Ночь шрамов - Алан Кэмпбелл

Диллу казалось, что со всех сторон раздаются крики.

Ночь стояла холодная, а на крыше, где, съежившись, сидел молодой ангел, она казалась еще холоднее. Пальцы примерзли к ледяной черепице, дыхание белой дымкой растворялось в воздухе, а он продолжал неподвижно сидеть. Темнота сковала Дилла.

С чего начать?

Помощник Крам советовал держаться повыше и как можно больше двигаться.

— Она сама тебя найдет.

Дилл хотел было взяться за рукоятку меча, но пальцы схватили пустое место. Ах да, меч забрали.

Помощник уже, наверное, давно спит. Темный силуэт храма, словно гигантская скала, возвышался за спиной Дилла. Несколько бледных огоньков тлеющими углями светились за стеклами витражей. Должно быть, все уже спят, даже Рэйчел. Только Дилл не спал. Не спал… один… в городе.

В темноте.

Сколько он уже здесь? Наверное, несколько часов. Глаза так и не меняли цвет с тех пор, как Дилл покинул храм. Они побелели и так и остались белыми.

С чего начать?

Холод пробрался в перья, руки и ноги онемели. Страшно хотелось спать, несмотря на мороз. Должно быть, дело шло к рассвету. Но ангел не смел двинуться с места.

На юге падающая звезда рассекла небосвод. Уже четвертая или пятая за ночь? У Айен там дел по горло: еще один дружок отправился вниз. Звезда постепенно потухла и умерла.

Держись выше и двигайся.

Двигайся.

Куда деваться: или двигайся, или замерзни.

Кольчуга заскрипела, когда Дилл встал и расправил крылья. Помощник Крам отдал ангелу доспехи, которые некогда принадлежали Гейну. Крошечные звенья древней стали раньше были легкими и прочными, а теперь крошились и потяжелели от ржавчины. Ледяной металл когтями вцепился в тело. Дилл глубоко вдохнул: запах железа наполнял ночной воздух. Ангел сделал несколько шагов и едва не поскользнулся на обледеневшей черепице. За краем крыши расстилался лабиринт залитых серебряным лунным светом улиц, словно царство льда и цепей. Дилл долго стоял на карнизе, дрожа на ветру и слушая жуткую ночную песню Дипгейта.

Двигайся. Замерзнешь.

Ангел спрыгнул с крыши.

Холод схватил его, забрался под одежду, в волосы, вцепился в кожу и не давал вздохнуть. Следуя за оцепеневшей мостовой, ангел взмахнул крыльями и позволил морозному ветру подхватить его и нести вперед. Спокойно. Держись на равном расстоянии между домами. Покосившиеся крыши волнами вздымались над узкими улочками. Тени гневно столпились под бледными фонарями.

На лету он всматривался в тени, стараясь разглядеть движение. Помощник предупреждал, что Карнивал видит в темноте. Не дай ей застать тебя врасплох. Может быть, она прямо сейчас прячется внизу, следит за ним? Дилл взлетел выше и глотнул холодного воздуха.

Каждый взмах крыльев уносил ангела дальше от храма, от безопасности его стен.

А если Карнивал взлетит? Услышит он ее приближение? Что, если она уже за спиной? Сердце сжалось, и Дилл развернулся, пытаясь нащупать меч. Он был уверен, что встретится с черными глазами Карнивал, что к его горлу уже тянутся изрезанные шрамами руки. Но на ангела смотрели лишь мрачные очертания храма и холодные звезды. Пальцы разжались и отпустили… пустое место.

Улица уходила в глубину спящего города: мощные двери, запертые ставни, металлические решетки на трубах. Тени притаились в каждом уголке. Слишком много теней. Дилл полетел быстрее. Кольчуга провисла, и ветер трепал рубашку под ней. Крылья опускались и поднимались, ангел краем глаза наблюдал за вихрем белоснежных перьев в воздухе. Он сфокусировался на ритме и постарался отогнать остальные мысли прочь.

Улица нырнула в пропасть там, где с гигантской первой цепи свисал дом-маятник. Дилл пронесся мимо и сделал широкий крюк, поворачивая по дуге вокруг храма. Можно лететь в этом направлении до края пропасти. А дальше? Он почти взмолился, чтобы к тому моменту наступил рассвет.

Спокойно!

Ослепительно белый глаз луны неустанно следил за ангелом, и он представил себе пару черных глаз, что следят из темного переулка, из-под карниза, из-за черного окна.

Дилл мчался высоко над флюгерами Лилля. Внизу город рассекала трещина Скиза, за которой вырастали трубы Ядовитых Кухонь. Окутанные янтарным туманом, по берегам Скиза теснились фабрики и заводы. В небо вырывались огненные струи, окрашивая облака тумана разными цветами. Окутанные едким дымом трубы сплетались в замысловатые головоломки. Из густой дымки, словно призрачные скелеты, вырастали подъемные краны. Воздушных кораблей не было. Дилл вспомнил, что практически весь флот отправился вдогонку отравителю, и ощутил еще более глубокое одиночество.

Ангел направился к огням, поближе к свету.

Он покинул Лилль и полетел над Ивигартом. Цепи окутали все вокруг: старые скрюченные деревья в садах, покосившуюся башню с одиноким огоньком в окошечке под крышей, постоялый двор, над входом в который поскрипывал на ветру вырезанный из дерева козел. Ни единого человека, ни единого звука, кроме воя ветра, звона кольчуги и ударов крыльев.

Над Скизом было немного теплее, и ангел решил немного отдохнуть и согреться. Он приземлился на плоскую асфальтированную крышу, нависшую над пропастью. Здесь висел кисло-сладкий запах газа. Цепи колыхались над Скизом, словно плыли по черной воде. Заводы на дальнем берегу выбрасывали в воздух облака сажи и пепла. Струи пара с шипением прорывались сквозь облака дыма и огненные столбы. Из недр Ядовитых Кухонь раздавался низкий гул.

Зато тут было светло и тепло. Жар фабрик с противоположного берега отогрел ангелу лицо и руки, растопил ледяную корку на перьях. Ржавая кольчуга заблестела золотом.

— Иронично, правда? — раздался голос за спиной. Женский голос. — Сливают дерьмо прямо в нору, где живет их бог.

Дилл остолбенел.

— Расслабься, — продолжал голос. — Я не в настроении убивать.

— Наконец-то птенчик зашевелился, — прокомментировал Клэй, прищуренным глазом всматриваясь в подзорную трубу на треноге посреди покоев Фогвилла. — Я уж думал, он так и примерзнет к крыше.

— Мы сами скоро примерзнем, если вы окно не закроете. — Фогвилл поежился в одеялах. — Нет ничего опаснее ночного сквозняка.

— Я могу что-нибудь и пострашнее придумать, — проворчал капитан.

Фогвилл нахмурился и подвинул стул поближе к камину. Помощник взял кочергу и поворошил угли.

— Куда он направляется?

— На юг. — Казалось, капитан в потертых кожаных доспехах совершенно не чувствует пронизывающего ночного холода. — Мать твою, он как воробей с этими чертовыми ножнами. За каким чертом вы заставили его нацепить пустые ножны?