Зверолов - Владимир Поселягин

— Они из школы идут к бабушке, оттуда их забирает моя жена, — мельком глянув на настенные часы, сказал Нортон. — Приедут они через час, ты не успеешь.

— Не успею — ты имеешь в виду, что приедет помощь? Так я ее и жду. Мне требуется оружие, которое в данный момент мне везут. На ирландцев надежды нет, там агент на агенте, они для меня лишь ширма. Я ими прикроюсь, когда буду совершать свои дела… Хотя с вновь открывшимися обстоятельствами требуется проработать план.

— У тебя ничего не получится, — закашлявшись кровью, с ненавистью сказал британец.

— Спорим? Хотя о чем это я? А насчет получится или нет — это выяснится в течение нескольких дней. Так что, будешь говорить, или мне подождать тут твою семью в окружении трупов? Твой выстрел не слышали. Тут толстые стены, так что на вызов полиции не надейся. Только группа поддержки.

— Какие гарантии? — после минутного молчания спросил Нортон.

— А ты крепкий орешек, Турнье сдался быстрее. Видимо, сильнее семью любит… А гарантии? В отличие от вас, крыс, я держу свое слово. Так что слово офицера — если всё, что знаешь обо мне, расскажешь, я их не трону. Про тебя ничего не скажу, сам должен понимать.

— Зам разведки Брайан Маллихер. Я докладывал только ему, весь материал по тебе хранится в его сейфе. Сам видел, как он убирал. Кроме него, меня и Крисса с Турнье, о тебе никто не знал. Слово офицера, всё, что знал, сказал.

— Директор? — задумчиво спросил я.

— Я не в курсе. После возвращения я официально нахожусь в отпуске. Доложился и отдыхаю. Это всё.

— Не всё. Адреса штаб-квартиры, зама и самого директора.

Нортон рассказывал почти без утайки, прервавшись лишь однажды, когда я принёс по его просьбе воды. Когда он закончил, я улыбнулся и сказал:

— Молодец, почти всё рассказали, но вы забыли, что я успел допросить не вас одного. Большая часть соответствует истине, но вот кое-что искажено. Например, адреса штаб-квартиры и зама директора. Предполагаю, что и адрес директора вы мне неправильно сообщили. Давайте еще раз, хорошо? Вы не волнуйтесь, время у нас еще есть, минут пять точно до приезда ваших людей. Им ведь весь город пересекать надо. От места их расположения ехать ой как далеко.

Через три минуты я знал всё, что мне было нужно, после чего подошел к британцу и слегка ударил по рукояти клинка. От чего Нортон потерял сознание.

Мне пришлось ждать еще две с половиной минуты, пока, наконец, не услышал за дверью подозрительную возню и щелчок открывшегося замка. Глядя, как подо мной открывается дверь и при свете, бьющем с лестничной площадки в прихожую, проскальзывает первый боец с автоматом в руках, я даже глазам своим не поверил — опять «стен»; МП-пять у них, что ли, нет? После этого за ним крадучись вошли еще двое с пистолетами в руках, больше никого не было.

Я висел прямо над входной дверью, опираясь руками об одну стену коридора прихожей, ногами о другую. Бойцы группы поддержки меня не заметили, поэтому, расслабив одну руку и перенеся вес на другую, я вытащил из-за пояса браунинг и трижды выстрелил в спины британцев.

Расслабив напряжённые руки и ноги, я мягко спрыгнул на пол, проверил, нет ли кого на лестничной площадке, и бросился шмонать бойцов. Одного пришлось добить, а двое были наповал. Тут доплюнуть можно, что уж не расстрелять в спину? Даже в том положении, что находился я — это было не трудно. Собрав всё оружие и боеприпасы в одну кучу, рядом сложил документы, после чего обыскал квартиру. Нашел удобный кофр для бумаг, он был большой. Так что все трофеи легко уместились. Подойдя к Нортону, который за минуту до этого пришел в себя, когда я затаскивал в гостиную одного из убитых, и поглядев в так и пышущие ненавистью глаза, сказал:

— Пора.

Спустя пару минут. Парадный вход в многоэтажный дом, где находится квартира Оливера Нортона.

Швейцар у дверей скучал. Всё сегодня было, как обычно: хозяева и съемщики квартир, их гости и курьеры разных служб, что зачастили к ним. Вон к Нортонам сперва молодой американец прошел, потом трое курьеров с букетами цветов, их машина до сих пор стоит у входа, водитель в машине, а мотор работает.

В это время скуку швейцара разогнал жуткий, можно сказать нечеловеческий крик, который быстро приближался. Буквально секунду спустя на крышу цветочного фургончика обрушилось тело самоубийцы. Шокированный швейцар, очнувшись от столбняка, подбежал к фургончику. В кабине истекал кровью из проломленной головы водитель, а в самоубийце швейцар с ужасом опознал владельца тридцать второй квартиры Оливье Нортона. В это время рука погибшего разжалась, и на брусчатку упал небольшой пистолет. Затворная рама, отодвинутая назад, ясно показывала, что были расстреляны все патроны.

Перегнувшись через подоконник, болтая ногами, я глядел, как с силой запущенный в это самое окно британец с жутким воем падает вниз. Внизу едва слышно прозвучал удар сминаемого железа и спустя секунду женский визг, который поддержали еще две бабы.

— Красиво летел, наверное к дождю, — хмыкнул я и выбрался обратно в квартиру.

Явных улик, указывающих, что тут был посторонний, оставлять не хотелось, поэтому я поступил просто. Взял и вложил в руку Нортона его же браунинг и выпустил все оставшиеся пули в лежавших бойцов. Понятное дело, что криминалисты разберутся, что тут произошло, но мне это особо и не мешало. Главное, чтобы не сразу поняли, что случилось, и чтобы основная версия была о сошедшем с ума дипломате.

Ну, а после этого я выдернул из раны клинок и с силой запустил «самоубийцу» в окно. Вот и вся история. Собрав вещи, в основном деньги, оружие и документы, я поспешил покинуть эту негостеприимную, но прибыльную квартиру.

На лестничной площадке было пусто. Но вот в лифте почему-то стояли цветы в горшках. Так я с цветами и спустился вниз. На улице было настоящее столпотворение, даже консьержа не было. Выскользнув наружу, я смешался с толпой и скрылся за углом. Пройдя полквартала, я убедился, что за мной не следят, сел в припаркованный «жучок» и поехал домой. То есть к вдове. Время пока есть.

— Добрый вечер, месье, — встретила меня у входа Сивилла. — Вы сегодня что-то поздно… О, от вас порохом пахнет. Так пахло от моего мужа, когда он приезжал со стрельбища.

— Это от пороховых фитилей, — спокойно пояснил я. — Работы проводилось много. Пришлось даже заниматься подрывами. Время идет, тут динамит как раз подвезли, а нам шурфы пробивать в земле надо было. Вот, три взрыва произвели.

— Это ваши мужские дела, месье. Когда вы будете ужинать?

— Через полчаса. Поднимусь к себе и приму душ.