Не бойся. Я рядом (СИ) - Абакус Наталья

— Ха-ха-ха!

Вновь положив руку мне на голову, она решила сделать мне массаж. Грех было отказываться.

— Между прочим, я до сих пор жду извинений!

— Извини! — пожал плечами.

— Ха-ха-ха! — муж с женой рассмеялись одновременно. — Ну хоть так!

— Ну ты такой милый с ней, — девица уже перебралась ближе, и я серьезно начал опасаться, не умудрится ли она сесть на мою тушу. — Такой ласковый…

— Ты давай-ка! Отодвигайся! — заработал локтем. — Садись на своего мужа, а не на меня!

— А что-о-о? — рассмеялась она.

— Я не хочу, чтоб меня сплющили!

Впившись ногтями мне в нос, Наталья вызвала во мне приступ ярости.

— Сука!

— Я тебя сейчас таким красивым сделаю!

— Пусти!!! — с трудом отцепив ее от себя, я был счастлив, что все мои части лица на месте. — Охуела совсем, что ли?

Получив от Павла, я решил, что стоит ему ответить, но Ната спутала все мои планы, выдав очередную глупость:

— Ну ты реально красавчик с ней! Когда скажешь ей о своих чувствах?

— О-о-о че-е-м? Ха-ха-ха! — заржав, я выпустил рукав Пашиной рубашки. — Ты чем обдолбалась с утра?

— Дима! — перекрестила она на груди руки.

— Что-о-о-о?

— Я серьезно!

— Я тоже! Не хорошо ширяться в одиночестве! Могла мне предложить за компанию!

— Романов! — бросила в меня Ната подушку. — Сделай его адекватным, пожалуйста! — по ходу, это было уже сказано Павлу.

— Тебе надо не ко мне. К Натали обращайся. У нее это лучше получается.

— Окей… пойду ее разбужу и скажу о том, как сильно Дима …

— Что? — перебил я ее.

— Ты краснеешь! — ткнула она в меня пальцем.

— Конечно! — прижав руку к груди, отошел я подальше. — Ты мне чуть легкие не прорвала своей граблей. — Попробуй после этого не покрасней!

— Ну-ну…

— Все! — как можно более резко произнес я. — Закончили!

— Мы даже еще не начали!

— Я сказал… мы закончили, — указал на нее пальцем. — Иди лучше буди Дашу!

— Ничего себе ты тему сменил! Она сама поднимется!

— Ага, конечно… — подошел я к Пашиному столу. — Слушай… у тебя есть фломастеры или там… картон… что-нибудь такое… цветное…

Подобный вопрос несколько смутил моих друзей.

— М-м-м… мы же часто с Пашей в изостудию ходим, — усмехнулась его жена.

— Иди на хуй, — отмахнулся я от нее, неожиданно для себя, откопав в закромах Пашиного стола несколько офисных маркеров. — О!

— Я не понимаю… ты какой болезнью болеешь? — никак не отставала от меня белобрысая.

— Уйди от меня! — еле-еле умудрившись проскочить мимо нее, я вышел в коридор.

— Ладно-ладно! Иди к своей спящей красавице! Все равно потом я тебя дожму!

— Хуй тебе! — крикнув это будучи на лестнице, я принялся подниматься наверх.

— Ты можешь поработать над его речью? — это последнее, что я услышал от жены друга. Пашин ответ до меня уже не долетел.

Натали до сих пор крепко спала. Воспользовавшись этим, я на скорую руку размалевал прихваченную из Пашиного стола бумажку, а после, кое-как умудрившись забраться на изголовье кровати, насадил ее на ручку окна.

При этом я едва не навернулся прямо на свою девушку, но, слава богу, мне посчастливилось сохранить равновесие.

Выдохнув, я остался доволен своим творчеством и, осмотрев его уже твердо стоя обеими ногами на полу, похвалил себя за сообразительность.

Между тем я решил, что все-таки Нате пора просыпаться. Тем более остальные ребята уже готовились к завтраку. А пропускать еду я как-то не планировал.

Подойдя ближе, посмотрел на нее, обдумывая, что бы прокричать ей на ухо, дабы вывести из сна побыстрее.

Она спала на боку. Одеяло прикрывало грудь, но оставило обнаженными плечи. Волосы умудрились рассыпаться по всей ее подушке и даже пытались добраться до моей.

И тут мне бахнуло в голову.

