Истинная и наследник Хозяина Запределья - Любовь Сергеевна Черникова

По лицу Данте пробежала знакомая мне уже тень, на миг сложившись в маску ящера. Король все понял.

– Это ловушка, да? Вы все подстроили!

– Пришлось. Иначе вы бы не отстали от моего сына, ваше величество, правда? Кстати, как поживает ваш внучек? У нас здесь такой горный воздух! Пусть приезжают в гости вместе с Аурелией и Нейром. Буду рад видеть принца и поддержу его в нелегкое время, – сказал Данте так, словно вел светскую беседу.

– Какое еще нелегкое время, идиот? Это у тебя нелегкое время! Твоя армия разбита! Ильвы тебя предали за довольно скромное вознаграждение, между прочим. А те, кто поумнее, дезертировали. Осталась лишь горстка идейных дураков, вроде оборотней, но тебе это вряд ли поможет. Да и этих неудачников ты бросил, спасая жену, и сейчас они тонут в болотах!

– Не понимаю, о ком вы. Например, генералы ар Харшат и ар Гэрхэй не собирались тонуть, когда я их видел в последний раз. Генерал ар Лехрон немного посомневался, но в итоге тоже передумал бросаться в трясину ради вас. Оно всегда успеется. Так что непростые времена ждут именно вашу семью, ваше величество. Или, лучше сказать: ваше бывшее величество?

Эмоции, отразившиеся на лице Нарвага дорого стоили.

– За это оскорбление я лишу тебя головы, ар Шахгар! – прорычал он, брызгая слюной.

– Можете попробовать дней так через пять-семь. Я нарочно прибуду в Маллиру, и мы с вами устроим показательный поединок, ладно?

Нарваг с тоской покосился в сторону спальни, куда так и не добрался.

– Жалеете, что заболтались со мной и не выкрали Сашку раньше, да? – участливо поинтересовалась я, хотя внутри все кипело.

Мои чувства оказались взаимными. Молниеносный рывок закаленного в боях воина не остановил бы никто. И осталась бы я без головы, если бы не Темный Огонь. Между мной и королем вспыхнул пламенный щит. Зажатый в руке Нарвага кинжал рассыпался пеплом, и король завопил от боли. Его правая ладонь обуглилась до самого локтя.

– Не смейте поднимать руку на мою жену! Никогда, ваше величество! – ледяным тоном отрезал Данте. – Неужели вы и правда решили, что я подвергну ее опасности?

А я вставила:

– Кстати, когда вы попытались влепить мне пощечину, пришлось приказать Темному Огню позволить это вам в некоторой степени. Было весьма непросто вести трансляцию и одновременно управлять магическим источником.

– Транс… что? Что, вообще, происходит в этом проклятом замке?! – возопил Нарваг, баюкая остаток руки.

Он уже сообразил, что попал в расставленные нами сети, но не понимал, что именно мы задумали.

С помощью Темного Огня мы с Данте, Икрасилем и его родителями смогли усовершенствовать артефакт иллюзий и добиться от него беспрецедентной дальности трансляции. Кроме того, изменили принцип его работы: теперь воспроизводилось все, что происходило в радиусе двадцати метров от артефакта.

Все, что происходило в гостиной с момента, как я «уронила» замаскированную под книгу шкатулку, прикрыв ее пледом, стало достоянием общественности. В том числе и признания Нарвага в его неблаговидных поступках. Оставалось надеяться, что это видело как можно больше народу. И поверило.

– Незваный и нежеланный гость явился, полагая, что пришел к беззащитной женщине, и вдруг вернулся муж, – ерничала я. – А дальше по классике: неминуемое наказание! Все, что вы наговорили, ваше величество, теперь известно всему Морейну. Я сделала так, чтобы ваши откровения увидели в каждом городе каждого княжества, словно в театре.

Я помахала книгой, которую так и держала в руке, и король сменился в лице.

– Не родился еще тот, кто сумеет меня наказать! – Фыркнул он, тихонько отступая к двери. – Вы ответите мне за это унижение!

– Ваше величество, только один вопрос: как именно вы компенсировали рождение Данте? Я не поняла, – поинтересовалась вдогонку, пока он не ушел.

Нарваг, злобно зыркнув на меня, покинул нас не прощаясь.

– Милый, как считаешь, он у нас в доме не напакостит? – встревоженно поинтересовалась я у мужа.

– Нарваг идет по коридору из Темного Огня прямиком к посадочной площадке. Вряд ли после того, что сделал твой щит с его рукой, он попытается преодолеть огненную стену, чтобы отклониться от маршрута.

– Ой, он же так сильно повредил руку! – ужаснулась я.

Я старалась даже не смотреть на то, что осталось от королевской конечности, но все равно перед глазами стояло неприятное зрелище.

– Тебе его жаль?

Данте приподнял бровь, присаживаясь на подлокотник кресла рядом со мной.

– Нет, конечно! Но что, если он станет всем рассказывать, якобы мы намеренно его покалечили, чтобы ты получил фору?

– Регенерирует, – отмахнулся Данте. – Перекинется в дракона, и все заживет.

– Ух ты! Ты не рассказывал, что драконы так могут!

– Да? – удивился Данте и вдруг подхватил меня на руки. Мурлыкнул, точно мартовский кот: – Я так соскучился по тебе, родная.

Он накрыл мои губы поцелуем, и на меня обрушился поток его возбуждения и магии. Мы действительно не были вместе с тех самых пор, как муж вступил в эту вялотекущую войну.

– Данте! – остановила я его, задыхаясь от страсти. – Ты же обсудил это с другими генералами? Они все видели? Поверили?

– Видели и поверили. Кстати, я был рядом с ними в этот момент. Ждал, когда придет пора идти к тебе на помощь. Мы даже успели перекинуться парой слов с Нергом. Ему так стыдно за кузена!

Я кивнула и понурилась:

– Как вышло, что среди всех ар Гэрхэев на троне оказался самый гнилой? Как считаешь, у нас получилось открыть глаза его подданным?

– Думаю, да. Люди Нарвага в смятении. Есть те, что присягали ему на верность, и не могут отказаться от своих слов. Но теперь они сомневаются, и все уже не будет как прежде. Предав меня, Нарваг разрушил свою репутацию. Теперь мало кто захочет иметь с ним дело.

– Хорошо. Но… Все равно есть погибшие и раненые. Как у них, так и на нашей стороне… Мне так жаль!

– Да, но это все-таки война, Эления. Пусть и скоротечная. Мы полтора месяца успешно водили Нарвага за нос. Поверь, изображать одно поражение за другим оказалось куда сложнее, чем одерживать победу. Я устал. Ты позаботишься обо мне?

– Конечно! – Я завладела губами Данте.

Этой ночью он был только мой. Позже, мы лежали в постели и тихонько разговаривали:

– Данте, о какой компенсации говорил король? Он так мне и не ответил, и теперь я умираю от любопытства и тревоги.

Муж помрачнел.

– Отец всегда обвинял короля в гибели мамы. Он подозревал, что Нарваг подстроил тот несчастный случай. Теперь и я в этом не сомневаюсь. С большой вероятностью моего отца убили по его же