Зверолов - Владимир Поселягин

Поехал я не к себе на хату, а в большой комплекс с частными малогабаритными квартирами. Старший домоуправ нашелся в сразу же, в офисе. Там я оформил аренду квартиры на втором этаже сроком на месяц, после чего поехал в аптеки. Посетил три, чтобы не насторожить продавцов размерами своих покупок. Пакеты с медикаментами очутились в съемной квартире, которая стала моей запасной базой на критический случай или при неудаче, чтобы было где отлежаться. Посещение супермаркета позволило запастись продуктами длительного хранения. Резервная база была теперь всем обеспечена.

При составлении договора аренды малогабаритной квартиры я сообщил, смущаясь, что оставил документы в отеле, десятифунтовая купюра помогла, и в бухгалтерской книге появилась запись о новом съемщике Джоне Сайресе. Хорошие отношения с домоуправом были обеспечены.

Только после этого, часа в три дня, после хорошего позднего обеда в небольшом ресторанчике, я поехал в тот самый паб, что не рекомендовал посещать таксист. Наверняка его контролируют полицейские, но мне нужна была некоторая помощь с техническим обеспечением и, возможно, людьми. А кто как не ирландцы так «любят» британцев, что готовы пойти на многое? Одним словом, мне надо было навести мосты с ними.

Паб никуда не пропал. Я припарковался за углом и, выйдя наружу, посмотрел на пасмурное небо. Дождь закончился часа полтора назад, но я всё равно взял зонт. Уже ученый.

Неторопливо прогулявшись до паба, я заметил на другой стороне машину-фургон. Из всех только она подходила для наблюдения, я бы сам выбрал именно это место. Легким прогулочным шагом я подошел к дверям, вежливо открыл их, пропуская первым какого-то пьянчужку, и прошел следом. Это был классический ирландский паб, очень похожий на те, что я видел в Москве еще в том, родном теле. Довелось пару раз.

Времени терять не хотелось. Да я еще собирался сегодня проехаться по нескольким Нортовским адресам. Поэтому направился к самому информированному человеку в баре, то есть к бармену. Это был на удивление крупный мужчина, рыжеволосый гигант. Когда-то его можно было назвать атлетом, но с тех пор прошло немало времени, заплывшая фигура и выдающийся живот выдавали в нем человека, любящего хорошо поесть и попить.

— Добрый день, — улыбнулся я своей самой обаятельной улыбкой. — Мне бы хотелось поговорить с самым старшим из ваших товарищей.

— Не понимаю, о чем вы, — взяв со стойки стакан, он стал его протирать чистой тряпкой, проверяя на просвет чистоту. — Тут много товарищей, выбирай любого.

— Вы меня не так поняли. Я имел в виду, что хотел встретиться с вашими соплеменниками. Можно просто с главным. Можно с членами вашей ячейки. Не принципиально.

Бармен наклонился ко мне и спросил:

— Ты думаешь, я сделаю, что ты просишь?

Слегка наклонив набок голову, я искоса посмотрел в глаза ирландца и уверенно ответил:

— Конечно, сделаешь.

Ирландский паб «Дом эля». Комната позади бара. Это же время.

— И все-таки я считаю, что именно Брайан запустил руку в нашу кассу, — горячился рыжебровый, но почему-то брюнетистый плотный мужчина. Пятеро других присутствующих мужчин угрюмо насупились. Подозрения, что кто-то из товарищей нагло крадет деньги из общественной кассы, сперва были на уровне слухов и предположений, но повторная проверка подтвердила: часть средств уходила на сторону.

— Как же так? — не мог поверить один из глав местной организации, что боролась против британского ига. — Он же один из нас, да на войне мы с ним в одной роте служили, воевали, в конце концов. Нормальным солдатом был, товарищем.

— Деньги стали утекать именно тогда, когда мы поставили его кассиром! — грохнул кулаком по столу рыжебровый.

В это время в дверь постучали определённым кодом. Один из присутствующих встал и открыл ее. За дверью стоял хозяин паба — он же бармен. Запрокинув голову, он прижимал к окровавленному носу салфетку, другой рукой прижал к опухшему уху железную тарелку. Не глядя на присутствующих командиров, он глухо сказал:

— Тут с вами встретиться хотят… Серьезные люди, — добавил он после небольшой запинки, после чего развернувшись, направился к стойке бара, а на его месте появился молоденький паренек, одетый как американец. С любопытством оглядев присутствующих, он хмыкнул и сказал, с заметным американским акцентом:

— Ну что, партизаны, тяжелые думы думаем? Планов взорвать Букингемский дворец у вас случайно нет? А то могу поспособствовать…

В пабе я посидел минут сорок. Сперва настороженные ирландцы не могли понять, что я хочу, но потом они согласились мне помочь после небольшой проверки-испытания. На мой взгляд, ничего серьезного, плевое дело. Они попросили взорвать какой-то там Биг-Бен, фигня — я на картинках видел. Сто пятьдесят кило тротила, и его не будет. Взрывчатку и детонаторы обещали предоставить ирландцы. Думаю, и мне и им эта акция придется по душе. Надо будет завтра прокатиться мимо, посмотреть, что это за чудо. Если наши после моего возвращения что-то будут ворчать, пусть докажут, что там был я. Тем более ирландцы обещали сообщить всем, что это действовали они. Акция устрашения и возмездия, так сказать. Идиоты, не понимают, на что подписываются.

Выйдя из паба, я прогулялся по кварталу и, убедившись, что слежки нет, вернулся к машине и поехал по первому адресу. Будем работать методом исключения.

После третьего ложного заезда по адресам — опять не тот Нортон попался — я проехал мимо Тауэрского моста. Он меня изрядно позабавил. Потом поехал в сторону Вестминстерского дворца, посмотреть на нужную башню. Доехал, посмотрел, улыбнулся своим мыслям и резко крутанул руль влево, когда встречная машина засигналила и замигала фарами.

— Блин, долбаные лаймы, — зло проорал я. — Седьмой раз за сегодня. Уроды, пригоню сюда КАМАЗы… когда их построят. Они вас быстро научат правильно ездить.

Вернувшись на свою полосу, то есть левую, еще немного поворочал, и поехал по последнему на сегодня адресу. Темнеть уже начало, пора закругляться.

Следующий Нортон жил в квартире не так далеко от дворца, который я посмотрел, поэтому и выбрал его.

Проверял, чтобы не терять времени, я достаточно просто. Звонил и просил позвать главу семьи, если открывал не он, что происходило почти всегда. Когда подходил хозяин, я цветасто извинялся и говорил, что ошибся адресом. Всё достаточно просто.

Припарковав машину, я подошел к двенадцатиэтажному зданию и прошел в холл через гостеприимно распахнутые швейцаром двери.