Я молча присел с ней рядом. И провел по коже. Убрав с плеч отделившиеся от общей массы волосы, нащупал пальцами позвоночник. Спустив вниз одеяло, чтобы были видны, насколько это возможно, грудь и живот, я воспользовался тем, что впервые могу спокойно рассмотреть свою девушку без всевозможных помех с ее стороны.

Я не сказал ей среди ночи, что, кроме всего прочего, мне нравится ее кожа. То, что у нее почти не было родинок, и не было последствий, которые довольно часто остаются у людей после переходного возраста. Мне нравилось, что она вся гладкая и нежная на ощупь. Действительно как ребенок. Нравилась форма ее груди. Цвет и размер сосков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Подцепив пальцами кисть, я плавно приподнял ее руку, опустив на кровать. При этом она повернулась на спину, чем доставила мне невероятное удовольствие.

Было бы странно, если бы я не возбудился от красивого обнаженного женского тела. А учитывая, что это тело было желанным мной, то в этот момент мои планы касательно ее пробуждения несколько изменились.

Отвернувшись в сторону, я попытался здраво, ну-у-у, насколько это было возможно, рассудить все свои мысли и желания.

Предположив, что у моего поступка могут быть последствия, я решил не рисковать, а все-таки поступить правильно. Так, как следовало.

Прикрыв Натали одеялом, я нагнулся и едва коснулся ее губ.

Она никак не прореагировала. Точней, прореагировала, но не так, как надо было.

Непонятно с чего причмокнув, она зашевелилась и, к моему бешенству, тем самым вновь стащив с себя одеяло, повернула голову на другой бок, при этом еще и вызывающе нежно и красиво преподнеся к лицу руку с изящно изогнутой кистью.

Беззвучно рассмеявшись, я прижал пальцы ко лбу.

А после шумно вздохнув, махнув на нее рукой, решил уйти вниз. Чтобы не мешать ей.

Дойдя до комода, я понял, что это, к сожалению, невозможно.

Потому что бороться со своими инстинктами не мог. Мне хотелось секса. И мой мозг сейчас мог думать только о нем.

Вытащив из ящика презерватив, я вновь вернулся к кровати. Только теперь замер у подножия, уперевшись ногами в каркас.

Спустив штаны с трусами и нацепив на член презерватив, я уже не чувствовал никаких границ дозволенного. Было дикое возбуждение и желание испытать оргазм.

То, что еще совсем недавно тормозило меня, теперь добавляло эмоций и усиливало возбуждение.

Убрав в сторону одеяло, я оставил свою девушку почти обнаженной. Прижавшись лицом к ее животу, я, видимо, все-таки оставил ей последний шанс, но она этим не воспользовалась.

Ее ноги были великолепны. Когда мне понадобилось приподнять их, чтобы оставить ее полностью без одежды, я, естественно, насладился прикосновениями к столь привлекающей меня нежной коже.

Со мной такое было впервые. До этого домогаться до спящей девушки мне не приходилось. Когда я подумал об этом, то не смог сдержать усмешку. Потому что был уверен в том, что Ната не обрадовалась бы, что именно в этом плане она у меня первая.

Мне было по кайфу рассматривать ее, упираясь руками на кровать, молча зависнув над ней. Спустившись пальцами вдоль ее тела, я зашел в нее двумя пальцами, понимая, что иначе, без такой прелюдии, доставлю ей боль.

Стало тепло и немного влажно.

Смотря на нее, я ждал реакции, которая со временем начала проявляться.

Сглотнув, заведя за голову руки, она будто бы неосознанно начала подыгрывать мне.

Это было удивительно. И если до этого я был все-таки в некотором сомнении, то теперь знал, что эта игра явно стоила свеч.

Моя ладонь стала влажной. Ее организм дал мне добро и стал вырабатывать смазку. На всякий случай решив не торопиться, я, оставив пальцы внутри, лег сверху и прижался к ее губам.

Издав еле слышимый стон, она наконец-таки начала пробуждаться.

Рано-рано. Хотя бы еще немного.

Не отпуская ее губ, я уперся испачканной ладонью на кровать и, кое-как разведя ноги, зашел в нее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В этот момент она намертво впилась ногтями мне в руки и замерла, даже не отвечая на поцелуй. Я понял, что она проснулась и сейчас пытается понять, что происходит.

— Дима… — услышал я, когда она увернулась от меня.