Персидская гробница. Тигровая Луна. Ребе едет в отпуск - Джеймс Мэйо

class="p1">— Ни к чему так настойчиво меня уговаривать. Я не дура. И могу думать не хуже тебя.

— Тогда попытаемся. Ты можешь приручить тигра?

— Нет. Я… я стараюсь держаться от него подальше.

— Ладно, пусть он станет моим приятелем.

— Он убьет тебя.

— Все равно мы умрем, если здесь останемся, — возразил Дюрелл.

Зверь вытянулся у входа в пещеру, преграждая путь внутрь. Он разделался с мясом и теперь отдыхал, положив громадную голову на лапы и разглядывая Дюрелла. Тот, не обращая на него внимания, обходил яму, изучая стены. Потом он взял чашу, набрал в нее воды и направился к тигру. Зверь тут же поднял голову и зарычал. Дюрелл успокаивающе заговорил с ним, поставил чашу на землю и удалился. Тигр сверкнул глазами, встал и шумно вылакал воду.

— Теперь дай мне свои ожерелья, — сказал Дюрелл Тане. Та принялась их снимать, и он продолжил: — Попытайся скрепить их друг с другом, соедини их в такую длинную цепь, какую только сможешь. Выбирай самые крепкие. Добавляй туда браслеты и все что есть.

— У меня никогда раньше не было украшений, — вдруг пожаловалась она.

— Это сокровища Али-Бабы, а не твои, — возразил Дюрелл.

Пока солнце садилось, Дюрелл все ближе придвигался к зверю. Под конец ему было позволено сидеть от него не дальше четырех футов. Пока ночная тьма не заполонила пещеру, Дюрелл смог заглянуть в тоннель позади тигра. Ворота, через которые в прошлый раз он вошел и потом скрылся с Таней, наверняка сейчас под надежной охраной. Но его интересовали маленькие боковые пещеры и тоннели, которые он тогда едва осмотрел. У Дюрелла не было того бодрого оптимизма, который он пытался вселить в Таню. Но кроме оптимизма, у него сейчас вообще ничего не было.

Сумерки, словно приливная волна, заполняли яму. Таня сказала: «Вот что у меня получилось», — и протянула ему цепочку из драгоценностей длиной в три фута. Он осмотрел ее, гадая, смогут ли соединенные вместе браслеты и ожерелья выдержать его вес. Золото было мягким, нити — тонкими. Но больше рассчитывать не на что. Дюрелл спокойно заговорил со зверем. Тигриный хвост дергался и громко шлепал по песку. Дюрелл снова наполнил чашу водой из бурдюка и на этот раз поместил ее в противоположной стороне ямы. Тигр не шевелился. Казалось, больше он пить не хочет. Дюрелл чувствовал холод надвигавшейся ночи, усиленный его наготой и множеством болевых точек по всему телу.

— Он не даст нам войти, — не унималась Таня.

— Ты слишком легко готова сдаться.

— Я через слишком многое прошла и устала.

— Я был там же, где и ты, — усмехнувшись, парировал Дюрелл. — Но ведь ты не станешь это обсуждать, верно? Ты хоть знаешь, что на самом деле с тобой произошло?

— Думаю, да.

— Но ты не доверяешь мне и не хочешь говорить об этом?

— Ты американский шпион. Я не могу тебе доверять.

Никогда не встречал такой несговорчивой и подозрительной женщины, — подумал Дюрелл и хотел уже отвернуться, но внезапно из пещеры вышел тигр и прошествовал к чаше на противоположном конце ямы.

— Двигайся спокойно, но быстро, — скомандовал Дюрелл.

Взяв Таню за руку, он миновал место, где только что лежал тигр, и вошел в пещеру. Таня дрожала. Он тянул ее за собой. Запах тигриного логова был непереносим. Тигр зарычал и кинулся вслед за ними.

— Стоп, — скомандовал Дюрелл Тане.

Они замерли во мраке и зловонии. Из-за наготы Дюрелл чувствовал себя беззащитным. Он не шевелился и только покачивал взад-вперед цепочкой из камней. Глаза тигра стали двигаться в такт колебаниям, и Дюрелл приостановил маятник. Они с Таней миновали привычное лежбище тигра, и сейчас зверь оказался между ними и ямой. Из тигриной глотки слышалось урчание. Таня вздрогнула.

— Он на нас бросится.

— Нет.

— Его же натаскивали, как сторожевого пса.

— Но он к нам привык. Приучился находиться рядом с нами. — Тигр внезапно опушился на брюхо, положил голову на песок и уставился на них. Дюрелл немного расслабился. — Все в порядке.

— Мы м-можем идти? — шепотом спросила Таня.

— Ничего другого не остается, нужно попробовать.

Они двинулись в дальний конец темной пещеры. Тигр еще немного поурчал, облизнул челюсти, зевнул и остался лежать.

Вот что называется дрессировкой, — подумал Дюрелл. Имел он при этом в виду Таню.

16

Вечерний свет не проникал во мрак пещеры, так что Дюрелл сейчас не отказался бы от лампы Аладдина. Пещера — часть их тюрьмы — была создана самой природой; веками сочившаяся вода образовала в скале пустоты, которые служили еще древним людям. Когда они медленно пробирались в тоннеле, кроме тихого шороха их шагов, не раздавалось ни звука. После поворота вправо оставалось примерно сорок футов до железных ворот, сквозь которые он вошел в прошлый раз. Миновав поворот, за железными решетками Дюрелл разглядел мерцание вечерних сумерек.

— Сезам, откройся, — мрачно пошутил он.

Заклинание не подействовало. Дюрелл осторожно приблизился к воротам, опасаясь возможных часовых. Новые засовы и висячие замки придали препятствию надежность. Он немного постоял, вдыхая прохладный воздух пустыни, долетавший из крошечной долины. Казалось, много воды утекло с тех пор, как он впервые появился в этом саду Искандера, чтобы забрать Таню. Теперь он уже усомнился, что на этот раз все получится так же просто и удачно.

— Видишь, все бессмысленно, — шептала Таня. — Нам удалось миновать тигра, но для чего?

— Может быть, просто для того, чтобы найти мне пару штанов.

Впервые ее лицо осветила неподдельная улыбка. Дюрелл отвернулся от ворот и двинулся назад, пока из-за поворота вновь не показался тигр. Отсюда боковые помещения были едва видны. В первом слева находились сундуки с драгоценными камнями и одеждой. Вероятно, — подумал Дюрелл, — эта сокровищница Хар-Бюри предназначалась для оплаты мятежа и сложилась из пожертвований тысяч сторонников, которых обманывали и запугивали, чтобы те решились отказаться от своих мизерных ценностей. Но его удивило, что Хар-Бюри хранил свои богатства в пещере-тюрьме. Возможно, только здесь он мог обезопасить клад от алчности своих соратников. На быструю и легкую добычу, — думал Дюрелл, — всегда найдутся желающие.

Сундуки были из прочного дерева, крышки окованы железом. Дюрелл не обратил внимания на драгоценности, еще не прихваченные Таней, и повернулся к одежде. Там были вышитые шелковые женские платья, которые он игнорировал, с усмешкой покосившись при этом на девушку. Но зато в другом сундуке он обнаружил настоящие сокровища. Дюрелл выбрал себе рубашку и брюки по росту и почувствовал себя рядом с Таней гораздо увереннее. Он не отказался бы и от арсенала с оружием, но такое везение было слишком неимоверным.