Ящик Пандоры. Книги 1 – 2 - Элизабет Гейдж

«Американ Энтерпрайз Корпорейшн» желает Вам успехов в Вашей будущей карьере на другом месте и выражает благодарность за Вашу работу».

Письмо было подписано директором, и заверено подписью президента «Американ Энтерпрайз» Чарльза Повелла.

Телефонная трубка оказалась в руках Лиз еще до того, как она полностью осознала новость. Она немедленно набрала номер Спенсера Кейна в Майами.

– Офис мистера Кейна, – ответила секретарша.

– Это Лиз Бенедикт из «Телетех» в Калифорнии, – сказала Лиз, – попросите мистера Кейна.

– Минутку, – последовала пауза. Лиз постукивала пальцем по столу, злая и сконфуженная. Она предполагала, что увольнение, объявленное в письме, относилось ко всем служащим «Телетеха», но что ее позиция в «Американ Энтерпрайз» будет сохранена и передана в другую отрасль. Ей не нравилось считаться уволенной, пусть даже временно.

– Миссис Бенедикт, – прозвучал голос секретарши на линии. – Мистер Кейн на совещании. Он может вам сам перезвонить?

– Вы сказали ему, что это Лиз Бенедикт? – спросила Лиз. – Он захочет говорить со мной. Я подожду.

– Минутку, – голос секретарши звучал холодно. Последовала долгая пауза.

– Очень жаль, – сказала секретарша, – но мистер Кейн не может подойти сейчас. Мне придется оставить ему записку. О чем вы хотели поговорить?

Лиз повесила трубку, не ответив.

Она поняла, что произошло. Теперь Спенсера Кейна для нее никогда не будет дома. И сам он не позвонит и не ответит на ее звонок.

Она была уволена. Письмо из Нью-Йорка не было ошибкой. Игра за власть происходила на высших уровнях «Американ Энтерпрайз».

И она проиграла.

«Уолл Стрит Джорнел» от того же числа, доставленный вместе с письмом об увольнении Лиз, объяснил ей подробнее то, что было и так уже наполовину понятно. Статья об этом была помещена на пятой странице.

«Создание нового отдела „Американ Энтерпрайз“

Правление корпорации «Американ Энтерпрайз» объявило сегодня о создании нового отдела, который будет заниматься развитием телевизионной технологии, и возможно проектированием производства цветных телевизоров, как продукта потребления.

Новый отдел, под названием «Телтрон», будет расположен в Бостоне. Возглавлять этот отдел будет Спенсер М. Кейн, который в данный момент является вице-президентом по финансовым вопросам «Ранд Индастри» и ранее был служащим нескольких компаний «Американ Энтерпрайз».

«Мы полагаем, что этот новый отдел будет одним из самых важных в нашей корпорации, – сказал Чарльз Повелл, президент „Американ Энтерпрайз“. – Спенсер Кейн один из наших наиболее способных и энергичных сотрудников. Его знание финансов и рынка равно его опыту в сфере телевизионной технологии.»

«Я взволнован этим назначением, – сказал Кейн в интервью по телефону. – Цветное телевидение – это ключ к будущему развитию средств массовой информации, я с нетерпением ожидаю начала работы с моими коллегами в „Американ Энтерпрайз“, чтобы убедиться, что мы находимся на переднем фланге этой революции.»

Лиз уронила газету на стол. На нее с фотографий смотрели улыбающиеся лица Спенсера Кейна и Чарльза Повелла.

Теперь она все поняла. Ее увольнение было окончательным и бесповоротным. Она не входила в планы «Американ Энтерпрайз», касающиеся нового отдела. Кейн все-таки обошел ее.

Даже в этот ужасный момент, когда под угрозу была поставлена ее карьера и само существование, Лиз хватило выдержки, чтобы проанализировать ситуацию критически, и оценить, как ее обыграли.

Кейн пошел на риск в бизнесе. Он знал, что теряя Лиз, он уменьшает способности своей новой компании вводить что-то новое. Он знал, что никогда не сможет работать так же профессионально и свободно, как если бы с ним рядом были вдохновляющие идеи и ум Лиз.

Но, будучи опытным человеком в мире бизнеса, Кейн понимал, что талант Лиз шел рука об руку с ее амбициями. Связать свою карьеру с ней было для него опасно. Рано или поздно она решит обойти его, как обошла Лу, и как он сам блестяще проделал это сегодня, обойдя ей.

Он поступил благоразумно. Он предпочел власть и положение в обществе мукам творчества. Он использовал Лиз на том этапе, где она была ему нужна, а потом выбросил ее. Если его дальнейшая деятельность в телевидении зависела только от Лиз, то положение, которое он сейчас занимал в «Американ Энтерпрайз», являлось гораздо более прочным.

Кейн был амбициозным человеком. Цветное телевидение было для него лишь очередной ступенькой. Если он преуспеет здесь и сумеет сконцентрировать в своих руках достаточно власти в конгломерате, то в один прекрасный день он сможет стать президентом «Американ Энтерпрайз» или, по крайней мере, одним из основных членов правления, как его друг Пенн Маккормик, от которого это, очевидно, зависело. Если бы Кейн зависел от Лиз, то, возможно, она поднялась бы до этих высот, а он проиграл бы.

Лиз улыбнулась, подумав, каким расчетливым, каким мудрым оказался Спенсер. Она не могла отрицать, что все это время в глубине души лелеяла план, как сама выбросит его на помойку, лишь только обретет контроль над телевизионным рынком, который сделает ее достаточно сильной, чтобы обходиться без него. Он слишком хорошо понял ее.

Главная ее ошибка состояла в том, что она доказала превосходство над ним ее ума и объяснила ему, насколько необходим он ей для осуществления технических нововведений, которыми она могла обеспечить новую компанию.

Что еще хуже, она слишком верила в свою власть над ним.

Вернувшись мысленно к их сексуальным отношениям, она должна была признать его вероломство. Здесь он внешне проявлял такую зависимость от нее, какую она только могла вообразить. Самый больной удар был нанесен по женскому самолюбию и тщеславию.

Она вспомнила их первую ночь, когда она почувствовала, что ему нужно, и сделала все так, чтобы заставить его зависеть от нее. Она знала, что было что-то невидимое и таинственное в его сексуальной жизни, что-то, что он скрывал, но она убедила себя, что раскрыла все это в первую же ночь.

Итак, она ошиблась. Спенсер припрятал ловушку, о которой она не знала. И он всегда что-то скрывал. Он все время играл.

Он оказался умнее ее в постели, так же как и в игре в покер на чемпионате корпорации. Это она открыла ему слишком много своих карт и заплатила за это.

Это было тщательно продуманное унижение. Несомненно, ему доставило огромное удовольствие уволить ее этим холодным письмом в тот же день, как был распущен «Телетех». Он хотел, чтобы она к тому же узнала о судьбе своей компании из газет.

Она оглядела свой офис, изучая картины на стенах, вид города из окна, фотографию Лу у себя на столе. Тем временем снаружи до нее доносились телефонные звонки и назойливые голоса из других комнат и коридора. Новости о конце «Телетеха», должно быть, молнией распространились среди напуганных служащих. Ее телефон звонил не переставая. Она не обращала на него внимания.