Призрак - Кэт Блэкторн

в порядке? — спросил я, осторожно вытирая ей рот. Я бы оставил это пятно навсегда, если бы это зависело от меня, но она настояла на том, чтобы убрать его.

— Более чем. У меня появилась еще одна причина любить летучих мышей.

Я усмехнулся, и мой смех эхом разнесся по пещере. Несколько пушистых крылатых животных, которых мы побеспокоили во время прогулки, несказанно обрадовали Блайт.

— Мне нравится видеть тебя счастливой. И нет ничего более редкого, чем любовь к кому-то, вроде меня.

Она сжала мою руку.

— Я всего лишь человек, но любовь для меня тоже редкость.

Мой Маленький Призрак понял и принял меня. Каким-то образом ангел проявил сочувствие к чему-то настолько падшему, настолько злому.

Когда мы вышли из тени пещеры, я снова принял человеческий облик и оделся, а Блайт собрала свои длинные, спутанные и потемневшие волосы в хвост. Я не жалел, что она до сих пор не могла это отмыть. Чувствовал всю тяжесть своего тела, свою невысокую фигуру, слабость мышц. Для нее этого было недостаточно. Слабая задница в Эймсе Коуве была не тем, что ей нужно. Однако Призрак...

— Могу я тебя кое о чем спросить? — спросила она, когда мы садились на мой байк.

— Конечно.

— Что случилось с... телом моего отчима?

Я повернулся и взял ее за руку, тщательно подбирая слова.

— Мы решили, что оставим это на твое усмотрение. Пока что оно у волков. Если хочешь, чтобы они разобрались с этим, они это сделают, но если... хочешь его успокоить, это тоже возможно.

После десятилетий изучения психологии у меня сложилось очень непрофессиональное мнение, что люди должны иметь возможность делать со своими обидчиками все, что им заблагорассудится. К черту болтовню с терапевтом. Что им было нужно для исцеления, так это кровь. Увидеть, как кусок дерьма, причинивший им вред, лежит в земле. Но общество не восприняло эту идею. По крайней мере, пока.

Блайт на мгновение задумалась.

— После того, как я приму душ, можем заехать в продуктовый магазин?

Ее вопрос застал меня врасплох.

— Конечно. Что-нибудь конкретное ищешь?

— Хочу купить маршмеллоу. Сегодня вечером мы устраиваем посиделки у костра.

От убийственного блеска в ее глазах мой член мгновенно затвердел. Из моего горла вырвался низкий рык.

— Мне нравится твой стиль. Ты немного грешна, не так ли, Маленький Призрак?

Она улыбнулась и приподняла бровь, повторяя мои слова, сказанные несколько недель назад.

— Лишь иногда.

* * *

Когда мы прибыли на ферму Оникса, волки уже расположили тело на вершине огромной кучи дров. Он, Вольфганг и еще несколько волков выпрямились при нашем приближении.

— Привет... — осторожно произнес Оникс. Они прощупывали почву, пытаясь понять, напугана ли она или еще больше травмирована событиями прошлой ночи. Блайт просто протопала по траве и бросила зефир Вольфгангу в грудь. — Есть палки?

Мои друзья и волки от души посмеялись, устраиваясь поудобнее. Оникс передал ей зажигалку.

— Привет, — тихо прошептал он. — Какой у тебя любимый цвет?

Ее брови удивленно приподнялись, когда она взяла зеленую «Зиппо».

(

Zippo

— зажигалка).

— Черный, — скептически ответила она. — А что?

Оникс пожал плечами.

— Просто интересно.

Блайт опустилась на колени рядом с кучей дров, бросив быстрый взгляд на обмякшее тело отчима. — Похоже, мне пришлось дважды наблюдать, как ты умираешь. Забавно, — заметила она, щелкая зажигалкой. Труп вспыхнул, и быстрее, чем это возможно в человеческих силах, ревущее, шипящее, черное пламя охватило гору поленьев. Блайт ахнула и отступила на шаг, когда костер заплясал и закружился, взмывая в ночное небо подобно фейерверку — реверанс в сторону нашего собственного Дракона.

Я бросил взгляд на Оникса.

— Выпендрежник.

Вольфганг пошутил:

— Эта вампирская бравада выходит за рамки дозволенного.

— Да, да, — ответил наш зеленоглазый друг, одарив Блайт легкой улыбкой. Она вернула зажигалку, стоя у огня, и одними губами произнесла:

—

Спасибо

.

Оборотни-подростки Люпус и Фреки отлично справились с задачей поднять настроение, перебрасываясь летающей тарелкой. Вольфганг умолял Блайт присоединиться, и когда она согласилась, волки завыли. Они были грубиянами, но милыми. В стае было невозможно грустить. И я подозревал, что именно поэтому мой друг взял их с собой.

Как бы сильно мне ни хотелось упрекнуть их за то, что они были

в курсе моей связи

с Блайт, я был благодарен им за то, что они заботились о ее благополучии так же усердно, как и я.

Оникс потянулся к ней на поле. Я, не стесняясь, подслушивал, чтобы убедиться, что он не отстает. Она оторвала взгляд от мальчиков-оборотней, игравших во фрисби, и обратилась к нему:

— Значит, у тебя дар огня?

— Помимо всего прочего, да, он у меня от дракона. Я гибрид, единственный в своем роде, насколько мне известно. Моя мама была... есть... дракон. А отец — вампир. Они бросили меня здесь, в Ясеневой роще, более двухсот лет назад. Когда проклятие на Хэллоуин сбылось, я, наверное, потерял бдительность. Думал, что семья, у которой я остановился, была моей, но это оказались просто случайные люди. Мои родители оставили меня здесь по какой-то причине и стерли память о них. Но я все помню. Если я когда-нибудь смогу покинуть Ясеневую рощу... — он пожал плечами. У меня сжалось сердце от жалости к моему другу. У меня не было других причин уезжать, кроме эгоизма. У Оникса, однако, была семья, родословная и целый новый мир, который нужно исследовать. Вместо того, чтобы начать поиски, он был привязан к этому месту, как животное на цепи.

Блайт прищелкнула языком. Холодный осенний ветерок разметал по ее лицу пряди волос, выбившиеся из конского хвоста.

— Кто из них наделил тебя способностью одурманивать?

Он поморщился.

— Вампир. Я мало что знаю о своем драконьем происхождении, кроме дара огня.

Она приподняла бровь и выжидающе притопнула ногой.

— Прости, что отключил твой разум и одурманил? Это то, чего ты хотела? Потому что я лишь хотел защитить тебя, и не жалею об этом.

Блайт раздраженно выдохнула, хотя и пыталась сдержать улыбку. Улыбка, которая обожгла меня изнутри, как уголек. Она не должна была так на него смотреть. Он не должен был стоять так близко.

— Если тебе от этого станет легче, ты пришла в себя гораздо быстрее, чем большинство людей, — добавил Оникс.

Вольфганг подскочил к нам без рубашки, с него капал пот.

— А как насчет грубого обращения с людьми?

— А

ты

. — Она ткнула его в обнаженную грудь. —

Ты теневой монстр. Леший?

— Более известный в преданиях как

оборотень

, но я приму и твой вариант. — Волк вздернул подбородок и издал жалобный вой, обращенный к