Хроники железных драконов - Майкл Суэнвик

— Мы его не стряхнем! — воскликнула Джейн в отчаянии. — У нас ничего не выйдет.

— Тогда дай мне его имя.

— Что?

— Его истинное имя! — прорычал Меланхтон. — У меня есть программы на такой случай, я знаю, что делать. Дай мне его имя, и я прикажу ему самому разрушить своего дракона.

— Нет!

— Ты его знаешь. Оно мерцает у тебя в мозгу, как Полярная звезда. — Дракон запустил в нее невидимые щупальца. Она легко могла бы загородиться, просто выключив его электричество и тут же включив. Но на такой скорости это было слишком опасно. Они бы оба погибли.

— Горец! — закричала она. — Поворачивай назад! Поворачивай!

Прикосновение дракона было намеренно грубым, вызывающим отвращение. Словно рукой, перемазанной в черной патоке, шарили по белоснежной блузке. Быстро, как мокрая крыса на садовой стене, он шмыгнул в хранилища памяти.

Она знала, что нет потайного места, куда бы он не мог влезть.

— Да слушай же ты меня! — Он откликнулся на ее слова коротким и страшным всхлипом. В нем звучали и боль, и страсть. — Горец!

Система слежения донесла визг выводимого снаряда. Резкое бибиканье, пока он наводился на цель. Радостный крик, когда наведение завершилось.

— Его имя! — Дракон был уже близок к цели. Джейн мешала ему, подбрасывая случайные воспоминания: вот Крысобой стоит с расстегнутой ширинкой, вот Гвен примеряет новые бусы, вот Жужелица плачет, спрятавшись за железным ящиком, а Крутой презрительно смотрит на нее. Вот ее тащат по спиральной лестнице-позвоночнику в доме Инко… Меланхтон жадно схватился за то, что увидел.

— Куносаура! — воскликнул он, и в этот момент снаряд вылетел.

На мгновение Джейн увидела сферический волновой фронт, убегающий от них со скоростью звука. Должно быть, имя сестры Горца все же оказало какое-то влияние по родству, потому что, когда волна коснулась снаряда, он закувыркался и начал падать в мерцающий океан. Навстречу ему взметнулся белый протуберанец, и снаряд мгновенно перестал существовать, растворясь в потенциальном бытии. Имя Лесии тоже распалось и лишилось существования.

Выводился третий снаряд. Джейн слышала его голос в наушниках вместе с голосом Горца. Горец тихонько бормотал себе под нос. Это была безумная смесь гнева, желания и отчаяния.

— Иди, малышка. Ну, поближе. Да, да, теперь ты моя. — Он твердо держал своего дракона у нее за спиной, вне досягаемости пушек. Снаряд забибикал. — О да, ты моя.

— Выходит, твое слово ничего не значит? — сказал Меланхтон. — Ты все это время обманывала себя, тешилась фантазиями, мечтала, как твой бравый метис остановит тебя, выбьет кинжал из рук, спасет от последствий твоих собственных деяний, возьмет на руки и унесет в теплую постель с атласными розовыми простынями, и вам отныне и навеки будет тепло и уютно, как двум червякам в одном орехе. Какая чушь! Неважно, что он чувствует, неважно, чего он хочет! Вселенная снова загнала тебя в угол — умри или убей! Других возможностей нет. Тебя это не злит? Тебе не хочется отомстить? Или ты опять раболепно подчинишься Даме Судьбе, позволишь раздавить себя, а потом возродишься для новых мучений, и опять, и опять? Выпрями же хоть раз спину!

— Я…

Третий снаряд радостно завопил.

— Его имя!

Это было неизбежно. Что она могла поделать?

— Тетигистус, — прошептала она.

Меланхтон испустил вопль торжества. Снаряд, не успев вылететь, взорвался прямо перед 8607-й. Дракон Горца развалился на куски.

Джейн не могла на это смотреть. Она плакала яростными слезами.

«Убить суку, — думала она. Волны бешено хлестали вокруг, вздымались, извиваясь, протуберанцы. — Если я сейчас умру, пусть это будут мои последние слова, последняя мысль. Убить проклятую суку. — У нее колотилось сердце. — Убить суку убить суку убить суку». Слова догоняли друг друга у нее в голове, превратившись в вопль, в заклинание, в мантру, в истерическую молитву, в последнее неохотное признание Ее могущества.

Спиральный дворец все увеличивался, разрастался, заполнял взор своими белыми стенами. Джейн чувствовала себя комаром, штурмующим материк. Меланхтон смеялся — смеялся! — а они неслись на полной скорости, паля изо всех орудий, — воплощение разрушительного безумия. Железное тело дракона судорожно дергалось, когда снаряды вылетали парами. «Я летящий камень, — думала Джейн, — я стрела в полете». Она это думала или дракон? Кабина разогрелась, пот тек по лицу, по бокам, все тело было мокрое и чесалось, а ей было наплевать на все. Для этого она родилась, для этого создана, об этом мечтала все эти долгие годы. Ее изгнали с небес — ну так она завоюет их! И наступит конец — всему.

