От любви до ненависти - Елена Белкина

Он вывернул карманы, но База приказал охранникам еще и обыскать его. И лишь после этого позволил приблизиться.

— Ваша жена была со мной, Сергей Николаевич, — сказал Борис. — Дослушайте! Она была со мной и раньше, когда была еще вашей содержанкой. Она любит меня, а я ее. Это просто, не так ли? Дослушайте, а потом можете меня убить. Объясните мне, почему женщина любит одного, а должна жить с другим, которого, извините, ненавидит?

— Она мне врала! — хрипел База.

— Она вас боялась, поэтому и врала. Вы ведь бандит, — мягко сказал Борис.

База таких слов никогда не слышал.

— Я не понял, — сказал он, — чего ты хочешь? Чтобы я тебе полегче смерть выбрал?

— Зачем? Ведь она вас от этого не полюбит.

— А мне и не надо. Я ее выкину сегодня же.

— Глупо. Некрасиво. Зато будет красиво, если вы скажете: «Что ж, раз так получилось, берите ее, Борис Борисович, — это меня так зовут, — и живите счастливо!» И, Сергей Николаевич, может, этот поступок не один грех с вашей души снимет. Ведь есть грехи, я думаю. Даже уверен.

Челюсти охранников отвисли до земли.

Но никто не знает и никто не узнает, какое короткое замыкание произошло в мозгу Базы, бандита, экономического преступника и, возможно, даже убийцы. Он вдруг сказал:

— Я тебе, жидяра, не за то ее отдам, что ты красиво говоришь. А мне ей, сучке, хочется в самом деле добро сделать. Знаешь за что? За то что я ее все-таки немножко любил, маленькую дурочку. Только ее. Значит, и другую смогу. Бабья-то на свете, слава богу! Иди, тебя вот этот проводит, — кивнул он на охранника.

И он уже хотел сесть в машину, но повернулся, подошел к Борису и сказал:

— По святому воровскому закону я просто обязан был вас обоих пришить. Ладно, живите. Может, меня за это нарушение тоже пришьют. Но без всякого закона, от личной обиды, я все-таки тебя блызну.

И он блызнул Бориса по лицу. (Да так, что, потом выяснилось, вылетело три зуба и треснула челюсть, легкое сотрясение головного мозга не в счет.)

Эпилог после эпилога

Однажды, года через два, когда они, обнявшись, любовались своим первенцем-сыном, Борис сказал Нинке, зверея от нежности и стискивая ее за плечи до боли:

— Ты моя маленькая любовь!

Она вдруг резко отпрянула и сказала:

— Никогда так больше не говори!

— Почему? — удивился Борис.

— Не говори — и все!

— Ладно…

И она опять прижалась к нему.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.