Крест Марии - А. Фонд

почему, но меня он жутко раздражал. Сама не пойму, как может настолько красивый мужчина бесить меня, женщину, которая уже третий месяц сидит в одиночной камере? Но тем не менее он меня раздражал. Хотелось схватить кирпич и бить, бить, по этому породистому лицу.

Сама не знаю, что на меня нашло…

Глава 23

– Нет, не совсем новенькая, – нахмурилась я, и, не сдержавшись, едко добавила, – а вы только со старенькими общаетесь?

– Да ну что вы! Как раз наоборот! – заливисто расхохотался Архитектор.

Мимоходом я отметила, что смех у него очень красивый, густой, с глубокой такой хрипотцой, и это мне отчего-то не понравилось.

– Расскажите свою историю, – сказал Архитектор, – и как, вы сказали, вас зовут?

– Мария, – ответила я сухо и посильнее запахнулась в вязанную шаль, – а история у меня вполне заурядная: жила там, попала сюда. Теперь вот выживаю, как и все остальные.

– Ох, темните вы что-то, Мария, – усмехнулся Архитектор и вдруг подмигнул, – все вы девушки, напустить таинственность любите. Но я ведь всё равно узнаю.

Мне это опять не понравилось, но я промолчала.

Он хитро погрозил мне пальцем и добавил:

– А ведь мы вполне можем здесь стать с вами друзьями.

Моё лицо от удивления вытянулось. Ещё чего не хватало. У меня уже был один такой желающий, который тоже хотел стать мне «другом». Фавн.

– Согласитесь, – хорошие люди должны держаться вместе, – с милой, но чуть неестественной, улыбкой пояснил он и я с досадой поняла, что до конца стыковки еще много времени.

– Так вы говорите, что вы здесь давно? – не отставал Архитектор.

– А что?

– Вы Людоеда знаете?

Я отрицательно покачала головой.

– А Стервятника?

Я развела руками.

– А Щукаря?

Не знаю, как моё лицо не дёрнулось и удалось сохранить безмятежный вид, но ответила я твердым равнодушным голосом:

– Н-нет.

А мимоходом подумала – это что ж, получается, что здесь, наверху, о гибели Щукаря и Фавна еще ничего не знают? И получается существует еще какая-то группа, куда, кроме Щукаря, входят какие-то Стервятник и Людоед. В общем, информации много. Надо будет обдумать всё это после стыковки.

– Можно тогда вас попросить о небольшой услуге? – перебивая мои мысли, спросил Архитектор и, не дожидаясь моего ответа, тут же заявил, – если вы встретите кого-то из этих людей, попытайтесь выяснить, куда делся черный чемоданчик старика, который умер вчера от удара Столпа. Старика звали Борис. Запомнили?

Я кивнула.

– Узнайте, кому он его передал и что там в нем было.

– Но почему я? – удивилась я. – Вы разве сами спросить не можете?

– Всё просто, – вздохнул Архитектор, – вы девушка. И к тому же красивая девушка…

Архитектор подчёркнуто сделал мхатовскую паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией. Не дождавшись, он слегка раздраженно пояснил:

– Они не доверяют никому из чужих.

– Можно подумать, они мне сразу всё выложат, – фыркнула я.

– Ну, если вы постараетесь обаять кого-то из них – не сомневаюсь, что вам они выложат всё, – попытался грубо польстить мне Архитектор.

Я не стала уточнять, зачем мне всё это делать для постороннего человека, вместо этого сухо спросила, чтобы перевести тему разговора:

– Обмен проводить будете?

– Обмен! – недовольно покачал головой Архитектор, – Какие меркантильные устремления! Давайте поговорим о прекрасном!

– О чем? – не поняла я.

– О поэзии. О живописи, о философии… – вздохнул Архитектор и посмотрел на меня с жалостью. – Да в конце концов и о математике поговорить можно. Смотря к чему у вас лежит душа.

– Я не сильна в науках, – соврала я, – предпочитаю решать бытовые вопросы.

– Бытовые вопросы! – скривился Архитектор, явно утрачивая ко мне интерес, но всё же нравоучительно произнёс, с явным превосходством, – нельзя чтобы мещанские интересы вытеснили всё прекрасное из души, Мария. Тогда человек резко деградирует.

Я пожала плечами и с простодушным видом сказала:

– Могу обменять две бутылки вина. Есть вязанные носки. Есть вязанный шарф. Есть сухари. Есть зелень.

– Ого! – изумился Архитектор, – вы явно делаете успехи в своем мещанском мирке, Мария! Зелень говорите?

– Да, зеленый горошек, укроп и помидоры. Но помидоры еще только-только завязались.

– Несите! – велел Архитектор.

– А на что вы будете менять? – наученная горьким опытом, не повелась на манипуляцию я.

– Я сперва погляжу на эту вашу зелень! – фыркнул Архитектор.

– Если меня не устроит предметы обмена, то я даже нести