Зеркальный лабиринт - Игнашева Анастасия Андреевна

бурлила жизнь, но пока никаких подтверждений этому у человечества нет. А более старые цивилизации не оставили нам ничего, что мы могли бы постигнуть своим разумом. Не оставили ничего. Но есть исключения…

Осип Карлович смотрел на Старыгина практически в упор. А тому совершенно нечего было сказать в ответ. По сути всё так и есть. А вот про исключение — это интересно. «И что же дальше?» — говорил его недоумевающий взгляд. И в голове билась ещё одна мысль — «А кто же ты, Осип Карлович?»

Видя, что Старыгин готов к дальнейшему разговору, его собеседник продолжил свой рассказ.

— На этой планете одна человеческая цивилизация сменяла другую, пока не сформировалась в существующем виде и не расселилась по Галактике. Да-с, молодой человек. Расселилась по Галактике. Но все эти долгие тысячелетия на планете были места, где, по преданиям, происходили странные события. Таких мест не много, чуть больше десятка. В странах, где подобные точки существовали вблизи от густонаселённых мест, власти так или иначе пытались ограничить туда доступ. Под любыми предлогами. Оттуда переселяли людей, иногда население просто вырезали. Эти пустыни имели страшную репутацию, туда старались без надобности не ходить. И это было оправдано — люди пропадали. Или там появлялись существа, которые проявляли агрессию по отношению ко всем, кого видели. Со временем эти события нашли отражения в религиях. Девять кругов ада в христианстве, нарака состоящая из восьми кругов в буддизме, семь ступеней джаханнам в исламе, шеол в иудаизме, Аид у древних греков и Хельхейм у германо-скандинавских племён. Всё это — религиозные отголоски чего-то существующего. И все эти понятия имеют схожую структуру.

Тут Осип Карлович сделал небольшую паузу и снова взглянул на собеседника.

— Предположим, — продолжил он, отхлебнув чаю, — что речь идёт про загробный мир, обычно поделённый на несколько уровней и отделённый от остального измерения рекой забвения. Для наглядности можно взять Элизиум у древних греков, который отделялся от нашего мира рекой Стикс. Там находят пристанище души людей и туда нет дороги живым. И там обитают различные существа, которых объединяет агрессия к попадающим туда. Взять того же Цербера, охраняющего Элизиум. Но вот возникает вопрос — почему во многих религиях все эти описания очень близки друг к другу? Если отбросить всю религиозную оболочку, то в сухом остатке у нас будет место под землёй, имеющее структуру кругового лабиринта, с ограниченным доступом и злобными существами в этом месте обитающими. А поскольку такие места есть на Земле, то скорее всего мы имеем что-то материальное, что и легло в основу ВСЕХ религий. Не странно ли, правда?

Джинн оторопело и как-то машинально кивнул. А Осип Карлович продолжил.

— У вас должен возникнуть вопрос, а кто охраняет «врата Ада»??? Давайте отвлечёмся от религий. Если власти разных стран имеют информацию о таких опасных местах, то разумно предположить, что у них возникало желание исследовать эти явления. И для исследования и охраны от простого населения существовали различные службы. И конечно эти службы были секретными. И в архивах этих служб давно накоплена подробная информация. Ваш покорный слуга как раз и является сотрудником такой службы. — произнёс Осип Карлович и снова пристально посмотрел на Старыгина. Тому ничего не оставалось, как опять кивнуть в ответ. Один из вопросов у него отпал сам собой. Но появилось очень и очень много других. Только вот вправе ли он задавать их представителю секретной службы? А Осип Карлович продолжал повествование.

— Перед самой войной мой хороший друг, князь С***, решил организовать экспедицию в одно из таких мест. Я должен был входить в их число. Мы даже выехали в Красноярск, откуда должны были выдвинуться. Но помешала война. Большинство участников было мобилизовано на фронт. Я просил вас навестить Анну Ивановну, которая была вдовой одного из участников несостоявшейся экспедиции. Её муж погиб в Восточной Пруссии. Потом революция. Князь С***, будучи в хороших отношениях с Петрищевыми, по моим сведениям, оставил им свои записи. Именно судьбу этих бумаг я и просил Вас выяснить.

Джинн опять машинально кивнул. Потом решился.

— Но бывает, что люди попадают в такие места. И выходят обратно.

— Бывает. — легко согласился Осип Карлович, — Такие сюжеты существуют в фольклоре у многих народов. В русских сказках входом в Навь, так назывался у славян Подземный Мир, нередко служит колодец. Герой спускается в него и попадает в подземное царство. Откуда может даже прихватывать некие предметы. Молодильные яблоки, например. Они же — яблоки Гесперид.

— Прошу меня извинить, Осип Карлович. — осмелился задать вопрос Старыгин. — Какая тайная служба? ВЧК?

Этого страшного слова боялись все жившие в то время в Петрограде. Именем ВЧК открывались любые двери любых заведений. И перед ним в обшарпанном скрипучем кресле за пыльным столом сидит представитель грозной спецслужбы? Старыгин сам офицер и имеет опыт общения со спецслужбами своего времени. Несоответствие явно бросалось в глаза.

Осип Карлович улыбнулся. Взгляд его глаз завораживал. Джинн не узнавал себя. Ему было страшно даже пошевелиться, не то, что задавать вопросы. Хотя, «Это всего лишь сон» — мелькнуло в голове.

— ВЧК??? Не смешите. Да, сейчас я формально принадлежу к этой организации, буквально с января 1920 года, когда большевиками было принято решение заниматься беспризорными детьми. Но я говорю не об этих… этой организации. Правда, надо отдать должное, по детям принято крайне своевременное решение. Я говорю вам о временах более ранних. До революции эта тайная служба именовалось Санкт-Петербургским Контрразведывательным отделением Главного управления Генерального штаба под командованием ротмистра Владимира Николаевича Лаврова. А до девятьсот третьего это было одно из подразделений Отдельного корпуса жандармов. А до этого… Впрочем, я думаю, для вас это не представляет совершенно никакого интереса. Дело ведь не в названии. У Российского государства была обязанность по охране трёх выходов, о которых мы разговаривали раньше. Нет, нет, нет. Не делайте такие круглые глаза. Я говорю не об enfer, mon ami. Я говорю о выходах из лабиринта.

— К…какого л…лабиринта?

— Вот мы и добрались до самого главного. — улыбнулся Осип Карлович, наливая чай из мятого чайника в кружки. — Лабиринт. Я давно уже догадываюсь, что Вы уже когда-то сталкивались с подобным сооружением. Не напрягайтесь так, я не буду выпытывать у вас подробности. Понимаю, что Вы имеете отношение к военной службе и такие сведения могут быть под требованием о неразглашении. Ну а о том, что вы родились намного позже нынешнего времени Вы и сами