Спиральный дворец продолжал расти, заполняя все небо, заполняя вселенную, и океан под ними странно затих. И что-то произошло с драконом.

Началось с того, что кончики крыльев стали хуже слушаться. Онемение быстро распространялось. Счетчик альфа-частиц показывал ноль. Конечности дракона перестали ему повиноваться. Кожная чувствительность исчезла. Все синусоиды на экранах вытянулись в прямые линии. А тем временем распространился густой молочно-белый туман, скрыв из виду квантовый океан внизу. Туман оказался сильнейшим окислителем, и по бокам дракона расползлись пятна ржавчины. В шкуре появились прорехи.

Туман съедал Меланхтона.

— Что случилось? — закричала Джейн. — Что происходит?

Ни один прибор не показывал ничего.

— О проклятие! — завыл дракон. — Смерть и ад! Проклинаю эльфов! Проклинаю тегов, гномов, кобольдов, карлов и прочих, всех мастей, степеней и рангов! Я устремляю на них глаз смерти! Я призываю на них слово гнева! Я проклинаю их криком вины! Прокляты они все и все их владыки, и силы, и власти, и учителя, и матриархи!

— Что делать? Скажи, что мне делать?

От дракона отваливались большие куски. Джейн ничего не слышала из-за скрежета раздираемого металла. Взорвался двигатель и свалился вниз. Джейн швырнуло на один бок, потом на другой. От дракона почти ничего не осталось, а то, что осталось, стремительно распадалось, он же все проклинал, проклинал Богиню, проклинал жизнь, проклинал все сущее.

— Ответь же мне!

Голос Меланхтона поднялся нечленораздельным воем, а сам он скатывался в небытие.

— Мне жаль, — тихо сказала Джейн. — Мне жаль, что это так кончилось.

У дракона больше не было слов. Его языковые системы разрушились. Но единение его с Джейн еще не ушло, и она знала, каким чувством проникнут его предсмертный крик. Он радовался, что она умрет тоже, и жалел только, что это будет быстрая смерть.

От него ничего уже больше не оставалось, кроме крика, да и крик делался все слабее и тише. Вот остался только едва слышный отзвук. Потом тишина.

Его больше не было.

Недолгое мгновение Джейн продолжала существовать без него. Инерция несла ее вперед, с той же скоростью, через молочный туман. Спиральный дворец стал бесконечно громаден, но не приблизился ни на йоту. Она могла лететь целую вечность и не добраться до него. Джейн как раз хватило времени понять, что у них никогда не было ни единого шанса, что Спиральный дворец по природе своей, изначально, защищен от всех покушений женщин и драконов. И она умерла.

Глава 23

Сильвия склонилась над электронным микроскопом. На ней был белый халат в пятнах от кислоты.

— Мама? — неуверенно произнесла Джейн.

— Тише! — Не поднимая головы, Сильвия зажала сигарету уголком губ. — Дай-ка прикурить, детка!

Джейн поднесла огонек.

— Маленькие негодники! — Мать глубоко затянулась и выпустила дым из ноздрей. — И ведь стараются же! Но такие глупые, никак не поймут, чего я от них хочу.

Лаборатория с виду была самая обыкновенная, пугающе обыкновенная: стены без окон, покрытые светло-коричневой краской, табуретки с черными сиденьями. Это было необъяснимо. Последнее, что запомнила Джейн, — Меланхтон, распадающийся на части в белом тумане над квантовым океаном. А теперь — это. У нее загудело в голове. Такое же странное ощущение бывало у нее после ЛСД.

— Где я? — выдохнула она.

— В Спиральном дворце, — ответил мужской голос.

Она обернулась.

Тот, кто с ней говорил, был одет в полосатый костюм с немодными узкими лацканами. На голове у него был черный щегольской котелок, поля которого загибались с двух сторон маленькими рожками. Лицо было старое, морщинистое, но в глазах горели веселые искорки. Старые сухие губы улыбались.

— Мисс Джейн! — сказал Болдуин. — Рад снова вас видеть.

Джейн молча смотрела на него.

— Если позволите! — Он предложил ей руку. — Буду рад стать вашим чичероне.

— Кем-кем?

— Проводником. — Он приподнял шляпу, приветствуя Сильвию, и повел Джейн к двери. — Спиральный дворец ведь очень обширный, и есть в нем уголки, куда вы не захотели бы забрести по ошибке. — Он шагал энергично и размашисто. Джейн поспешила за ним.