Zona Incognita - Вольнов

— Во сне человек проживает лучшие мгновения! Во сне можно быть кем хочешь, а не кем придётся, — с досадой сказала она Шутке, перед Древосилом которой остановился её аватар-женщина. — Зачем же вы хотите проснуться? Здесь холодно и страшно, здесь предают друзья и осаждают враги. Здесь за каждое лишнее мгновение жизни требуется расплачиваться.

Ей в пору было самой себе сказать в точности эти же слова. Краткое просветление миновало. В памяти опять всё перепуталось, смешалось, затуманилось. Она обескураженно признала, что события разворачиваются не так, как планировалось, точнее, её планы завели не туда, куда хотелось. И главная проблема не в том, что вмешивался этот упорный Гробокоп со своими попытками исправить последствия коррекций.

Из воспоминаний периода Зоны Сталкеров начали всплывать не только какие-то явления и эпизоды, которые она не помнила. Подобные внезапные воспоминания и раньше случались, и она подозревала в этом происки Дикой Зоны, заложившей мины фальш-памяти. Нет, теперь в её разум словно вторгалась какая-то другая, совершенно неизвестная ей память, высверкивали воспоминания, которые не укладывались в картину мира. Коротко говоря, новоявленные

воспоминания выстраивали целую параллельную память. Она помнила и тот вариант, и этот — поэтому терялась, не всегда разбирая, где ложная картина, а где реальная. Это было бы похоже на шизофрению, если бы обе вселенные не помнились одновременно. Они не затмевали одна другую, не переключались. Накладывались, переплетались, но не сливались и не взаимоисключались.

Происками собственного тёмного прошлого это наглое вторжение уже было не объяснить.

Из некоего неизвестного ей источника велась направленная трансляция, пробившая все защиты и беспрепятственно вторгнувшаяся в её разум. Это казалось невозможным, но, увы, оказалось возможно.

— Что скажешь... э-э... подруга? — спросила она Шутку.

Но сталкерша сидела под деревом и молча смотрела на неё пустыми, отсутствующими глазами.

Что случится с хозяйкой сада в тот момент, когда эти глаза станут осмысленными и эти уста разомкнутся, чтобы ответить?..

Глава двадцать шестая. Расхождение 1

И началось. С того момента, как мне в руки попала эта табличка, видимо, случайно забытая создателями на теле мутанта, всё пошло наперекосяк.

Я сразу почувствовал, что окружающая реальность начала видоизменяться. Внешне вроде бы всё осталось на своих местах и при своём изначальном виде, но скрытые от обычных человеческих глаз тайные стороны сути вещей стали рваться, как изношенные струны. И вот эти «дзынь» лопнувших зонных «струн» с того мгновения я уже непрерывно ощущал... Хотел было смыться отсюда и вернуться к напарнице с ужасным сообщением, но — не тут-то было!

Сколько я ни пытался, а выбраться из этого временного отрезка так и не смог. Что-то наглухо закупорило локальное время, в котором я сейчас пребывал. Я вновь стал обычным человеком, обречённым плыть по линейному течению в одном направлении — будущем. Из вольного путешественника по реке Хро-нос я превратился в её безвольного пленника... Значит, я теперь сам по себе и сам за себя? Получается, что так.

Но это ещё были цветочки. Выбираясь на поверхность из подземных лабиринтов, я столкнулся со встречным потоком мутантов, прибывающих в катакомбы. Причём складывалось впечатление, что их кто-то специально на меня натравил. Сначала это были тушканы, псы и прочая мелочь, а потом явились твари посерьёзнее. И только благодаря подробной карте катакомб, имевшейся в моём КПК, мне удалось, отбившись, выбраться на поверхность. К счастью, конфигурация лабиринтов ещё не изменилась.

Однако и на поверхности меня ждал приём более чем радушный в кавычках. Район выхода патрулировало звено военных «вертушек». Они выкашивали пулемётами всё живое и неживое, что хотя бы чуть-чуть шевелилось. Я сразу сообразил, что уж эти здесь точно по мою душу.

Руководствуясь принципом, что лучшая защита — это нападение, я выстрелом из «гаусса» прямо в пилотскую кабину сбил один из вертолётов и отступил назад в катакомбы. И пока две оставшиеся боевые машины рыхлили пулями землю в том месте, откуда секундами раньше раздался мой выстрел, я пробежал по короткой ветке подземного тоннеля и, вернувшись наверх тремястами метрами западнее, расстрелял ещё одну «вертушку». Пилот последнего вертолёта решил

не рисковать и увёл свою машину в сторону блокпоста. В упавших «вертушках» никто не выжил, разбились и сгорели все, к сожалению. Так хотелось допросить их «с пристрастием»... Но всё равно я уже знал наверняка, что военные, хотя вроде и не особо суются в Зону, тут явно замешаны в чём-то по-настоящему серьёзном.

И раз уж я наглухо застрял в этом «здесь» и в этом «сейчас» Зоны Сталкеров, то принялся внимательно следить за воздушными патрулями. Может быть, они наведут меня на чей-то след. Есть старая и проверенная хитрость: хочешь что-либо хорошо спрятать — положи на видное место. Вот и я стал искать необычное в привычном. Любой нормальный сталкер или бежал бы прочь, едва завидев-услышав «вертушки» интервояк, или схоронился бы, от греха подальше. Что ждать сталкеру от военных в Зоне? Только смерти, больше ничего, так было всегда.

Но теперь я, напротив, преследовал их и тщательно отслеживал. Сам не видал, но от сталкеров изредка слышал, что военные что-то периодически сбрасывают в Зону с вертолётов. Многие, в том числе и я, решили, что это радиоактивные или токсичные отходы, но проверить догадку никто не решился. Ещё бы, проверка эта слишком сильно ударила бы по здоровью, окажись предположение верным. И сейчас самое время восполнить данный пробел в памяти напарницы. Если, конечно, осознавшая себя Зона, в пятьдесят шестом закрывшаяся от притязаний человечества, действительно запамятовала. Могла ведь и не делиться со мной информацией по каким-то причинам высшего порядка.

А передвигаться по нынешней «малосознательной» Зоне мне становилось всё труднее и труднее. Нет, с мутной живностью я справлялся на ура, у меня свои методы борьбы с зонными монстрами, но вот люди... С этими пришлыми монстрами куда сложнее справиться. Как я понял, на меня была объявлена самая настоящая охота. Сначала я сталкивался с маленькими отрядами наёмников по два-три человека. Хоть и профессиональны были убийцы, но противостоять мне у них силёнок и умения не хватит. Правда, оставил все-таки один из этих гадов в моём левом бедре пулю, не уследил я...

После того как подряд полегли четыре группы «диких гусей», к охоте подключились сталкеры-одиночки и бойцы различных группировок. Перед смертью «языки» из уничтоженных групп, ненамного пережившие сотоварищей, все как один говорили мне, что за мою голову назначено баснословное вознаграждение. Торговцами, дескать. Но я-то догадывался, что ноги растут из задницы, обтянутой военной формой, а на торговых проныр попросту надавили. Или же вояки за мою голову назначили вознаграждение ещё большее, чем провозгласили торговцы, а барыги захотели ручонки.нагреть. На то они и барыги.