Тайная жизнь гаремов - Ольга Дмитриева

У переселенцев был только один шанс выжить — сделать территорию пригодной для земледелия и скотоводства. И они немедля приступили к работе, руководствуясь принципами своего первого пророка, который пытался провести социальный эксперимент, предоставляющий людям экономическое равенство. Поначалу мормоны, руководствуясь этими идеями, организовали нечто вроде сельскохозяйственных коммун. Продуктивность этих хозяйств была чрезвычайно низкой, и, измученные долгим переходом, безысходностью и отчаянием люди стали «заливать тоску». Пили много и безудержно. Тогда, как сообщает мормонская история, то ли Бригаму Янгу, то ли одной из егожен ночью было видение. Ангел сообщил, что мормонам запрещено не только пить любые алкогольные напитки, но также кофе и чай. После объявления воли Божьей народу Бригам Янг стал следить за неукоснительным ее исполнением, сурово карая нарушителей. Одновременно были упразднены коммуны, сельское хозяйство перевели на частный лад, и дело заспорилось. Мормоны, воодушевленные верой в свое призвание, крепко сплоченные и дисциплинированные, работали не покладая рук усердно, умело и успешно, и за рекордно короткий срок пустынная долина превратилась в цветущий сад.

К чести мормонов следует добавить, еще и следующее: хотя основание Солт-Лейк-Сити до некоторой степени совпало с открытием новых приисков в Калифорнии, они, приняв деятельное участие в разработке рудников, сумели воздержаться от нездоровых спекуляций.

«Янг оказался не только смелым вожаком, но и толковым управителем. Вскоре появились карты местности и чертежи с планировкой будущего города. Вокруг него были разбиты участки для ферм, распределяющихся соответственно положению каждого. Торговцам предоставили возможность заниматься торговлей, ремесленникам — своим ремеслом. Городские улицы и площади возникали, словно по волшебству. В долине осушали болота, ставили изгороди, расчищали поля, сажали, сеяли, и на следующее лето она золотилась зреющей пшеницей. В этом необычном поселении всё росло, как на дрожжах. И быстрее всего вырастал огромный храм в центре города; с каждым днем он становился все выше и обширней…» (Артур Конан Дойл. Этюд в багровых тонах).

Внимание тех, кто посещал отстроенный Сот-Лейк-Сити привлекали прежде всего два здания: «общая молельня» с огромным органом, вмещающая несколько тысяч человек, и величественный храм (Тэмпл), украшенный шестью башнями, ставший впоследствии географическим и духовным центром Солт-Лейк-Сити. Не меньший интерес моногамных американцев вызывал и дом «Льва господня» — Бригама Янга с прилегающим к нему желтым «львиным домом» и «ульем», как любил называть свой гарем основатель города.

Спустя десятилетие после прихода мормонов к Великому Соленому озеру, долины центральной Юты были перенаселены, и семьи мормонов начали искать возможность расширения своих территориальных границ. Широко организованное миссионерство привлекало мормонов и из других стран — Великобритании и Скандинавии. Часть обращенных оставалась у себя на родине, но большинство стремилось к Великому Соленому озеру, и в 1880-е годы были основаны десятки мормонских городов, тесно связанных между собой экономически, религиозно и культурно. Их сообщество производило все преимущественно для себя, а не для внешнего рынка, что позволяло вкладывать деньги в развитие собственных ирригационных систем, каналов, школ, зданий, дорог.

Это процветающее «государство» мормонов в Юте было в 1847–1890 годах более или менее автономно от правительства США и по своему управлению являлось теократическим[50], напоминая города древней Месопотамии, во главе которых стояла религиозная иерархия.

Многоженство, а именно с ним в первую очередь ассоциируются мормоны, современные приверженцы церкви оправдывают следующими соображениями: «Нам нужно было быстро увеличить население, чтобы отстоять свою независимость и вызвать к жизни пустыню, а для этого не было иного средства, как привлечь в нашу среду возможно больше женщин обещанием, что мы примем их не как наложниц и служанок, а как законных жен, призванных размножать нашу породу. Допустив многоженство, мы тем самым упразднили проституцию, сняли позор с тех, которые по недостатку приданого не могли найти себе мужа. Нет у нас также различий между законными и незаконными детьми. Мы всех их любим и окружаем одинаковой нашей любовью и заботой. После нас они наследуют на равных правах наше состояние».

Действительно, для ранних мормонов иметь много детей было вопросом выживания. И если одна женщина могла родить максимум восемнадцать детей, то пять или десять давали «обильный приплод», увеличивая общину новыми членами. Примером такого детского изобилия может служить один из современных патриархов полигамии — 87-летний отец шестидесяти детей Рулон Жеффс, чья последняя, двадцатая, жена моложе его на семьдесят (!) лет.

Путешественники описывали Солт-Лейк-Сити как красивый город с довольно простыми и лишенными украшений домиками, утопающими в роскошной зелени садов. Город Великого Соленого озера поражал также не только своим внешним видом, комфортабельными отелями, ресторанами и виллами, но и почти полным отсутствием бедняков, и о состоятельности мормонов свидетельствовало прежде всего то, что более восьмидесяти процентов домов находилось во владении собственников.

Наибольшее любопытство вызывал, разумеется, дом, в котором жил сам глава мормонов Бригам Янг, и название «улей», данное им своему гарему, вполне оправдывалось количеством трудолюбивых пчел-жен.

Лица обитательниц гаремов мормонов (как замечали путешественники) не свидетельствовали о счастливой жизни, они были апатичны и несли на себе печать покорного равнодушия, придававшего им сходство друг с другом. Некий священник, достопочтенный Диксон, на основании многостороннего личного наблюдения, отозвался о жизни мормонок крайне неблагоприятно. «Длинные голые стены, — писал он, — тенистые виллы и ничем не украшенные окна, двери и веранды заставляют зрителя предполагать здесь скорее ревность, отчуждение и подчиненность, свойственные мусульманскому гарему, чем уютность и приветливость христианского жилья. Мужья редко бывают дома и еще реже в обществе своих жен, отчуждение, по-видимому, везде появляется вслед за полигамией. Мормонские женщины в высшей степени покорны и тихи, как будто проповедь мормонства изгнала из них ум, веселость, живость. Они редко улыбаются, да и то с бледным усталым видом, знают мало, интересуются еще меньшим: они робки и сдержанны, будто боятся, что их повелитель сочтет мнения, высказанные ими по поводу заката солнца, реки или цепи гор, опасными для святости очага. Если в дом приходит посторонний, их вызывают в гостиную, как детей, они выходят, кланяются, жмут руки и потом опять исчезают, как будто чувствуя, что в обществе они не на своем месте».

Путешественники отмечали также, что в гаремах Соленого озера много «сестер» германского (англосаксонское, немецкое и скандинавское) происхождения, но не было замечено ни одной француженки.

В мормонстве брак считается выше других обязанностей на Земле. Мужчина или женщина в отдельности не могут исполнить волю Божию, поэтому избегающие супружества разрушают самую святую из обязанностей. Брак же может быть двояким: один соединяет супругов на время земной жизни, другие — совершаются навечно.

Во время существования полигамии у мормонов имелась