Антикиллер-4. Счастливых бандитов не бывает - Данил Корецкий
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Сочнев зашел в недорогое кафе, выпил чаю, перекусил блинчиками с мясом. Все обдумал.
Нет, ни в какую «Вычтехнику» соваться нельзя. Да и вообще, дальше так продолжаться не может. Он лишен возможности работать, даже просто войти в Управление стало проблемой! Либо он признается во всем и пишет рапорт на увольнение, либо… Либо одно из двух. Надо идти на поклон к Лису! Даже если это не его работа, он может отыскать украденный документ: подергает свои ниточки в криминальном мире, глядишь – и вытащит из омута заветную красную корочку…
Но за это Лису надо что-то дать… Что? Деньги? Тут нужны большие деньги, у него таких нет. И потом, в мздоимстве этот мент не замечен. Много за ним грехов, весь город ими обмотать можно, но чтобы кто-то откупился – нет, такой информации никогда не проходило…
Сочнев вернулся в Управление. Чувствуя себя нарушителем границы, он прошмыгнул мимо Бокуна, помахав ему рукой и делая вид, что ведет по телефону разговор чрезвычайной важности. Потом сидел и тупо рисовал одну и ту же картинку: знамя, состоящее из маленьких, заштрихованных прямоугольников. Одного не хватало, и в глаза сразу бросалась прореха… Несколько лет назад лейтенанта Милунова действительно с позором уволили, когда он потерял удостоверение. Правда, тот сильно пил, и соседи неоднократно жаловались на бесконечные скандалы… Но спасет ли его, Сочнева, отсутствие жалоб от соседей? Вряд ли…
Он сидел, кис и вздыхал, не представляя, что ему делать. Внезапно прозвонил мобильный, на дисплее появился портрет Ленки, на котором она радостно улыбалась. Странно, жена никогда не звонила в рабочее время…
– Что случилось? – недовольно спросил он.
– Тебе принесли повестку, – сказала жена.
– В суд? – Сочнев стал лихорадочно вспоминать, по какому делу он может проходить свидетелем. Таких дел не было.
– Нет, в уголовный розыск. К подполковнику Кореневу. Завтра в девять.
Он молча отключился.
Что это значит? Нашлось удостоверение? Якобы нашлось… И Лис будет его шантажировать? На него это похоже. Но послать повестку майору спецслужбы – невиданная наглость! Неужели он настолько уверен?
В это время в кабинет ворвался его сосед – капитан Шиманский: невысокий, широкоплечий, с простецким лицом. Он вел линию криминала, потенциально связанного с терроризмом.
– Москвичи прислали оперативные съемки, закачаешься! – с порога объявил он.
Шиманский сел за стол напротив, включил компьютер, вставил диск.
«Банщика в 97-м на «Баррикадной» мордой в асфальт положили… Самого Банщика, да-а! Разделали, как борова на мясокомбинате – и по этапу», – послышался уверенный голос с блатными интонациями.
– Вот аппаратура! – восхитился Шиманский. – Глянь, какая картинка, как в кино…
Сочнев обошел стол, глянул через плечо коллеги.
Шестеро солидных мужчин специфической бандитской внешности сидели за столом и вели обстоятельную беседу. Изображение было цветным, четким, ясным.
– Блестящий материал! Там засветились наши, Тиходонские…
Сочнев вернулся на свое место. Проявлять любопытство к чужим оперативным материалам – дурной тон. К тому же это прямо запрещено.
«У меня недавно кореш один гостил из Тиходонска, Антон. Слыхали? Там у них безвластие. Смотрящим поставили Босого…»
–Распустили бандюков, распустили, – мрачно проговорил Шиманский. – Делают что хотят, живут, как Ротшильды… Помнишь, миллионер такой был в Америке?
Сочнев пожал плечами.
– Чего это вспоминать? Сейчас у нас своих миллионеров, как собак нерезаных…
– Ничего не боятся, в шикарных отелях заседают, – продолжал развивать тему коллега. – Я в таком и не был ни разу… Сидят важные, еще важней, чем наш генерал…
«Ясно, что тысяч. На пятьсот «лямов» ты не выглядишь, Гарик…»
–А какими «бабками» вертят! Нам и не приснится!
– Это точно. Только придет день «Ч», и их возьмут за жопу…
«По твоему вопросу я перетру с “законниками”. Есть несколько человек, с ними можно говорить. Думаю, все решится положительно. Но есть одно условие! Каскет будет смотрящим по Тиходонску. Твой номер второй. Понял?»
Капитан вздохнул.
– Не похоже! Как бы они нас раньше не взяли!
В Шиманском, хоть и с запозданием, проснулась бдительность. Он достал наушники, воткнул их в компьютер, и оставшуюся часть беседы Сочнев не слышал.
Потом сосед откинулся на спинку стула, вздохнул, потянулся, хрустнул пальцами.
