повернулся к залу, вытянул руки по швам и снова произнёс уставное:

- Служу России!

В зале началась овация. Стоя на самом краю сцены, Василий Петрович вдруг разглядел в зале свою супругу, а рядом с ней девушку в курсантской форме: она подпрыгивала, махала ему пилоткой и что-то кричала.

'Ольга! Сдала досрочно, как грозилась!' - подумал с теплотой новоиспечённый генерал, - 'вот это подарок, так подарок!'

Он помахал в ответ рукой супруге и дочери, чем вызвал новый шквал аплодисментов.

- Не уходите, господин генерал! - раздался за спиной голос командующего. И далее. - Слово предоставляется представителю Генерального секретаря ООН господину Улафу Свенсону.

Из президиума выбрался худощавый, судя по имени, швед, белобрысый, а может быть, седой. Он подошёл, улыбаясь, кивнул Василию, взял со стола микрофон и произнёс на отличном русском:

- За огромный вклад в дело прогресса человечества, за проявленное мужество, за высокую компетентность в порученном деле, господин генерал Кондратенко В.П. награждается орденом ООН... - швед сделал паузу, - 'Super Nova'!

Притихший, было, зал снова взорвался криками, снова грянули аплодисменты. Представитель генсека подошёл ближе к взволнованному Василию, достал из кармана скромную коробочку, открыл её и, показав сверкнувший бриллиантами орден залу, передал её награждённому. Пожал руку и что-то сказал. За шумом Василий ничего не расслышал но, улыбнулся и кивнул. Затем повернулся к залу и рявкнул по-военному, покрывая аплодисменты:

- Служу человечеству!

Аплодисменты перешли в овацию. В зале не осталось ни одного сидящего. Дав обществу излить эмоции, командующий поднял руку и шум стих:

- Спасибо, генерал. Можете пройти в зал к семье. Далее: Думаю, всем присутствующим будет также приятно услышать, что указом Президента России орденами 'За научные заслуги' награждена учёная группа 'Меча-39', а гражданскими орденами 'Мужество' награждены госпожа Фролова Елена Юрьевна и госпожа Фролова-Бейкер Тамара Рональдовна. Эти награды будут вручены президентом через три дня, на специальном приёме в Кремле. Сейчас наши дамы, к сожалению, очень заняты в ООН.

Окончание речи командующего почти никто не услышал: в очередной раз зал сотрясли аплодисменты. На этом церемония и закончилась. Командующий объявил для присутствующих остаток сегодняшнего дня нерабочим и пригласил всех поучаствовать в 'скромном фуршете', как он выразился.

В фуршетном зале Василий задержался ненадолго: только успел расцеловать визжащую от восторга Ольгу, да пожать несколько рук знакомым и незнакомым. Из толпы окруживших его коллег генерала выдернул Сергей:

- Пойдём, Вася, есть ещё дело! Мы скоро вернёмся! - оповестил он присутствующих.

Затем отобрал у друга всученный ему бокал с шампанским, поставил его на стол и увлёк Василия в лабиринт коридоров и переходов. По-видимому, они спустились в подвал, поскольку, когда вошли в комнатку, бывшею их целью, окон в ней не оказалось.

Человек в белом халате, сидевший за монитором дружески поздоровался с г. Куприяновым, довольно нейтрально поприветствовал г. Кондратенко и подвёл их к стоящему у стены столику. На нём возвышалось то, что полковник (пардон! уже генерал!) опознал, как кофр для переноски животных. Просторная, продолговатая клетка, с удобной ручкой. Открывалась она не сверху, как привычная котовая корзинка, а с торца, где имелась решётчатая дверца. За ней, на матрасике спал явный кот: такой же пушистый и чёрно-белый, как и Маркиз. Капитан и принял его сначала за Маркиза, но не успел удивиться: