Эридан - автор Nezloi

отцу, как вдруг ко мне подошёл богато одетый молодой воин, в сопровождении десятка солдат стражи.

Одет неизвестный был с вызывающей роскошью. Чего только стоили золоченные пластинчатые доспехи и роскошный красный плащ. Шлем тоже был на уровне, не смотря на открытое лицо и короткий козырёк как у кепки, вытянутый заострённый шишак делал его очень похожим на шлема, что в средние века использовали на Руси. По кругу шла золотая вязь символов веры. Сабля тоже не подвела вычурную ручку богато отделанную золотом украшала россыпь драгоценных камней, ножны по обилию золота и камней нисколько не уступали сабле.

"Дорохо-бохато".

Пока я жадным взглядом разглядывал экипировку мажора, прикидывая, сколько стоит, его "шмот" и что мне будет, если я "обнесу" его, он назвался.

- Моё имя Якуб Абу Киллис, я начальник стражи города Сани.

В голосе глав стража, одновременно слышалось высокомерие скрытый страх и злость на себя за испуг.

- Себоне!

Немного помедлив, видимо ожидая услышать моё полное имя и принадлежность к роду, но я промолчал, не настроенный на диалог, лейтенант всё же спросил.

- Позвольте спросить герой Себоне, какому славному роду вы принадлежите.

Немного поколебавшись всё же причислил себя к роду "бати".

- Ибари!

- Торгаши!

Удивление с толикой презрения сквозили в тоне мажора.

- У тебя какие-то проблемы с родом Ибари.

Мне почему-то стало неприятно его презрение и поутихшая было злость снова вспыхнула подпитаная раздражением. Рефлекторно тронул рукоять своего меча, торчащего из за плеча, что разом смыло с лица лейтенанта всю спесь.

- Нет, нет, я уважаю род Ибари.

Поспешно ответил Якуб.

- Я совершенно по другому вопросу.

Поторопился сменить тему начальник стражи.

- По долгу службы я вынужден задать вам пару вопросов о происхождении каравана который вы привели.

- Отбил у разбойников, как и этих девок.

У павлинистого лейтенанта были ещё вопросы, но я был уже на взводе, поэтому просто оттолкнул его с дороги и прошёл мимо ведя на поводу Дармоеда. Девушки кутаясь в тряпки поспешили за мной.

Мой толчок отбросил Киллиса, на его людей, только благодаря этому он удержался на ногах. Я ожидал вспышки бешенства, все таки Киллис был из благородного рода, а Ибари мелким родом торгашей, хотя по закону Империи, если в роду появляется герой не ниже железного ранга, то род автоматически получает статус дворянского, со всеми положенными привилегиями и обязанностями.

Но Якуб промолчал, видимо знал, что в случае обострения ситуации, он первым попадёт под меч разозленного героя, конечно после этого герою придётся ответить перед законом, но, только Киллису от этого будет не легче.

"Абдулвакиль ни спрашивал о моём ранге, что говорит в его пользу".

Мысль была мне приятна и немного подправила настроение. "Гюльчатай" уверенно показывала дорогу ведя меня в центр города.

По пути к дому купца Абдурахмана, я неожиданно понял, что мне некуда деть оставшихся трёх девушек. В общем-то мне было всё равно я был готов бросить их прямо посреди улицы, затягивать с этим я не стал. Остановившись развернулся к девушкам, отделил Ульнару из плотной группки и махнув рукой куда-то вдаль произнёс.

- Всё красотки, вы свободны. Можете топать домой.

После чего развернулся и держа свои будущие золотые за руку пошёл дальше. Но через десяток шагов обернулся и убедился, что слух меня не обманывает, всё три наглухо замотанные в тряпки фигуры семенили за мной.

- Я сказал валите домой!

Три молчаливые тени испуганно сверкали глазами из под хиджаба, но продолжали молчать.

Но стоило мне возобновить свой путь, как они потащились за мной и

как бы я на них не кричал, девушки продолжали молчать и идти за мной.

Уже у самого дома купца, я не выдержал.

- Какого хера вы ко мне привязались?!

Раздражение на грани злости прорвалось в моём голосе от чего мои бывшие "погонщицы", только плотнее прижались друг к другу и задрожали. Не знаю, чем бы это закончилось, вполне возможно, что в приступе ярости я бы их зарубил или искалечил, но к счастью вмешалась Ульнара.

- Госпожа позвольте мне с ними поговорить?

Робкий голосок девушки звучал тихо и неуверенно, в ней давно уже ничего не осталось от той немного высокомерной, для восточной девушки конечно, особы.

- Давай, только быстрее!

Через десять минут переговоров шёпотом, который я отлично слышал, переговорщица мне донесла. Оказывается девушки были из одного кочевого племени и в плен они не попадали их продали соплеменники, в каком качестве догадался было нетрудно. Бедолагам просто некуда было возвращаться.

- Ну а ко мне то что привязались?

Заданный вопрос был скорее риторическим, итак было ясно, что девушки всю жизнь жившие на иждивении родственников, просто не умели жить самостоятельно и страшились остаться один на один с миром. Кстати правильно делали, окажись они одни на улице, пройдёт не так уж и много времени, как они окажутся в каком нибудь подпольном борделе для извращенцев и садистов. Где жизнь у них будет очень насыщенной, но недолгой.

"В последний раз, когда я решил безвозмездно помочь "даме в беде" в том случае двум дамам, для этих "дам" всё закончилось очень печально. Их обгорелые тела остались лежать перед храмом Спатиума в Эзеруме".

- Ладно, что с вами делать решу позже. Может будет проще вывезти вас в пустыню и зарубить!

Я специально стращал девушек, в надежде, что они испугаются и сбегут избавив меня от своей проблемы.

Дом купца был очень похож на дом Абдулвакиля, но раза в полтора больше, да и внутренне убранство побогаче.

Встретили меня хорошо, хотя сначала возникла заминка, на стук в железную калитку в трёхметровой стене долго никто не реагировал. Но я был упорен и где-то через пять минут непрерывного стука, в калитке открылась маленькое окошечко. Жирная физиономия с маленькими заплывшие глазками целиком в него не поместилось поэтому я смог полюбоваться только толстой щекой и одним глазом.

- Чего надо?!

Не слишком вежливо спросил меня жирный.

- Хозяина позови!

- Господин отдыхает.

Бросил толстяк и с лязгом захлопнул "кормяк".

Тяжело вздохнув ударил ногой в дверь, несмотря на солидную толщину дверь сорвало с одной петли и вырвало засов. Толстяку повезло он успел отойти на несколько шагов, иначе ему могло прилететь железной дверью. Глядя в глаза, замершему в ужасе слуге, я одной рукой взялся за угол двери и не разрывая зрительного контакта вырвал дверь из проёма и отбросил в сторону, словно это была не толстенная железная плита, а