Изгой Проклятого Клана - Владимир Пламенев

не все смотрели на него. Некоторые бросали осторожные и изучающие взгляды на меня.

То, как я победил Ярослава в открытом бою, засело у них в памяти.

И хорошо. Пусть знают.

С трудом Святослав забрался на постамент трона. Помогать ему было нельзя. Ни в коем случае.

Некоторые только и ждали, что он рухнет без сил. Но Святослав забрался и сел на трон своего отца.

— Вы все знаете последнюю волю Ярослава Ярового: я — Святослав Яровой — его сын, наследую власть над кланом. Я готов принять присягу каждого из вас, уважаемые главы родов.

— Господин Святослав, — вперёд шагнул Стрельцов старший. — Но Ваше здоровье оставляет желать лучшего. Может, лучше уступить власть вашему дяде?

— Я не спрашивал совета, — железным тоном объявил Святослав. — Всё решено моим отцом. Или вы не согласны с его волей⁈

Стрельцов старший смутился.

— Ни в коем случае. Я лишь забочусь о Вашем здоровье, молодой господин.

— «Ваше Сиятельство», — поправил его Святослав.

— Что, простите?

— Всё Вы поняли, господин Стрельцов, — Святослав ударил тростью по полу. — Если Вы не прекратите этот фарс, то он будет расценен, как вызов власти рода Яровых. Вы хотите этого?

— Нет, ни в коем случае… — Стрельцов старший смутился. А потом сделал несколько неуверенных шагов вперёд к трону.

И присягнул. Следом за ним, Тим.

Затем присягнули Покровские.

А вот Соколовы не спешили преклонять колено.

— Позвольте узнать, а что с Мстиславом? — в открытую спросил Соколов старший, встав перед троном во весь рост.

— Его судьба будет объявлена после вашей присяги, — невозмутимо сказал Святослав.

— Я бы хотел узнать о ней раньше, — не уступал он.

— Узнаете. Позже, — голос Святослава стал тяжелее, с угрожающими нотками.

— Во главе клана никогда не становился человек без Дара. Поэтому Мстислав, несмотря на все ходящие о нём странные слухи, может подой…

Мгновение.

И перед Соколовым оказался Ратибор. Он держал руку на его плече, опасно близко к шее.

— Осторожнее со словами, господин Соколов, — пророкотал он. — Воля моего брата не подвергается сомнению. Как и преемственность Святослава. Если род Соколовых не согласен, то мы можем заменить его главу уже сегодня.

Соколов старший проглотил ком в горле. Поджал губы.

Ему было страшно.

Он слишком верил в свою неприкосновенность, как глава рода. Поэтому сильно недооценил и Святослава, и преданность ему Ратибора.

— Я всё понял, — высохшим голосом сказал Соколов старший.

Ратибор медленно кивнул, не сводя от него взгляда. А потом так же медленно развернулся и вернулся к трону.

Соколовы присягнули последними.

А потом пришло время вердикта.

— Мой брат — Мстислав Яровой — признаётся виновным в убийстве моего отца и старшего брата. Он — предатель клана. За это полагается только одно наказание — смерть.

Зал молчал. Некоторые переглядывались. Многие хмурились.

И только через несколько секунд послышалось копошение и из толпы вышла женщина. Светлые волосы. Длинные белые перчатки.

Мать Святослава и Мстислава. Там самая, кого я встретил после первого разговора с Ярославом. Она заговорила:

— Святослав, сын мой, — её голос подрагивал. — Мстислав — твой брат.

— И отец, и я отреклись от него. Теперь он никто.

— Ты всё никак не можешь простить ему убийство той служанки? — после слов матери, мышцы на лице Святослава дёрнулись.

Но вместо разговора с ней, он отдал приказ:

— Выведите её.

— Сын, ты не можешь так поступить ни с ним, ни со мной, — уже мягче добавила его мать.

— Слуги! — рявкнул Ратибор. — Вы ворон считаете⁈ Немедленно исполнить приказ графа Святослава!

И тут же в центр выбежали двое служанок. Они робко попытались прикоснуться к матери Святослава.

— Госпожа Валерия… — сказала одна из них.

Но Валерия процедила сквозь зубы, бросив на неё убийственный взгляд.

— Только тронь меня, челядь, и тебя растянут на дыбе!

Однако послышался стук каблуков. Решительным шагом к Валерии подошла Виолетта с непроницаемым лицом.

— Пройдёмте, госпожа, — твёрдо сказала она.

— А то что⁈ — хищно обернулась на неё Валерия. — Думаешь, если из-за твоей сестры Святослав готов убить своего брата, то я позволю тебе к себе прикасаться? Никогда! — Валерия подняла руку, в которой стал формироваться водяной шар.

Но Виолетту это не смутило. Она техничным движением отвела руку Валерии в потолок, куда и выстрелила водяная сфера.

— ЧТО ТЫ ПОЗВОЛЯЕШЬ СЕБЕ, СУКА⁈ — взвизгнула Валерия. — Я ИЗ РОДА КНЯЗЯ ОЗЁРСКОГО! — от толпы бодрым шагом отделилась маленькая фигурка. — ТЫ СДОХНЕШЬ, СТОИТ МНЕ ЛИШЬ…

Хлыщ!

Валерии влепили смачную пощёчину.

Инна Михайловна стояла прямо напротив неё.

С заплаканными глазами, под которыми были синяки. С опухшим лицом. Она горевала. Но её голос не дрогнул:

— Ты родила чудовище, которое мы все считали талантом. Убирайся отсюда, иначе я выволоку тебя сама! — произнесла Инна Михайловна.

Валерия покраснела от бешенства. Но не посмела ничего сказать в ответ. Только бросилась прочь из тронного зала.

— Приговор будет исполнен завтра на рассвете. А после него я вручу Руслану Северскому регалии его рода, со всеми необходимыми церемониями, — объявил Святослав. — На этом можете быть свободны.

Все разошлись по своим покоям.

Остались только я, Святослав, Ратибор и верная Виолетта.

— Ты достойно показал себя, — сказал я Святославу.

— Согласен, — кивнул Ратибор.

На что Святослав только устало улыбнулся и спросил.

— Теперь вы пойдёте вниз? Туда где… всё случилось?

— Да, — сказал я. — Прямо сейчас. Скоро вернёмся. Никто даже не заметит, а Тигран позаботится о твоей безопасности. Сегодня никто точно не посмеет бросить тебе вызов.

— Я пойду с вами, — решительно сказал он.

— Там слишком опасно, — нахмурился Ратибор. — Клан не перенесёт смерти ещё одного главы клана за день.

— Мой отец бывал там. Часто. Я всегда предполагал, что под усадьбой что-то вроде крипты. Куда есть доступ только главе рода и его наследнику. Но всё иначе, так ведь?

— Он имеет право знать, — сказал я.

— Там опасно! — воспротивился Ратибор.

— С нами — нет, — я покачал головой. — Ближайшие несколько дней точно.

— Верно, — кивнул Святослав. — К тому же, это не просьба. А приказ.

А против приказа главы клана Ратибор не пошёл.

Я выкачал из Ардамуна всю имеющуюся