– Ну, что? – спросил Сочнев. – Доволен?
– Да нет. Чем доволен? Картинка красивая, запись чистая… Но я ее никак не реализую… Придется списать в архив. Может, менты и нашли бы, что с ней делать. А у меня таких выходов нет.
«Да, уж Лис бы точно нашел! Он бы за эту информацию не пожалел стакана собственной крови…»
– Ну и леший с ней, с ихней записью! – фальшивым голосом сказал Сочнев. – Мы же не менты!
Он все так же сидел и рисовал дурацкое знамя из кусочков. Уже, наверное, сотое.
Можно отправиться домой, посмотреть телевизор. Заняться с детьми, в конце концов. После вчерашней истерики Сочневу хотелось загладить впечатление и провести нормальный семейный вечер. Может, по дороге тортик купить, взять шампанского, посидеть с Ленкой, поговорить по душам…
Но он продолжал сидеть и портить бумагу. Единственное, чего ему по-настоящему хотелось – вынуть занозу из души. Опять почувствовать себя полноценным человеком… Человеком, облеченным властью. Как он привык себя всегда чувствовать. Приходить домой в качестве разжалованного «комитетчика» он не желал…
На соседнем столе резко прозвонил внутренний телефон.
– Слушаю, Шиманский! Есть! Я понял, со всеми материалами…
Звеня ключами и тяжело вздыхая, он открыл сейф, достал несколько дел, перебрал.
– У Вознюкова слушать будут, – пожаловался он. – Движения в уголовно-преступной среде и связь с московским криминалитетом… Разве это наша тема? Пусть менты ее раскручивают, у них и подходы, и агентура…
– Ни пуха ни пера, Вася! – как можно искренней пожелал верный товарищ Сочнев.
– К черту!
Зажав дела под мышкой, Шиманский сильно хлопнул дверью, замок защелкнулся. Во как летит, словно в задницу клюнутый! Даже сигарету забыл потушить, оставил дымиться на краю пепельницы. Сочнев встал, взял окурок и выбросил в зарешеченное окно. Форточку оставил открытой – он терпеть не мог табачного дыма. Постоял, подумал, обошел стол коллеги. Компьютер тот тоже не выключил. На экране открыт плеер – черное прямоугольное окошко, в верхней части прописаны название файла и путь. Сочнев посмотрел на запертую дверь. Прислушался. Вернулся к своему столу, взял из ящика флешку. Бросил еще один взгляд на дверь. Затем вставил флешку в компьютер Шиманского и щелкнул на команде «копировать»…
Через пару минут он закончил работу. Сгреб изрисованные листки бумаги в корзину, выключил компьютер и настольную лампу, оделся и вышел из кабинета, оставив свое рабочее место в полном порядке. Он был очень аккуратным человеком и прилежным работником.
* * *Ровно в девять утра майор Сочнев смиренно, как обычный гражданин, предъявил постовому городского УВД повестку и паспорт.
– Третий этаж, тридцать второй кабинет, – свысока буркнул сержант с опухшим лицом и узкими, как щелки, глазами. Поперек тяжелого бронежилета у него висел автомат. Сочнев подумал, что мог бы легко отобрать оружие и устроить здесь такое… Но он пришел не воевать, а сдаваться. И настрой у него был соответствующий.
Он тихо поскребся в дверь тридцать второго кабинета, осторожно заглянул.
– Разрешите?
– Заходите, – сказал Лис, не отрываясь от каких-то бумаг. Потом поднял голову, и на лице у него отразилось удивление.
– Как, это вы?! Вот те на… Я думал однофамилец…
– Что? – спросил сбитый с толку Сочнев. – Я это, я…
Подполковник Коренев обескураженно развел руками.
– Наверное, все-таки произошла ошибка… Это вы недавно ездили в Воронеж? И допрашивали там некоего Уварова?
– Да, даже два раза ездил…
– Значит, все правильно! – быстро успокоился Лис. – Только, извините за беспокойство, я все равно не имел права вас вызывать! Вы подведомственны военной прокуратуре, туда я и перешлю все полученные из Воронежа материалы…
– Какие материалы? Разве вы меня не из-за удостоверения? – Сочнев почувствовал, что его затягивает какой-то водоворот хитроумных и коварных планов давнего неприятеля.
– Какого удостоверения? – снова удивился Лис.
– У меня удостоверение украли… В автобусе… Я думал, нашлось…
– Нет, к сожалению, не находилось! – прищелкнул языком Лис. – Это плохо. У нас за такое увольняют…
И показал Сочневу конверт из грубой плотной бумаги.
– Мне тут материалы поступили о незаконных действиях с наркотиками, злоупотреблении служебным положением, но я не предполагал, что речь идет о вас! Думал, какой-то аферист… А раз вы сотрудник фээсбэ, то я не могу в этом разбираться и направлю документацию в военную прокуратуру…