Странствие, книга I - Григорий Исаев

на самый его верх. Небольшие завихренья в том месте беспокоили водную гладь. От озера по неглубокой канавке куда-то вниз уходил еле заметный ручеек. Тулукан подпитывала густую растительность здешних мест, и та, став непреступной и непроглядной стеной, окружала его.

Лотар попил воду из озера и удивился, насколько вкусная она была. Хеливр заметил его удивление и пояснил:

— Это озеро священный глаз духа. Вода в нем тоже священная.

— Как на вкус? — поинтересовался Фин.

— Изумительно! — восхищенно ответил Лотар, — Попробуйте. Так освежает!

— Эта вода не простая, — вновь сказал Хеливр.

— Она священная? — ехидно спросил Фин.

— Ее пьют охотники, чтобы получить силы и храбрость для дальнейшей охоты.

Лотар замер: храбрость — это было то, что ему нужно. Он чувствовал себя трусом, но надеялся, что все поменяется. Он очень сильно хотел смотреть в глаза своим спутникам, не чувствуя вины.

Путники подкрепились и восстановили силы, а после двинулись дальше. Уклон не уменьшался и, когда они покинули озеро, вновь стало душно. На пути попадались валежники, которые преграждали путь бредущей вверх четверке. Отряд вновь стал растягиваться, но в этот раз Фин следил за отстающими. Через какое-то время тропа вывела вправо к обрывистому склону и исчезла из-под ног. Лотар и Натан нагнали Фина с конем, который уперся в спину Хеливра.

— Дальше придется идти без тропы вдоль обрыва, — нерадостно сообщил тот.

— Другой дороги не найдется? — обеспокоено спросил Натан.

— Нет, другой дороги нет.

Под обрывом слышался шум падающей воды. Натан осторожно подкрался к краю и увидел белую от пены реку, несущуюся по порогам прямиком на юг в долину, а справа был водопад, почти четырнадцать саженей в высоту. Вода казалась такой освежающей и манила к себе. От потоков воды веяло прохладой даже на таком большом расстоянии. Фляги Натана и Лотара вновь были пусты. Они хотели спуститься и наполнить их, но остановка не сулила быть долгой. Через мгновение отряд двинулся вверх по склону, и Лотар лишь с грустью вздохнул в последний раз, взглянув на бодрящий поток.

Сколько сил ушло, чтобы подняться на перевал. На крутом каменистом склоне, где не было ни деревьев, ни кустарника, Лотар решил идти позади, чтобы страховать Натана, но и сам ловил себя на мысли, что не так уж уверен в своих действиях. Тем более его нога еще болела. Конь, на удивление, преодолел подъем быстро и без проблем. Натан постоянно зависал на месте и жалостливо кряхтел, когда не знал, куда податься. Лотар в такие моменты чуть наседал на него, чтобы поторопить. Склон был крут, но зато там было гораздо свежее, чем в лесу. Тут вовсю гулял прохладный горный ветер, отгонял гнуса и подталкивал путников.

Солнце уже коснулось гор на горизонте, а значит, пора бы и озаботиться ночлегом. Натан и Лотар только-только взобрались на плато, откуда открывался вид на всю долину, такой же грандиозный, как и в прошлый раз, но с другой ее стороны. Старик, ощутив под ногами твердую горизонтальную почву, рухнул на землю без сил и тут же ощутил свежесть и мягкость высокогорной травы и мха, которые заботливо приняли его в свои объятия. Оттуда отряд тронулся в сторону второго озера — Орлиное или Аквила (у эзилов) на местном наречии, которое было значительно больше, чем Тулукан. Орлиное озеро было окружено пустырями, мхами, камнями и низкорослым кустарником, но там не было ни одного дерева, прямо как в самый первый день в горах. Тут было слишком высоко для больших деревьев, и местность хорошо просматривалась во все стороны. Ночевать решили здесь.

Аквила и Тулукан, со слов Фина, это лишь малая часть от озерного края Норраберга. Еще было с десяток озер в округе, но все они были не по пути. У таких озер пролегали охотничьи тропы, но в последнее время там не появлялись охотники из-за слухов о чудовище. Эти озера считаются у жителей священными, так как именно там живет горный дух Монс.

Фин рассказал, что Монс раньше был человеком из народа, который жил в этих землях до Валлиса. Еще до того, как возникла империя Марка, и до того, как на острове Яконд извергся Великий вулкан Антико, Монс охотился в этих землях на горных козлов, маралов и другую дичь. Монс был славным охотником и всегда возвращался с добычей, и как-то дух-покровитель охотников решил поспорить с ним, кто лучший в деле. Хотя старейшины-покровители запретили Монсу участвовать в споре, Монс вступил в него и победил, принеся больше добычи к назначенному сроку.

Нельзя спорить с теми, кто мстителен и могуществен. Дух разгневался на Монса. Сначала исчезли жена и дети Монса, а после на людей из его деревни стал нападать черный зверь. Он убил многих. Монс посчитал, что зверь убил и его семью. В своей ярости и желании отомстить он преследовал зверя и добрался в Норраберг, где вступил с ним в схватку. Зверь, получив серьезные раны, исчез, оставив гордого охотника ни с чем. Монс не смог осуществить свою месть и понял, что совершил великую ошибку, пойдя против воли мудрецов. Он отказался возвращаться в деревню и остался в горах. Его многочисленные слезы породили Суздальгарские озера, а самое высокое озеро под Скалой Охотника, было последним местом пристанища Монса. Прошли сотни лет, и валлийцы продолжали охотится в горах. Недавно древнее предание ожило. Люди вновь стали опасаться гор, пока там таилось зло. Теперь они старались охотиться на Эзиловой долине вдоль реки.

Стемнело неожиданно. Молчаливое напряжение нависло над стоянкой, а Хеливр, перекинувшись парой слов с Фином, куда-то ушел.

— Ну и? — возмущенно спросил Лотар. — Нам спокойно спать сегодня?

— Он будет стеречь нас с холма. Там был большой камень, рядом с которым можно укрыться. И ветер будет дуть в ту сторону, так что его не учуять.

— Ох и приключение… — пробормотал Натан.

— Что, если монстр убьет его? — тихо спросил Лотар. — Тогда ведь мы не узнаем, что мы остались одни.

— Мы ведь втроем. — ответил нарочита бодро Фин. — Будем защищаться сами.

— А мы справимся?