Рейды в стан врага - Степан Бунaкoв

- Не экономь уголь. Пусть люди в тепле отдыхают, - тихо подсказал дневальному начальник политотдела подполковник Владимир Александрович Суров.

Сон не шел, и мы с ним бодрствовали у чугунной печурки. Вспоминали пережитое. За лето и осень бригада прошагала с боями Южную Карелию, Заполярье, Северную Норвегию... Подумать только! Бойцы и командиры закалились в суровых испытаниях, приобрели боевой опыт Мы вспомнили многих поименно: ехавших в эшелоне, и сложивших голову на бранном поле. Начальник политотдела высказал мысль о том, что хорошо бы записать воспоминания по горячим следам, ведь в них столько интересного Я с ним согласился. Но кто сделает это? И потом идет война, может быть, пока повременить, но не откладывать в долгий ящик, а сразу же после ее окончания взяться за эту очень нужную работу.

К сожалению, в послевоенное время появились другие, может быть еще более важные, задачи. И до воспоминаний, как говорят, руки не дошли. Что касается меня лично, то лишь спустя четыре десятилетия после Великой Отечественной я решил поделиться пережитым.

Из Мурманска по железной дороге мы перебрались в центральную часть России. Наступала весна 1945 года. Война с гитлеровской Германией еще продолжалась, и мы ждали своего часа. И дождались. Пришел приказ о следовании на запад, к границам Чехословакии.

В один из дней, когда я проверял готовность бригады к погрузке в эшелон, меня разыскал солдат-посыльный из штаба 127-го легкого стрелкового корпуса

- Товарищ подполковник, вас вызывает к телефону командир корпуса генерал-майор Жуков.

И зачем я ему понадобился? Все вопросы выяснены, работа идет по плану.

- Вас вызывают на учебу в Военную академию имени Фрунзе, - сказал командир корпуса. - Командиру бригады я уже сообщил об этом. Неясно одно почему пришел персональный вызов?

И для меня это было неожиданно. Сказал генералу Дукову, что еще в мае 1941 года сдал в эту академию конкурсные вступительные экзамены, но в начале войны весь курс убыл на фронт.

- Тогда понятно, - с удовлетворением заключил командир корпуса. Счастливого пути! Собирайтесь в дорогу.

В начале апреля 1945 года я вновь оказался у парадного подъезда Военной академии имени Фрунзе. Здание было еще закамуфлировано.

Вспомнился май сорок первого, напутственные слова моего командира Петра Кирилловича Кошевого, отправлявшего меня в академию, волнение перед экзаменами, первые занятия...

В знакомых стенах встретил своих однокашников по довоенным учебным дням. Их, как и меня, отозвали для продолжения обучения из действующей армии. Многих мы, конечно, недосчитались. Одни погибли в боях, другие, получив ранения, еще находились в госпиталях и не могли прибыть на занятия

Всю войну в зданиях академии размещался госпиталь Видимо, это наложило свой отпечаток, и мы, находясь в знакомых аудиториях, чего-то не находили Да, надо полагать, и мы стали другими, возмужавшими, повзрослевшими, что ли. Я почувствовал это на себе. Весной 1941-го, бывало, ловил каждое слово преподавателя и принимал за истину в последней инстанции. А теперь появилась и своя точка зрения, свои взгляд и оценки. Так что семинарские занятия приобрели остроту и полемический характер. Это, наверно, хорошо, потому как в споре рождается истина.

Словом, в моей военной биографии начиналась в ту победную весну 1945-го новая страница.

В начале июня в Москву приехали жена и сын Встречал их на Казанском вокзале. Они возвращались из эвакуации.

- Папа, папа... - впервые в жизни услышал я робкий голос своего сына.

- Здравствуй, Славик! Живем, сынок! Рейды в тыл врага кончились! выпалил я на одном дыхании и поднял его высоко над головой.

И солнце улыбалось нам.

О мемуарах С. Я. Бунакова

Воспоминания генерал-майора С. Я. Бунакова "Рейды в стан врага" несомненно являются ценным вкладом в литературу, освещающую события Великой Отечественной войны, происходившие на огромном пространстве Советского Севера - от реки Свирь до берегов Баренцева моря и границы с Северной Норвегией.

И хотя в своих воспоминаниях автор в основном рассказывает о том, как была организована работа оперативного отдела штаба 7-й армии, а затем о том, как вела бои 70-я бригада, однако через призму дел и событий, происходивших непосредственно в штабе и в бригаде, он умело показывает обстановку на Карельском фронте в течение всей войны. Автор дает краткую, но вместе с тем грамотную оценку этих событий и убедительно показывает их значение в Великой Отечественной войне в целом.

Ценность воспоминаний генерала С. Я. Бунакова о десанте, осуществленном 70-й бригадой, не только в том, что он дает правдивую и грамотную оценку его оперативно-тактического значения для исхода всей Свирско-Петрозаводской операции, что приводит даты и называет многих участников. Это, в конце концов, мог бы сделать по документам любой грамотный и добросовестный историк, не участвовавший в войне. Ценность воспоминаний Бунакова заключается в описании деталей десантной операции. Как начальник штаба бригады, автор дает не только общую картину, но и держит читателя в курсе быстро меняющейся обстановки, оценивая даже мелкий факт успеха или неудачи, отображая динамику боя бригады.

Заключительная часть воспоминаний С. Я. Бунакова посвящена участию 70-й бригады в Петсамо-Киркенесской операции.

70-я бригада в этой операции выполняла важную и очень сложную задачу Два наших легких стрелковых корпуса - 126-й и 127-й проникли в глубокий тыл противника, в район Луостари, и отрезали пути отхода 19-му корпусу гитлеровцев. Этим они существенно помогли основным силам 14-й армии продвинуться от реки Западная Лица к Петсамо и Киркенесу. 70-я бригада входила тогда в состав 127-го легкого корпуса и совершила беспримерный в истории двухсоткилометровый переход по тундре.

История войн не знает подобных переходов по заполярной тундре такой массы войск. Такой переход могли совершить только советские чудо-богатыри.

Достоинство воспоминаний С. Я. Бунакова в том и заключается, что он сумел показать не только военное значение рейда в тыл противника двух корпусов, но как непосредственный участник этого героического похода рассказать о деталях, подметить наиболее характерные черты в поведении людей и подчеркнуть огромную силу воли и беспредельную любовь к Родине, которая вдохновляла бойцов и командиров на преодоление огромных трудностей. Здесь, как и в описании десантной операции на Ладоге, удачно сочетаются глубокие военные знания и боевой опыт начальника штаба бригады с общей высокой культурой наблюдательного человека.

Г. Куприянов,

генерал-майор в отставке,

бывший член Военного совета Карельского фронта