Дневник москвича. Том 1. 1917-1920 - Никита Окунев

Дальше сообщается, что эсеры начали восстание против Советской власти, т. е. захватили «телефон, комиссариат Дзержинского, его самого и члена комиссариата Лациса». «Затем эсеры начали ряд военных действий, заняв вооруженными силами небольшую часть Москвы и начав аресты советских автомобилей.» А советская власть, ничтоже сумняшеся, «задержала, как заложников, всех бывших в Большом театре делегатов 5-го съезда советов из партии левых эсеров».

Такие дела происходили под громовые раскаты и шум необыкновенно сильного дождя и града, продолжавшегося вчера начиная с 5 ч. дня до самого позднего вечера и затопившего низменные места города. Так что никто не мешал — все обыватели попрятались по квартирам.

Сейчас, 3 ч. дня, пушечные и пулеметные выстрелы, хоть не часто, а слышатся довольно грозно, но народ у нас уже «обстрелянный» — окна открыты настежь, на улицах масса гуляющих, и даже трамваи ходят, но, вероятно, только за бульварным кольцом. Это видно из того, что по Сретенке шмыгают и те номера, маршрут которых по Мясницкой и другим центральным улицам. На Сухаревке обыкновенный воскресный торг. Не разберешь, конечно, кто большевик, кто эсер, но несомненно, что это главный состав продавцов и покупателей. Буржуя или не видать, или он замаскировался по костюму большевиком, но всем трем в высшей степени наплевать на то, что происходит сейчас тут же под боком — где-нибудь около почтамта. Большой спрос на клубнику, она 9−10 р. за фунт, но жрут, прости Господи! Спросил про скверный, полугнилой изюм — и тот стоит 18 р. за ф. Поинтересовался поношенным самоваром стаканов на 15–20, никелевым, — сказали 325 р.

Конечно, ничего не купил, да и не покупал. Где уж тут! Впору самому продавать свои пожитки.

К вечеру были в электрическом театре. По дороге туда слышалась стрельба, но театр полнехонек и все спокойны. О восстании эсеров разговору мало, как будто это заурядное явление. Вечером разбрасывалось с автомобилей «правительственное сообщение № 2», из него видно, что эсерами захвачен и председатель московского Совдепа Смидович и что на два часа эсерами был занят телеграф, и ихний ЦК разослал по стране «несколько лживых и шутовских телеграмм».

† Все-таки Мирбах действительно убит. Он был, конечно, верным слугой своей родины, и да простит его Бог, если он желал зла нашей.

Вчерашними и сегодняшними событиями 5-й съезд нужно считать сорванным. Что будет дальше, «сейчас невозможно еще предсказать», — так говорит сам «Совнарком», в этом своем сообщении № 2.

Вечером возможно было наслаждаться, сидя у растворенного окна, звуками гармошек и граммофонов, коими забавляли себя буржуи и товарищи, видимо нисколько не потрясенные чрезвычайными происшествиями прошлых суток и не уставшие за них.

25 июня/8 июля. Сегодня читаем опять только «Известия» и «Правду» и зрим тамо, что с 2-х ч. вчерашнего дня временно приостановлены как прием в Москву, так и отправление пассажирских поездов, не исключая и дачных. Воображаю чудовищность всех тех слухов, коими питались ехавшие и недоехавшие в Москву!

Ленин объявляет сегодня, что «разбитые банды восставших против советской власти левых эсеров разбегаются по окрестностям, убегают вожди этой авантюры. Приняты меры к поимке и задержанию дерзнувших восстать против советской власти, прежде всего всех членов Ц.К. партии левых эсеров», и во исполнение сего будто бы уже арестовано несколько сот человек и Товарищ председателя Чр. Комиссии Александрович, который в официальном сообщении назван еще и «Азефом».

† Главные «деятели» вчерашней трагикомедии и третьевошной Трагедии (убит не один Мирбах, но и его два ближайших помощника) оказываются эсеры Попов, руководивший повстанческим отрядом, и Блюмкин, совершивший терро/ристичес/кий акт.

Видные члены эсеровской партии Карелин, Камков, Саблин и др. — скрылись.

И опять надо отметить беззаветную преданность большевицким самодержцам латышей. Это они не дрогнули пред внезапным выступлением эсеров, несмотря на то что затея тех (эсеров) пришлась на канун и на день Иванов (24 июня), всегда празднуемый латышами, как наша «Троица». Я в «Ивановы дни» несколько раз бывал в Риге и всегда удивлялся значительности этого праздника в Латвии, так что если тут не играет роли новый стиль (т. е. что Иванов день уже был отпразднован латышами 13 дней тому назад), то прямо можно удивиться, как это они пренебрегли таким праздником в угоду своим хозяевам — Троцкому и К°, и, как видится, поработали в новой междуусобице на славу!

26 июня/9 июля. В «Правде» горькая правда: «Англо-французскими войсками занята вся северная часть Мурманской ж.д., включительно Кемь. Немцами нарушена наша демаркационная линия у дер. Василенки (вост. Смольян). Подтверждается занятие казаками Бузулука. Вследствие прорыва Волго-Бугульминской ж.д. и недостатка сил, советской власти пришлось оставить Уфу.» А о том, что чехословаки и в Ярославле уже (из-за Волги) и в Рыбинске, «Правда» еще не пишет, а оно тоже правда, как об этом говорят. За невыходом неправительственных газет вообще много «говорят», и преимущественно довольно неприятное для наших самодержцев.

28 июня/11 июля. Итак, 5-й съезд советов не сорван, но «было дело под Полтавой» (как раз 27 июня, в годовщину Полтавского боя). Кроме эсерской истории — 9-го почему-то у караульного красногвардейца, стоявшего у Царской ложи, сорвалась с пояса ручная бомба и сделала оглушительный взрыв на всю громадную зрительную залу Большого театра. Господа «депутаты», конечно, сразу переполошились. Сам красноармеец убит наповал, и кроме того 6 чел., восседавших в Царской ложе в качестве гостей, ранено. Пуришкевич, узнав об этом, вероятно, промолвил: «всяк сверчок — знай свой шесток!»

Съезд одобрил во всем политику ЦИК и Совета Нар. Ком. и принял проект советской конституции (очень, по изложению, длинной и не сулящей ничего нового), а также утвердил рисунок герба республики (на красном фоне, в лучах солнца, золотые серп и молот, крест-накрест, окруженные венцом из колосьев с надписями: «Росс. Соц. Федер. Сов. Респ.» и «пролетарии всех стран соединяйтесь») и рисунок флага (красного цвета, в левом углу золотые буквы Р.С.Ф.С.Р.). Съезд вчера разошелся, судя по заключительной речи Свердлова, на 6 мес. Вот ведь какие ненасытные! По времени царствования побили рекорд Керенского, дурачившего нас ровно 8 мес., т. е. сидят себе в Смольных и в Кремлях уже девятый месяц, да норовят таким делом заниматься бесконечно. Прожоры!

Троцкий на съезде говорил каждое заседание, а Ленин только однажды. Да и что они говорили? Все это целых 8 месяцев мы изо дня в день читаем в их лейб-органах. На этом съезде не вылетело из их красноречивых уст ни одного крылатого слова. Эх вы — долбители, дятлы! Скучно стало от вашей демагогии!