Лидия. Головная боль академии. Книга 2 - Натали Лавру

— Я говорил, что люблю тебя? — прозвучало, хоть и устало, но донельзя романтично.

— Не припомню, — игриво-грустно ответила я.

— Разве?

— То, что Наир говорил Дарси, не считается. Это были не совсем мы.

— Я… — меня коротко, едва касаясь, поцеловали в губы. — Тебя… — второй дразнящий поцелуй. — Люблю, — и я, наконец, получила его губы в свободное пользование.

Жаль, что только губы, потому что Эдриан вскоре лишил меня своего приятного общества и отправился решать накопившиеся дела: сжигать тела нежити и восстанавливать стены.

Как вам такой Эдриан?

А я осталась отдыхать. И ничего не поделаешь — в таком состоянии я вряд ли чем-то могла помочь.

Зато, стоило мне позвать Розочку, как она явилась.

— Где же ты пропадала всё это время?

«Потомство», — прозвучал в моём сознании, как всегда, короткий ответ.

Что?!

* * *

О хорошем: нас объявили героями и приставили к награде. Восстание нежити на границах с Тёмными землями подавили за день благодаря демонам, наученным обезвреживать тварей.

Так что врагу не удалось застать Оросскую империю врасплох и подобраться к Глазу Хаоса. Подозреваю, что оный неспроста понадобился тёмному магу, и тот был осведомлён о местонахождении колодца.

Плохо другое: тёмного мага не схватили, и спустя время он, зализав раны, придёт снова. А значит, академию необходимо укрепить, а гарнизон расширить.

На следующий день после нападения адепты вернулись к учёбе, а участникам боевых действий выделили скромный выходной. Всего один! Вот и спасай после этого академию!

Ладно-ладно, шучу. Лучше учёба, чем битва и посмертие.

* * *

В марте Розочка стала мамой примерно сотни мелких, с мою ладонь, паучат. Меня она привела в своё логово, чтобы показать меня детям, ну, или мне детей.

— Ути, какие мохнатые крошки! И все чёрные, в тебя!

Меня облепили с ног до головы, и я боялась пошевелиться, чтобы не раздавить кого-нибудь ненароком.

А ещё в пещерном закутке, где Розочка обустроила гнездо, густо воняло тухлятиной.

— Что за запах? — спросила я.

«Пища детям».

Н-да, как-то по-другому мне представлялось детское питание.

— Но, вот скажи мне, неужели, это моя мама уговорила тебя завести детей?

«Время пришло», — последовал ответ.

— Надеюсь, это не время покинуть меня?

«Нет.»

— Вот и славно! А… — честное слово, мне неловко спрашивать об этом! — Моя мама может надеяться на кого-то из твоих малышей?

«Они научатся охранять через пять лет», — это, пожалуй, самый объёмный из всех ответов Розочки.

— Спасибо! Моя мама будет заботиться о нём… или о ней.

Да мама козочкой запрыгает, когда я сообщу ей эту новость! Мне не терпится обрадовать её.

Глава 25. Невероятное время

Лидия

Углубившись в тайные отношения с Эдрианом, я упустила то, что всё это время было у меня под носом. Но стоило разок посмотреть на Катарину магическим зрением, как я прозрела (простите за тавтологию).

— Кто он? — завопила шокированная я.

— Лия, не кричи… — шёпотом попросила подруга.

— Буду кричать, пока ты мне всё не расскажешь!

— Ну… Я, кажется, влюбилась… — произнесла она очевидное.

— Сейчас как закричу! — пригрозила ей.

— Не надо! Не надо! Это… Эмиль.

Фух!

— Погоди-погоди… — столько вопросов в голове, что не знаю, какой задать первым. — Ты столько лет жила бок о бок с ним, а влюбилась только сейчас?

— Ну… — она густо покраснела, а это верный знак, что Кэт хочет поведать что-то этакое. И точно: — На зимних каникулах он подошёл ко мне и сказал, что это он был в маске на той вечеринке. Попросил прощения, а потом мы… — и румянец стал ещё гуще!

— Тихушники, блин! — я плюхнулась на кровать от таких новостей. — И что, вы теперь вместе?

— Д-да, но… — она тяжко вздохнула. — Я знаю, что это не любовь-судьба. Мы полукровки, и если с кем-то из нас это случится, то…

То вы расстанетесь, да.

— Радуйся, что у вас не любовь-судьба! — воскликнула я. — Это же не любовь — это кошмар! Сплошные нервы да страдания.

— Ты так только говоришь, а сама счастливая ходишь… — угрюмо поспорила со мной подруга.

— Всё меняется. У нас с Эдрианом было и будет по-всякому. Сама помнишь, как я ревела ночами. На фиг эту любовь-судьбу! Поверь, не стоит стремиться к полной созависимости.

— Я просто боюсь, что Эмиль по-настоящему полюбит другую девушку. Или я… В смысле, влюблюсь в парня. Вдруг мы сделаем друг другу больно?

— «Вдруг» может произойти что угодно. Главное, наслаждаться моментом сейчас.

— Сложно наслаждаться, когда мы далеко друг от друга, — снова печальный вздох.

— Тут я с тобой соглашусь, — кивнула я, а сама вознамерилась поговорить с Эмилем по душам. Помнится, он говорил мне, что боится не оправдать ожиданий родителей, поэтому не станет заводить отношений с простой девушкой. Интересно, с чего это он передумал? Уж не гормоны ли ударили в голову?

Поймала себя на мысли, что эти двое созданы друг для друга: оба не от мира сего, оба с чертями в омутах и оба родные и дорогие мне люди. Конечно, я буду рада, если у них всё сложится. И не нужна им никакая любовь-судьба. Пусть хоть у кого-то в нашей семье будут нормальные здоровые отношения.

* * *

Это весеннее утро началось странно. А точнее, бурная ночь плавно перетекла в начало нового дня.

— Ты такая горячая, — губы Эдриана щекотали моё ухо. — У тебя в родне случайно не было демонов?

— Э-э… — зависла я от такого вопроса. Как сказать ему, что моя наречённая матушка — великая и ужасная предводительница демонов Сантана де Грет?

Понятно, что это шуточный вопрос, но рано или поздно придётся познакомить его с моей семьёй. И мне уже заранее страшно, потому что Эдриан думает, что я не из родовитой семьи. У него аллергия на приставки «де»!

Только я об этом подумала, как:

— Лия, я хочу познакомиться с твоими родителями.

— Зачем? — надеюсь, я сумела скрыть испуг в своём голосе.

— Боишься, что они осудят тебя за роман с человеком старше тебя?

«Боюсь, что ты убежишь, когда узнаешь моё настоящее имя!» — немой крик души.

— Просто я не знаю, насколько серьёзны наши отношения… — богиня, что я болтаю! — И мне надо как-то подготовить родителей, — и мысленно добавила: «И тебя».

— Ты же говорила, что у тебя ко мне любовь-судьба?

— Так и есть, но это не значит, что я буду безвольной рабыней вечно следовать за тобой. У меня есть гордость, и я соглашусь только на здоровые отношения, основанные на взаимоуважении.

— Гордая ты моя, — меня обняли и показали, что наши отношения основаны не